Коротко

Новости

Подробно

Абхазская здравица

Инаугурация Сергея Багапша прошла в миротворческой атмосфере

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 1

дружба народов

В Абхазии прошла инаугурация президента республики Сергея Багапша. Мероприятие местного значения превратилось в настоящий форум кавказских республик. Не участвовали в нем только представители Чечни. Фактически за них выступил депутат Госдумы РФ Николай Кондратенко, призвавший все народы Кавказа потребовать прекращения войны. С подробностями из Сухуми — ОЛЬГА Ъ-АЛЛЕНОВА.


Символы мудрости и доблести

Инаугурация была назначена на час дня субботы, но люди стали собираться у комплекса правительственных зданий заранее. Центр города был оцеплен, и когда на дороге появилась колонна черных джипов с номерами Карачаево-Черкесии, сотрудники ДПС перекрыли дорогу для остального транспорта, и люди, замерев, смотрели на это великолепие. В Абхазии такие кортежи не позволял себе даже ее первый президент Владислав Ардзинба.

В черном джипе на инаугурацию приехал президент Карачаево-Черкесии Мустафа Батдыев. Кажется, такую же машину он подарил потом своему абхазскому коллеге Сергею Багапшу. Это был не очень удачный подарок, потому что все подарки, полученные Сергеем Багапшем в этот день, предназначались для народа: например, санитарная машина для больницы, деньги на восстановление школы-интерната, и только джип народу подарить было нельзя. "Я надеюсь, что свой первый визит вы нанесете нам на этой машине,— сказал президент КЧР.— И не перепутаете нас с Адыгеей". Это была шутка, и в зале ее оценили. "Черкесы и адыгейцы принадлежат к общей абхазо-адыгской языковой группе, и трудно сказать, кто из них по крови ближе к абхазам,— объяснили мне сидевшие в зале.— Если Багапш в первую очередь посетит Черкесск, то адыгейцы немножко обидятся. Ну и наоборот, конечно". Абхазский президент ответил шуткой: "Знаете, что это за машина? Она с автопилотом — прямо в Черкесск направляется".

Я сидела на ступеньках в проходе, потому что зал, рассчитанный на 700 мест, был переполнен. Здесь собрались делегации со всего Северного Кавказа, от Южной Осетии, Приднестровья и Нагорного Карабаха, от российской Госдумы и московской мэрии. Делегатов и гостей кое-как рассадили, но остальные стояли и сидели в проходах. Впрочем, никто не возмущался. Только новый премьер Александр Анкваб немного нервничал и в знак солидарности с теми, кто стоял, вышел из президиума и встал у кулис, уступив место президенту Южной Осетии Эдуарду Кокойты. Он так и простоял вместе с соратником по партии Леонидом Лакербаем в углу сцены всю церемонию.

Господин Багапш выглядел неважно — накануне он заболел и теперь должен был присягать с температурой. Он сидел рядом со спикером парламента Нугзаром Ашубой и вице-президентом Раулем Хаджимбой. Последний был невесел. То ли понимал, что в кресле президента мог сидеть сам, то ли просто устал. "Так долго к этому шли, все было против нас, все время в напряжении,— сказал мне господин Лакербай.— А сегодня наконец-то выдохнули и поняли вдруг, что сил не осталось".

Когда зазвучал гимн Абхазии, все встали. Сергей Багапш вышел к микрофону и по-абхазски произнес присягу. Потом снова был гимн, все стояли и молчали, и смотрели на бледного президента, и я видела, что он едва справляется с волнением. Потом президент немного растерялся, потому что не знал, как действовать дальше по процедуре. Его слегка приобнял сидевший в президиуме уже бывший премьер Нодар Хашба и что-то сказал. Почетный караул внес штандарт президента Абхазии и печать с изображением герба, эти атрибуты по поручению больного Владислава Ардзинбы новому президенту вручил экс-вице-президент Валерий Аршба. Господину Багапшу вручили национальный посох — символ мудрости и саблю — символ доблести. Саблю президент поцеловал.

Вслед за этим бывший спикер парламента Абхазии и просто уважаемый человек Сократ Джинджолия сказал, что проигравших на этих выборах нет, что еще недавно мог начаться большой внутриабхазский конфликт, но благодаря повторным выборам удалось сохранить единство в народе.

Да здравствуют Абхазия и Южная Осетия


А потом слово взял губернатор Краснодарского края Александр Ткачев. Я до последнего не верила, что он приедет на инаугурацию, потому что совсем недавно господин Ткачев выступал против господина Багапша и называл его окружение криминальным. А еще грозил закрыть границу и железную дорогу, если абхазцы не выберут такого президента, который устраивал бы Россию. Границу, напомню, закрыли на неделю, после чего уже избранный президентом Сергей Багапш вынужден был объединиться со своим соперником Раулем Хаджимбой.

Краснодарский губернатор, назвав абхазцев братьями и добрыми соседями, напомнил, что всегда пытался им помочь. Он не стал извиняться за свои ранее сказанные слова, а просто объяснил: "Мы не могли позволить раскачать ситуацию. Мир на Кавказе должен быть достигнут любой ценой. Слава богу, что все закончилось миром. Победили мудрость и профессионализм Сергея Васильевича Багапша. Он настоящий президент, которого ждала земля Абхазии". В подкрепление благих намерений губернатор подарил президенту Багапшу тысячу тонн пшеницы.

