Системный мусор

В Ульяновске общественные активисты и экологи заявляют о появлении новых несанкционированных свалок промотходов и строительного мусора, называя это системной проблемой. Минприроды признает, что это в сфере ее надзора, но считает, что ответственность за свалки должны нести собственники земельных участков и регоператоры. Регоператоры заявляют, что промотходы — это не их сфера деятельности. По мнению экологов, решать проблему необходимо комплексно, установив жесткий надзор и общественный контроль, привлекая к этой работе все заинтересованные ведомства и органы власти. Эксперты отмечают, что решению проблемы мешают также и пробелы в законодательстве.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

В начале этой недели ульяновский общественный активист и правозащитник Игорь Топорков направил и.о. министра природных ресурсов и экологии Наталье Аюкаевой обращение, в котором просит принять меры по ликвидации незаконной свалки в Заволжском районе Ульяновска, занимающей территорию около 10 га. Он отмечает, что на эту свалку вывозят промотходы, а «в целях сокрытия периодически их сжигают», так же «производится слив нефтепродуктов». Указав кадастровые номера земельных участков и точные координаты свалки, он просит главу министерства обратиться в соответствующие органы для привлечения к ответственности собственников (арендаторов) участков.

Аналогичное обращение общественный активист направил в прокуратуру Заволжского района.

Судя по кадастровым номерам, земельные участки находятся в промзоне Заволжского района Ульяновска, в районе 7-го проезда Инженерного.

Во вторник региональное минприроды уже отреагировало на обращение общественника. Замминистра природных ресурсов и экологии Дарья Некрасова заявила, что специалисты эконадзора минприроды уже «установили кадастровые номера» участков со свалкой, а для установления собственников в Росреестр направлен запрос, после чего «собственнику будет направлено требование о ликвидации свалки».

Как ранее сообщал «Ъ», 6 мая, также в районе 7-го проезда Инженерного, после жалоб горожан на дым и гарь была выявлена еще одна несанкционированная свалка, где сжигались промотходы.

На запрос «Ъ» региональное минприроды подтвердило, что в сферу его ответственности входит в том числе и «контроль за соблюдением требований законодательства в сфере обращения с отходами», однако не смогло дать конкретный ответ, сколько в регионе несанкционированных свалок, отметив, что сейчас «реестр несанкционированных свалок актуализируется». В то же время в ведомстве отметили, что по закону, «обязанность по содержанию земельных участков лежит на собственниках», и по правилам обращения с твердыми коммунальными отходами (ТКО), регоператор при обнаружении несанкционированной свалки ТКО в зоне своей ответственности «обязан направить информацию собственнику участка с требованием о ликвидации свалки», а если требование не исполнено, ликвидировать свалку своими силами, после чего взыскать затраты с собственника участка.

Впрочем, директор заволжского регоператора ООО «УК Экостандарт» Ольга Марьева сказала «Ъ», что «по закону регоператор несет ответственность только за ТКО, а промышленные и строительные отходы — это не его зона ответственности».

Ульяновский общественный активист и эколог, в прошлом – руководитель экологической палаты региона Александр Брагин отмечает, что количество несанкционированных свалок в последние два года стало заметно увеличиваться. К тому же, некоторые владельцы участков, по его мнению, просто делают на этом даже небольшой бизнес, размещая на своем участке промотходы за деньги и затем сжигая их. По его мнению, такая ситуация — не случайность, а системная проблема. «До 2017 года (до момента принятия террсхемы обращения с отходами и перехода на новые принципы работы с ТКО. — “Ъ”) «в регионе было зафиксировано около 800 несанкционированных свалок». «К 2017 году их количество значительно снизилось через давление власти и надзорных органов, силами собственников участков большое количество свалок было ликвидировано. Но в последние два года количество несанкционированных свалок стало заметно увеличиваться. Я объехал все зоны региона и вижу, что, по общим оценкам, количество несанкционированных свалок снова приближается к 800. Более того, ощущение, что становится грязнее, чем до 2017 года. Могу точно сказать: я проехал Саратовскую, Волгоградскую, Ростовскую области, Краснодарский край — и не видел такого бардака с мусором. В Крыму объехал 10 районов и не увидел ни одной несанкционированной свалки», — сказал эколог. Он считает, что причины роста количества нелегальных свалок в том, что нет реального надзора и контроля. «В Крыму, например, по специальным соглашениям очень активно в этом направлении работает полиция. Нужен комплексный подход. Раньше мы выезжали комплексной комиссией по каждому случаю несанкционированных свалок, а в комиссии были представители и муниципалитета, и Росприроднадзора, и минприроды, и полиции, и даже Росреестра, и уже на месте принимали решения. Нужна политическая воля, чтобы формировать такой комплексный подход. И не надо просто убирать свалки и гладить по головке — нужны жесткие требования, если потребуется — вплоть до уголовных дел», — заявил Александр Брагин. Он также отметил, что большую пользу в мониторинге ситуации могли бы оказать общественники, но экологической палаты больше нет, общественный совет в минприроды бездействует, а институт общественных инспекторов фактически перестал работать.

Эколог и юрист, экс-руководитель регионального управления Росприроднадзора Александр Каплин соглашается с общественником в том, что количество несанкционированных свалок в регионе стало снова расти. По его мнению, это стало происходить после того как в последние два года власти призывали мебельный бизнес и иные малые промпредприятия выходить из «тени». Но есть, отмечает эколог, целый ряд фактов, когда те же мебельщики, выйдя их тени, тут же столкнулись с гигантскими штрафами, накладываемыми на них Росприроднадзором за нарушения и ошибки в документации, хотя реальная экологическая ситуация на предприятии становилась лучше. «В итоге, на примере коллег, получивших многомиллионные штрафы, остальные поняли, что лучше оставаться в тени и по-прежнему сжигать мусор и пользоваться несанкционированными свалками», — заметил господин Каплин. Он также обратил внимание на пробел в законодательстве, когда, действительно, регоператор по закону не обязан заниматься промышленными отходами, а больше наводить порядок некому. И если за опасными промотходами ведется жесткий контроль, за ТКО — тоже, то сфера менее опасных промотходов и строительного мусора выпала из системного надзора. «Я считаю, что, с одной стороны, надо помочь промышленному малому бизнесу выходить из тени и поощрять его природоохранные мероприятия. С другой стороны, если бизнес в созданных благоприятных условиях не желает соблюдать законы, действовать жестко», — заключил Александр Каплин.

Сергей Титов, Ульяновск