Коротко

Новости

Подробно

Без отрыва от президентства

Владимир Путин победил условных противников

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 1

учения

Вчера Владимир Путин на борту атомного ракетного крейсера "Петр Великий" в ходе учений в Баренцевом море решал судьбу российского правительства и кремлевской администрации. Решил, что увольнять никого не нужно, поскольку министров еще можно научить работать в принципе, а администрация начнет эффективнее работать в регионах. На одном корабле с президентом в море выходил специальный корреспондент Ъ АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ.


Утром Владимир Путин в боевой рубке "Петра Великого" принимал доклад командующего Северным флотом Михаила Абрамова. Тот рассказывал о замысле учений. Замысел предусматривал создание двух военных группировок. Восточная, которую возглавлял "Петр Великий", вместе с "Адмиралом Кузнецовым", "Адмиралом Чабаненко" и "Адмиралом Ушаковым" должна была проверить боеготовность морских ядерных сил и сил общего назначения. В западную группировку входила 37-я воздушная армия, 6-я армия ВВС и ПВО России и, как доложил командующий флотом, "условные силы сопредельных стран".

Последнее дополнение не было простой фигурой речи.

— Мы вскрыли оперативную обстановку в этом районе,— сообщил Михаил Абрамов.— Подводными лодками Северного флота обнаружена атомная подводная лодка США.

Господин Путин встрепенулся и внимательно посмотрел на господина Абрамова.

— Мы поддерживали с ней контакт в течение 19 часов 8 минут. Кроме того, здесь норвежский разведывательный корабль Marjata, норвежский самолет-разведчик Orion и британский самолет Nimrod,— с неподдельной и возрастающей тревогой в голосе говорил господин Абрамов.

— Это наблюдатели, мы их сами приглашали,— хотел, кажется, успокоить его господин Путин.— Вы с ними в контакте сейчас вообще?

Михаил Абрамов, ничего не отвечая, смотрел на президента.
— Проблем с ними нет?
Господин Путин словно хотел предложить, если проблемы есть, помочь порешать их.

— Международные соглашения мы стараемся выполнять,— командующий флотом был все-таки не в восторге от того, что его окружили со всех сторон иностранные шпионы, но готов был смириться с этим ради соблюдения международных соглашений.

— 18 августа мы отработаем свои учения и продолжим их с нашими друзьями,— закончил он доклад.

Произнося слово "друзья" и имея в виду все те же иностранные корабли, он рассчитывал, наверное, что именно такие формулировки придутся по сердцу главнокомандующему. А вообще-то он, кажется, уже не знал, что сказать.

— Это не друзья,— оборвал его министр обороны Сергей Иванов.

Михаил Абрамов вопросительно, с мольбой во взгляде глядел на него. Мольба заключалась в том, чтобы его уже перестали наконец мучить и сказали бы, кого и как надо теперь называть.

— Это партнеры,— пояснил министр обороны.

— А друзья-то кто у нас? — читался во взгляде главнокомандующего следующий вопрос.

— Друзья у нас — армия и флот,— с удовлетворением закончил господин Иванов.

Министр обороны еще что-то шептал в ухо президенту, показывая пальцем то в небо, то в море. Видимо, это была служебная информация.

— "Марьяту"-то видно отсюда? — не выдержал президент.
Ему показали, и он еще долго вглядывался в беспокойную сине-серую взвесь.

Через несколько минут вокруг началась отчаянная стрельба. "Петр Великий" расстреливал, кажется, весь свой боезапас на несколько лет вперед. Ракеты неслись отовсюду, как уклейки на нерест. Горизонт заволокло стеной дыма. Восточная группировка отбивала атаку западной, которая нашла в себе силы не только обороняться, но и пошла вперед. Но далеко она не ушла.

Война была в разгаре. Правда, верховному главнокомандующему доложили, что не состоится воздушный бой и посадка Су-33 на борт авианосца "Адмирал Кузнецов": погода на берегу была нелетной.

Еще через полчаса с подводной лодки "Екатеринбург" была запущена баллистическая ракета. Все помнили о прошлогодних пусках, которые в результате пришлось срочно маскировать под электронные. Особенно тогда старался преуспеть в этом главком ВМФ адмирал Куроедов, который на этих учениях в Баренцевом море замечен не был. По официальной версии, он в госпитале. По неофициальной, которая в целом не противоречит официальной, его полномочия в любом случае истекают в самом начале сентября вместе с истечением срока действия контракта.

Под конец, когда все уже думали, что война на исходе, сообщили, что пилоты Су-33 решили лететь на "Адмирал Кузнецов" во что бы то ни стало. Им было обидно, что жизнь, такая прекрасная и многозначительная, проходит мимо них. Четверка Су-33 за четверть часа долетела до авианосца и сначала покружила вокруг него, потом села на его борт, а затем взлетела с него. Вопросов к пилотам больше ни у кого не было.

Тем временем один из командиров Северного флота в рубке "Петра Великого" разговаривал по радио с командиром подлодки "Екатеринбург". Только что баллистическая ракета, запущенная с подлодки, накрыла собой все, что хотела, на камчатском полигоне Кура.

Командиру "Екатеринбурга" было сказано, что он уже три минуты как капитан не второго ранга, а первого.