В зале заметно потеплело, когда на трибуну энергично поднялся президент Южной Осетии Эдуард Кокойты.

— Вы сохранили Абхазию, вы доказали всем, что у республики Абхазия прекрасное будущее,— произнес он.— Абхазия будет независимым и сильным государством. Многие очень болезненно воспринимают взаимоотношения республики Южная Осетия и братской республики Абхазия. Я хочу им заявить: мы будем продолжать традиции, исторически заложенные нашими предками в деле укрепления дружбы и братства между нашими народами. Мы будем приумножать эти традиции, будем сотрудничать ради будущего своих народов, ради укрепления независимости Абхазии и Южной Осетии.

Лидер Южной Осетии говорил громко, чеканя слова — ему аплодировали чуть ли не после каждой фразы. Потому что он был не просто представитель одной из кавказских республик — у него были те же враги, что и у абхазов, только он называл их не прямо, а "третьей силой".

— Сегодня мы не только чествуем президента Абхазии, сегодня здесь собрался, можно сказать, форум всего Северного Кавказа,— сказал президент Кокойты.— Сегодня есть силы, которые хотят нам навязать новые правила сотрудничества на Кавказе. Я хочу заявить тем силам, что никто никогда не научит нас — абхазов и адыгов, кабардинцев и балкарцев, карачаевцев и черкесов, дагестанцев, осетин и русских,— как нам жить. И пускай знают все, кто пытается сегодня расшатать ситуацию: им это не удастся. Я надеюсь, что мы докажем всем, что Кавказ — это не испытательный полигон. Да здравствует республика Абхазия! — произнес лидер Южной Осетии и подождал, пока зал стихнет.— Да здравствует республика Южная Осетия! Да здравствует наш союз с великой Россией!

Тут раздались уже овации, после которых оба лидера непризнанных республик обнялись. Все встали. Я смотрела на зал и понимала, что это действительно не только инаугурация, но и форум. Форум сепаратизма в чистом виде, который открыто одобряла Россия. Но здесь не было ни одного чеченца, хотя чеченцев в Абхазии считают братьями и героями войны за независимость. Чеченцев здесь не было, потому что чеченский сепаратизм Россия не поддерживает. Наверное, их присутствие на этом мероприятии слишком ясно продемонстрировало бы всему миру двойные стандарты Российской Федерации.

На праздничном банкете после инаугурации Сергей Багапш охотно общался с президентом Южной Осетии Эдуардом Кокойты (в центре соответственно справа и слева) и почти не замечал своего заместителя, вице-президента Абхазии Рауля Хаджимбу (справа)

На праздничном банкете после инаугурации Сергей Багапш охотно общался с президентом Южной Осетии Эдуардом Кокойты (в центре соответственно справа и слева) и почти не замечал своего заместителя, вице-президента Абхазии Рауля Хаджимбу (справа)

Фото: ВАЛЕРИЙ МЕЛЬНИКОВ, Коммерсантъ

"Война не нужна ни русским, ни чеченцам"


Бывшему губернатору Краснодарского края, депутату Госдумы Николаю Кондратенко просто не могли не предоставить слова. Он много помогал абхазцам, даже тогда, когда этого никто не делал. Он сказал добрые слова в адрес "своего старого друга Владислава Ардзинбы" и что "в ту сторону поворота нет", имея в виду, конечно, Грузию.

— Хочу сказать еще о сокровенном и важном,— мягко произнес депутат.— Я, русский, часто слышу угрозы о том, что абхазы вернутся в Грузию. Напрасны эти потуги. Никогда абхазы больше не пойдут под те флаги. Для того чтобы абхазы любили тот флаг, нужно было по-другому вести себя. И мы знаем, кто дал первым в той войне команду стрелять по людям. И мы осуждаем того идола — я имею в виду Шеварднадзе. Это сатана, это не живой человек.

Но тут случилось неожиданное — депутат заговорил о войне в Чечне. Рассказал, что, будучи губернатором, пригласил 200 чеченских детей в краснодарский пансионат и сам к ним приехал.

— Я приехал,— вспоминал господин Кондратенко,— и когда увидел их, без рук, без ног, с оторванными ушами, я ужаснулся. Я приехал и своим соратникам сказал: "Эти дети будут нам, русским, мстить до конца дней наших". И я бы, русский, если бы со мной так поступили, тоже бы мстил.

Кое-кто из делегатов занервничал, оглядывая зал, как будто пытаясь найти поддержку. Но зал напряженно молчал. Все находящиеся в этом зале прекрасно знали, что такое война, и хоть и пассивно, но сочувствовали чеченцам.

