Коротко

Новости

Подробно

"Я знаю, как поступил бы на моем месте Путин"

Премьер Израиля о переговорах с президентом России

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 11

Вчера завершился визит в Москву премьера Израиля ЭХУДА ОЛЬМЕРТА. Его встречи с президентом РФ Владимиром Путиным, вице-премьером, министром обороны России Сергеем Ивановым и другими официальными лицами прошли при обоюдном желании сторон снять или, по крайней мере, затушевать все проблемы в отношениях между Россией и Израилем. В этом убедились корреспондент Ъ ЛЕОНИД Ъ-ГАНКИН и корреспондент "Интерфакса" АЛЕКСАНДР КОРЗУН, побеседовавшие с господином Ольмертом перед его вылетом на родину.


— Одной из острых проблем, омрачивших отношения между нашими странами, стало российское противотанковое оружие, попавшее, как утверждают в Израиле, через Сирию к боевикам "Хезболлы". Сочла ли Москва убедительными доказательства этого факта? Если да, то какие меры решено принять для предотвращения подобных инцидентов в будущем?

— Мы слышали и от президента, и от Сергея Иванова очень подробные разъяснения по этому вопросу. У меня нет сомнений, что российская сторона будет действовать так, чтобы в будущем у нас не было причин для беспокойства. Мы не отрицаем права России на поставку Сирии оружия оборонительного характера. Мы всегда беспокоились лишь о том, чтобы это оружие не попало в руки таких сил, как "Хезболла", что в итоге и произошло. В этом контексте те разъяснения, которые мы получили от руководителей России, нам представляются крайне серьезными.

— То есть российская сторона признала ваши доказательства убедительными?

— Я не хотел бы пускаться в подробности, касающиеся содержания беседы. Но хотел бы отметить важный момент: будут предприняты соответствующие процедуры для того, чтобы в будущем российское оружие, которое на законных основаниях поставляется какой-то стране, не попало в руки третьей стороны, как это имело место.

— Удалось ли вам в ходе переговоров добиться большего взаимопонимания с российской стороной по вопросу иранской ядерной программы?

— Иранская тема была, можно сказать, центральной в моих беседах с президентом и министром обороны. Для Израиля это не какая-то рядовая проблема. Речь идет о государстве, которое во всеуслышание заявляет, что желает стереть Израиль с карты мира. И это самое государство стремится заполучить оружие массового уничтожения и создает ракеты радиусом действия в тысячи километров. Трудно не увидеть в этом надвигающуюся угрозу. На меня произвело глубокое впечатление то, что и в российском руководстве это вызывает значительную тревогу. Мы обсудили различные средства решения этой проблемы. Между нами есть согласие относительно того, что Иран не должен завладеть оружием массового уничтожения. И мы договорились продолжать контакты, чтобы добиться такого результата.

— В конце октября в Израиль прибывает президент Грузии Михаил Саакашвили, который будет вести переговоры, в частности, о приобретении для грузинской армии израильского оружия. Учитывая, мягко говоря, непростые отношения между Россией и Грузией, этот визит можно рассматривать как симметричный ответ на тесные связи Москвы с недружественными Израилю странами, такими, как Сирия. Так ли это?

— Мы не заинтересованы в том, чтобы нечто, относящееся к нашим взаимоотношениям с какой-либо страной, нанесло ущерб России. Я уверен, что и Россия, поставляя вооружение Сирии, которая находится с нами в состоянии войны, не стремится к тому, чтобы нанести ущерб Израилю. Насколько я знаю, президент Грузии прибывает в Израиль с частным визитом. Этот визит, по моему глубокому убеждению, не сможет нанести урона нашим взаимоотношениям с Россией.

— Это ваш первый зарубежный визит после окончания войны в Ливане, которая, как утверждают многие, была Израилем проиграна или, по крайней мере, не выиграна. Вы, правда, придерживаетесь другого мнения. Но как тогда объяснить сильное падение после войны вашего рейтинга и еще более сильное падение рейтинга министра обороны Амира Переца?

— Речь идет не о моей точке зрения, а об объективной реальности. Та ситуация, которая сегодня существует на юге Ливана, полностью отличается от той, которая имела место до 12 июля. Тогда "Хезболла" полностью контролировала Южный Ливан и границу с Израилем и могла в любой момент атаковать израильских граждан, что в итоге и произошло. Сегодня на юге Ливана находятся 15 тыс. ливанских солдат. Там дислоцирован семитысячный контингент международных миротворческих сил, причем большинство военнослужащих присланы европейскими государствами. Действует эмбарго на поставки оружия в Ливан. Позиции "Хезболлы" на юге Ливана серьезно подорваны. Любого ее члена, обнаруженного с оружием в руках, задерживают и разоружают. Шейх Насралла (лидер "Хезболлы".—Ъ) заявил, что если бы хотя бы на один процент он мог представить себе то, что произойдет, он бы не начал бы всю эту историю. С моей точки зрения, мы отбили у "Хезболлы" охоту с нами связываться на много лет вперед.