Еще через четверть часа Владимир Путин пришел во флагманскую кают-компанию и ответил на вопросы журналистов. Он вспомнил то время, когда военные корабли стояли у стенки, самолеты не летали, "а с офицеров в общественном транспорте даже фуражки сбивали". Президент несколько раз возвращался мыслями к крылатой ракете, запущенной с борта Ту-160, на котором он налетал накануне пять часов. Мысленно они были еще вместе.

— Подобного вида вооружения у нас не было,— повторял президент.

Очевидно, что эта идея была дорога и ему, и министру обороны, который напомнил, что с помощью этой ракеты можно бороться с террористами (очевидно, все остальные средства уже испробованы и признаны негодными).

Я задал президенту мучивший меня со вчерашнего дня вопрос: зачем к нему в Чкаловский перед полетом на Ту-160 так торопился председатель правительства Михаил Фрадков? Неужели господин Путин намерен был сложить с себя на время полета президентские полномочия — например, ввиду рискованности предприятия? И почему тогда нам об этом ничего не сказали? Ведь мы имеем право знать, под чьим руководством удваиваем ВВП.

Господин Путин с негодованием отмел любые подозрения в том, что он готов расстаться с президентскими полномочиями, пусть даже и на короткое время. Более того, он не согласился даже с тем, что господин Фрадков мог торопиться на встречу с президентом.

— Михаил Ефимович, в отличие от меня, человек пунктуальный и никуда не опаздывает,— заявил господин Путин (может быть, именно потому, что торопится? —А. К.).

Я спросил, были ли во время полета нештатные ситуации. Господин Путин категорически заявил, что никаких нештатных ситуаций не было. Ему очень понравилась работа летчиков. Он давно мечтал на нее посмотреть. Люди, по его словам, работали с азартом. И снова господин Путин вернулся к полету крылатой ракеты.

— Мы не только запустили ее, но и захотели какое-то время преследовать ее, сопровождать,— поделился он.

— Удалось? — уточнил я, попытавшись представить себе президента страны, с азартом преследующего выпущенную им же крылатую ракету.

— В полной мере,— подтвердил Владимир Путин.

"Петр Великий" также произвел на него хорошее впечатление. Господин Путин вспомнил, что был на этом корабле, когда он только строился в Санкт-Петербурге.

— Обычно такое строительство идет четыре-пять лет, а этот корабль строился десять. Тогда на заводе могли не только вообще не построить крейсер, а и сам завод мог за это время развалиться,— вспоминал он.

Но президента снова вернули к Ту-160 и спросили о сомнительных бытовых удобствах этого лайнера:

— Говорят, там приходится пользоваться простым ведром?

— Это же, в конце концов, самолет, а не яхты некоторых наших коллег, которые работают в нефтегазовой сфере,— раздраженно сказал президент.

— Но микропечка на борту есть! — запротестовал министр обороны.

И тут президента неожиданно спросили, не собирается ли он отправить в отставку правительство или хотя бы уволить какого-нибудь министра. Господин Путин как будто ждал этого вопроса и хотел высказаться на эту тему непременно на борту атомного ракетоносца:

— От этой чехарды кадровой вообще ничего не меняется. Надо просто учить их работать. А менять надо, когда нет другого выхода. Все помнят о проблемах бывшего министра атомной энергетики господина Адамова. Между прочим, был, когда надо, уволен без шума. И на этот раз сенсации не будет.

Я уточнил, касается ли это утверждение министра культуры Александра Соколова и его подчиненного, главы Агентства по культуре и кинематографии Михаила Швыдкого.

— Люди взрослые, найдут способ решить вопрос,— нехотя ответил президент.
— На мировое соглашение намекаете? — переспросил я.

— Ни на что я не намекаю. Намекаю на то, что люди взрослые,— намекнул президент.

Тогда президента спросили, почему он предлагает на утверждение региональным законодательным собраниям кандидатуры новых губернаторов, как правило, "на флажке" — когда время, отведенное на это законом, либо вот-вот истечет, либо уже истекло.

— Недостаточно хорошо работает администрация президента! — как будто даже обрадовался Владимир Путин.— Надо вовремя предлагать кандидатуры мне! Надо эффективнее работать, искать людей в регионах и предлагать их. С региональным депутатским корпусом активнее надо работать! И вот, кстати, когда закон (об отмене губернаторских выборов.—А. К.) вступал в силу, говорили, что губернаторов будут назначать. А, как видите, назначений нет! Приходится учитывать мнение регионов, законодательных собраний, проводить консультации. Как показывает практика, без этого невозможно решить проблему формирования этого уровня власти. Необходимо сделать такую систему, при которой губернаторы были бы кровно связаны с национальными интересами,— неожиданно закончил этот монолог господин Путин.

После этого Владимир Путин рассказал, почему он рекомендовал назначить главой Иркутской области железнодорожника Александра Тишанина вместо действующего губернатора Бориса Говорина.

— Это было неожиданно для нас,— признался кто-то из журналистов.
— Не только для вас,— признался и президент.
— Что, и для вас тоже? — спросил я.
— Я сделал это после консультаций,— закрыл тему господин Путин.

— Скажите, вы хотите теперь слетать в космос? Все остальное ведь вы, кажется, перепробовали,— спросил я президента на прощание.

— Нет,— раздраженно ответил он.— Все. Вы спросили, я ответил.

Комментарии
Профиль пользователя