— И я уверен, мы поймем — эта война была невиданной политической ошибкой,— продолжал сенатор.— И что она должна быть завершена. Она не нужна была ни русским, ни чеченцам. А нужна была тем, кто сидит в отдельных кабинетах Москвы. Надо принести свои извинения тем, кто потерял сыновей, и с одной стороны, и с другой, ибо это все кровь народная. Мы говорим о бандитах в Чечне. Друзья, все гораздо сложнее. Нет там четкого деления. И мы будем нести крест за ту войну еще долго. Ведь так получилось, что когда женщины жили в солдатских холодных палатках, а мы, русские, думали, что мочим кого-то в сортире, то это была невиданная ошибка. Ибо мы шахидок воспитывали.

Зал громко выдохнул. Делегаты занервничали сильнее. На этой церемонии российского президента Владимира Путина благодарили за помощь, говорили в его адрес теплые слова, но когда всего один человек сказал правду, все испугались. А депутат все продолжал. И я слышала, как сидящие рядом мужчины говорили: "Правильно, что о чеченцах сказали. А то некрасиво получается, все народы сюда позвали, а про них забыли".

— Еще пройдет время, и мы многое переоценим,— продолжал депутат Кондратенко.— И я буду рад, если все народы Кавказа будут требовать одно — прекратить войну, ибо война плодит только новую войну, новые смерти и новые потери.

Тут люди захлопали. Громко, с чувством.

"Единственное условие — уважение к завоеванной независимости"


После депутата говорили делегаты из Адыгеи, Кабардино-Балкарии и Москвы, а потом слово взял президент Багапш. Он благодарил всех, кто помогал ему выиграть эти выборы, и тех, кто не помогал, тоже благодарил. "Нам, победившим в кровопролитной войне, Бог не простил бы, если бы мы проиграли мир, проиграли демократию,— сказал президент.— Мы склоняем голову перед памятью воинов-защитников Абхазии, мы чтим память добровольцев Северного Кавказа, которые отдали свои молодые жизни ради свободы Абхазии". После минуты молчания президент пообещал, что "интересы народа Абхазии будут основополагающими в работе органов госвласти" и что он часто будет обращаться за советом к своему народу. И пообещал построить страну с рыночной экономикой. И поблагодарил президента Путина "за все то, что он делает для нашего народа". Бурные аплодисменты означали, что президента Путина благодарит весь зал. Потом господин Багапш сказал, что "вопрос реинтеграции с Россией будет главным" для абхазов, что нужно сделать многое в вопросе принятия абхазами российского гражданства. И, конечно, сказал про экономику. "Наша республика открыта для инвестиций, открыта для друзей,— отметил президент.— Абхазия может стать и важным пунктом международного транзита. Мы готовы обсуждать эти вопросы со всеми заинтересованными странами. Единственное условие — безусловное уважение к завоеванной народом независимости".

Эта речь была программой нового президента и его команды, и когда она закончилась, зал взорвался овациями.

Председатель парламента Абхазии Нугзар Ашуба объявил церемонию инаугурации закрытой, и все направились к выходу. Вместе со всеми, без охраны, совсем не по-президентски вышел и президент Багапш. С вице-президентом Хаджимбой и делегатами из Нагорного Карабаха он направился к мемориалу славы, воздвигнутому в память погибших в грузино-абхазской войне. В динамиках на площади звучала старая народная песня, которая называется "Песнь о скале". Предки нынешних абхазов, сложившие эту песню, конечно, не могли предполагать, что она станет реквиемом по трем тысячам погибших в межнациональном конфликте. Возложили венки и на несколько минут площадь замерла. Постояв перед мемориалом, президент направился к машине и уже сел в нее, когда к мемориалу подъехали господа Кокойты и Батдыев, и президенту Багапшу пришлось вернуться.

Наконец, все отправились в Гагру, где гостей ждал банкетный зал. От банкета отказались только губернатор Ткачев и президент Батдыев, их кортежи сразу направились к КПП на приграничной реке Псоу. За столом президенты Багапш и Кокойты сидели рядом и весь вечер о чем-то задушевно говорили. Президентов периодически прерывали тостами и подарками, и господину Багапшу все время приходилось вставать. Например, когда брат замгенпрокурора РФ Владимира Колесникова Виктор поднял тост за президента Путина. Или когда депутат и бывший начальник охраны президента Ельцина Александр Коржаков вручил виновнику торжества свои книги и пожелал не совершать тех ошибок, которые делал первый российский президент.

Когда стемнело, господин Кокойты собрался уезжать и господин Багапш вышел проводить его, как самого дорогого гостя, я спросила южноосетинского президента, что изменилось в республике после смерти грузинского премьера Зураба Жвании.

— Роль личности в истории, конечно, велика, но когда решается судьба всего народа, надо исходить из интересов народа,— ответил президент.— И соблюдать все договоренности, которые подписывались... И я бы сегодня хотел предостеречь те силы, которые пытаются с разных трибун размахивать кулаками и навязывать силовое разрешение конфликта. Мы уверенно себя чувствуем, мы в состоянии встретить их и как гостей, и — в случае агрессии — как агрессоров. Я даже обращаюсь к ним с призывом, чтобы вместо игры мускулами они перешли на восстановление экономики и не на вооружение тратили огромные средства, а на экономику и социальную сферу.


Комментарии
Профиль пользователя