Может быть, это не совсем победа. Но все боестолкновения с формированиями "Хезболлы" заканчивались однозначной победой израильтян. Соотношение убитых в этих боях — 1:10 в пользу Израиля. Не забывайте, речь идет о борьбе с террористической организацией, располагающей самыми современными вооружениями. И с военной точки зрения это колоссальное достижение для Израиля. Крупные державы в аналогичной ситуации добиваются куда меньших успехов. Вы знаете, что произошло с американцами в Ираке, и вы можете припомнить, в каком положении оказался Советский Союз, когда вел военные действия в Афганистане. Можно ли сказать, что СССР проиграл войну Афганистану? Конечно, нет. Война с террористами не измеряется обычными мерками.

А что касается рейтинга, то он всегда колеблется. В разгар войны у меня был, можно сказать, стопроцентный рейтинг. Потом он сильно упал. Ничего, потихоньку вернется на место. Руководитель не должен постоянно сверяться с рейтингом, его обязанность — совершать правильные поступки. И в конечном итоге рейтинг придет в норму.

— Вы говорили, что готовы лично нести ответственность за просчеты, допущенные в ходе войны. Каковы будут ваши действия, если независимая комиссия, расследующая деятельность израильского руководства во время военной кампании, сочтет эти просчеты весьма серьезными?

— Я убежден, комиссия обнаружит, что правительство вело себя исключительно ответственно и серьезно. Разумеется, в таких обстоятельствах происходят ошибки, их необходимо исправлять, извлекать из них уроки, чтобы потом не повторять. Могу вас успокоить: я чувствую себя вполне уверенно.

— Достигнут ли в ходе ваших переговоров в Москве прогресс в развитии экономического и торгового сотрудничества между двумя странами? Готов ли Израиль расширять военно-техническое сотрудничество с Россией?

— На оба ваших вопроса ответ положительный. Мы действительно вели переговоры с президентом о расширении экономического сотрудничества. Мы изучаем тематику поставок газа, возможность участия крупных российских компаний в тендерах, которые проводятся в Израиле. Активно действует российско-израильская экономическая комиссия. С российской стороны ее возглавляет Леонид Рейман, исключительно талантливый человек. Мы несколько лет работали сообща. Я возглавлял израильскую комиссию по сотрудничеству с Россией, а он — российскую сторону. И в будущем, я уверен, мы сможем сделать еще больше. Я полагаю, что общий объем торговли между Израилем и Россией за пять лет выйдет на уровень $5 млрд. Что касается военно-технического сотрудничества, то и к этой сфере следует повнимательнее присмотреться. Я беседовал с Сергеем Ивановым, и он произвел на меня сильное впечатление. Это исключительно серьезный, опытный и очень открытый человек. Мы обсудили целый ряд вопросов, касающихся военно-технического сотрудничества. Я очень оптимистически настроен в этой связи.

— Каковы перспективы освобождения израильских солдат, похищенных боевиками "Хамаса" и "Хезболлы", что в конечном счете привело к войне? Надеетесь ли вы на содействие России?

— Похищение наших солдат не было причиной войны. Это было отражением ситуации, которая привела к войне. Мы вышли из сектора Газа, и после этого "Хамас", нарушив все международные правила, проник на территорию суверенного государства и похитил нашего солдата. То же самое произошло и в Ливане. Мы не находились на его территории. Но "Хезболла" нанесла ракетный удар по нашим населенным пунктам на севере, было похищено двое наших солдат и восемь убито. Представьте себе, как бы Россия поступила в аналогичной ситуации? Она стала бы куда-то названивать, у кого-то просить прощения или ударила бы так, чтобы потом неповадно было? Я лично знаю, как поступил бы на моем месте Путин. И очень ценю его подход. Я уверен в том, что его не удивила моя реакция. Да, я просил Путина о помощи в освобождении похищенных солдат. Но даже ему не удалось пока добиться успеха. Я это говорю, испытывая чувство глубокой признательности Путину. Я знаю, что он прилагал значительные усилия. Однако "Хезболла" и "Хамас" — это безответственные организации, они не контролируют даже собственную инфраструктуру.

Все мы по одну сторону баррикад в войне с террором. И мы должны очень твердо стоять на своих позициях, отстаивая их. Я думаю, что наша страна в последней войне доказала свою приверженность этому. Тот факт, что израильское правительство пошло на то, чтобы миллион человек на протяжении более месяца жили под угрозой ракетного обстрела, это уже колоссальная победа. Когда вам угрожают тысячи ракет, и люди в общем-то не боятся, это и есть проверка на прочность. Мы продолжим борьбу против террора, и нет такой силы в мире, которая может нам помешать. Чтобы одержать победу в этой борьбе, мы опираемся на сотрудничество с нашими друзьями, в том числе с Россией.


Комментарии
Профиль пользователя