Следствие обратилось к акционеру

В Кировском районном суде продолжается рассмотрение уголовного дела в отношении экс-гендиректора АО «КБПА» Максима Шихалова и его первого зама Владимира Пожарова. Им вменяют растрату, господину Пожарову также дополнительно мошенничество. Три последних заседания посвятили допросам потерпевших — Романа Третьякова и Владимира Чернышкина. Оба ранее осуждены за махинации на заводе. Сторона защиты заявила об экспертизе, но ей отказали.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

В Кировском районном суде Саратова продолжается рассмотрение дела в отношении экс-гендиректора АО «Конструкторское бюро промышленной автоматики» и бывшего министра промышленности Максима Шихалова и его первого зама на предприятии и экс-министра экономического развития и инвестполитики Владимира Пожарова.

Господина Шихалова обвиняют в двух эпизодах растраты — по аренде дизель-генераторной установке и лизингу автомобиля для предприятия (ст.160 ч. 4 УК РФ). Следствие считает, что в 2021 году, будучи гендиректором АО «КБПА», Максим Шихалов содействовал заключению договора аренды дизель-генераторной установки, что нанесло ущерб предприятию, а в 2017 году он якобы от имени предприятия заключил договор аренды Mercedes с намерением в дальнейшем выкупить автомобиль. Пожарову вменяют эпизод с арендой ДГУ и получение премий за сотрудников предприятия (ст.159 ч. 4 УК РФ и ст. 160 ч. 4 УК РФ). Оба вину не признают.

Дело рассматривает судья Дмитрий Кочетков, гособвинителем выступает помощник прокурора Кировского района Елизавета Иванова. Защищает Шихалова адвокат Татьяна Шилова, Пожарова — Светлана Соседова и Антон Тимофеев.

Потерпевшими признаны четыре человека — отбывающий срок за коррупцию бывший технический директор КБПА Роман Третьяков; ранее также осужденный за растрату экс-гендиректор предприятия Владимир Чернышкин и двое действующих сотрудников — начальник правового отдела КБПА Тимофей Юркин и заместитель гендиректора по качеству сертификации Алексей Савин.

Пока что допросили только двоих — Третьякова и Чернышкина. Первый, как оказалось, по его словам, в 2018-2021 годах ежемесячно клал в стол Пожарова 43,5 тыс. руб., а также ежегодно делился частью премии. При этом, с его же слов, выходит, что куда и на что шли деньги он не знал и не спрашивал. Он также вспомнил события, связанные с арендой ДГУ для предприятия. По его словам, электроснабжение осуществлялось через соседний завод Серго Орджоникидзе, и вопрос покупки встал, когда заводы «разделились».

«Появилась техническая необходимость обеспечения предприятия резервным дополнительным источником питания. Потому что отключение электричества стоило КБПА порядка 10-15 млн руб. в день. Поэтому посчитали, что ДГУ нужна»,— сообщил потерпевший.

Роман Третьяков сообщил, что закупочная комиссия приняла решение не закупать ДГУ, а взять в аренду на 2-3 года. Это оказалось выгоднее. При этом он подтвердил, что Максим Шихалов не входил в состав закупочной комиссии. Таким образом, влиять на принятые ей решения не мог. Кроме того, как следует из его показаний, зачитанных прокурором, договор аренды техники подписал коммерческий директор предприятия Игорь Сибирцев. При этом сами показания он неоднократно менял, что следует из количества озвученных гособвинением документов, но подтверждает Третьяков только последние. На несоответствия обратили внимание также адвокаты подсудимых.

Вторым допросили потерпевшего Владимира Чернышкина. В 1995-2013 годах он руководил «Конструкторским бюро промышленной автоматики». В 2017 году был осужден за растрату и приговорен к четырем с половиной годам лишения свободы за присвоение на КБПА.

При установлении его личности на заседании 19 января суд уточнил, является ли Чернышкин акционером сейчас. Тот ответил, что чуть-чуть. Впоследствии на заседании 26 января выяснилось, что это чуть-чуть исчисляется миллионами рублей ежегодно.

На допросе стало известно, что у Чернышкина после увольнения сохранилось 57% акций, которые арестовывали во время расследования дела в отношении него. Своими он считает 25% акций, остальное принадлежит его бывшей супруге, с которой он в разводе уже 12 лет. Дивиденды при этом он получает с 7,9% привилегированных акций. Далее, отвечая на вопрос адвоката Татьяны Шиловой, Чернышкин признался, что фактически не владеет акциями, приносящими прибыль, сейчас они принадлежат доверенному лицу. Кому именно — он не стал раскрывать.

Судья уточнил, большую ли сумму в итоге получал с привилегированных акций потерпевший? «Очень большую. Больше 10 млн руб. Каждый год»,— сообщил Чернышкин.

Он считает себя потерпевшим, так как на предприятие куплено четыре автомобиля вместо одного. По его мнению, это наносит урон акционерам, потому что покупка производится за счет прибыли, а дивиденды с нераспределенной прибыли уменьшаются.

Госпожа Шилова уточнила у Чернышкина, почему он обратился с заявлением о признании его потерпевшим только в 2025 году, а не ранее. Экс-гендиректор рассказал, что это произошло, когда его вызвала следователь.

Максим Шихалов попросил Чернышкина вспомнить, о каком автомобиле в деле о растрате вообще идет речь. Оказалось, что сами автомобили потерпевший никогда не видел. Кроме того, на процессе он неоднократно упоминал процедуру лизинга. Однако, по данным стороны защиты, он никогда не заключался – вместо этого был договор аренды авто. Как отмечает адвокат, его заключения, связанные с обвинением, основаны на предположениях и информации от следствия. С Максимом Шихаловым он лично не знаком, но признался в неприязненных к нему отношениях.

«Мне без разницы, хоть серо-буро-малиновая. Мне сказали, что была осуществлена сделка, я беседовал с человеком, уполномоченным государством [следователем — Ъ]», — заявил Владимир Чернышкин.

Адвокат представила на обозрение постановление о признании Чернышкина потерпевшим и его заявление. Из документов стало ясно, что заявление он написал 16 октября, потерпевшим экс-руководителя признали 21 октября. При этом уголовное дело о растрате в отношении Максима Шихалова было возбуждено практически за месяц до этих событий — 26 сентября. Госпожа Шилова обратила внимание на то, что уголовное дело возбудили без определения потерпевших по нему.

Сторона защиты ходатайствовала о назначении технико-криминологической экспертизы, чтобы узнать, подвергалась ли изменению рукописная запись даты; один ли человек писал документы. Судья Дмитрий Кочетков отказал и предложил позднее вызвать следователя по особо важным делам СУ СКР по Саратовской области Этери Ковыгу на допрос.

Суду осталось допросить еще двух потерпевших — Тимофея Юркина и Алексея Савина. Ранее на заседании 25 декабря они поддержали сторону защиты Максима Шихалова в вопросе возвращения дела прокурору. Однако судья Кочетков также отклонил ходатайство.

Максим Шихалов находится под стражей уже десять месяцев. В течение семи первых его обвиняли в злоупотреблении полномочиями при выполнении гособоронзаказа (ст. 285.4 УК РФ). Уголовное дело в итоге прекратили за отсутствием состава преступления, но из СИЗО не выпустили. На это нарушение указывала его адвокат.

В декабре 2025 года суд еще на шесть месяцев продлил господину Шихалову срок в СИЗО, хотя защита неоднократно указывала на плохое состояние здоровья обвиняемого и отсутствие обстоятельств, необходимых для ареста, таких как попытка скрыться от органов, отсутствие жилья и многих других. Максим Шихалов не имеет возможности выехать за границу, а на иждивении у него есть семилетняя дочь.

Ольга Симонова