Коротко


Подробно

Зара Муртазалиева ответила за слова

Мосгорсуд признал терроризмом разговоры о терроризме

приговор

Вчера Мосгорсуд приговорил к 9 годам лишения свободы 21-летнюю чеченку Зару Муртазалиеву, которую обвиняли в приготовлении к акту терроризма, незаконном приобретении взрывчатки и вовлечении в террористическую деятельность двух русских москвичек. Процесс по этому делу завершился в рекордно короткий срок: суду потребовался ровно месяц, чтобы признать чеченку виновной, а на подготовку приговора судья Марина Комарова потратила всего около трех часов.


Фотографии как доказательство вины

Предшествовавшие вынесению приговора прения сторон начались с выступления гособвинителя Юлии Сафиной, которая в очередной раз изложила суду позицию следствия. Уверенность прокуратуры в виновности подсудимой Зары Муртазалиевой основывается на трех доказательствах: приобщенных к делу фотографиях, которые подсудимая сделала в торговом комплексе "Охотный ряд" 3 января 2004 года; пластите, который у нее нашли милиционеры 4 марта 2004 года, и дружбе с двумя молодыми москвичками — Анной Куликовой и Дарьей Вороновой, которых подсудимая якобы вербовала в террористки-смертницы. Все это, по убеждению обвинения, свидетельствует о присутствии у Зары Муртазалиевой преступного умысла.

— Совсем недавно мы и представить себе не могли, что акты терроризма так распространятся в нашей стране,— с подъемом говорила прокурор.— Терроризм порождает нестабильность. Вину подсудимая не признала, но я считаю, что ее вина доказана.

Затем гособвинитель подробно остановилась на упомянутых доказательствах. Во-первых, по словам госпожи Сафиной, подсудимая подобрала объект — ТЦ "Охотный ряд", фотографии которого и были изъяты у нее во время обыска. То, что подсудимая и ее защита говорят об этих фотографиях — Зара Муртазалиева якобы сделала их без какого-либо умысла,— ложь, утверждает прокурор.

— Фотографии были исследованы в ходе следствия, и на них ничего интересного и смешного, как говорит подсудимая, нет. Зато там есть эскалатор (следствие утверждает, что целью террористки был именно эскалатор.—Ъ). При этом место для будущего взрыва было выбрано не случайно,— утверждала гособвинитель.— Подсудимая изучила места расположения входов и выходов и точно знала, сколько в торговом центре охраны и сколько там установлено металлодетекторов.

Слова подсудимой о том, что пластит ей подбросили в отделении милиции, куда ее доставили после задержания, по мнению прокурора, абсолютно безосновательны, "поскольку сумка у нее была очень небольшая и подсудимая просто не могла не заметить появления в ней посторонних предметов". При этом прокурор совершенно не приняла во внимание очевидные противоречия, содержавшиеся в показаниях свидетелей — сотрудников ОВД "Проспект Вернадского", задержавших Зару Муртазалиеву и обнаруживших у нее два куска пластита, завернутых в фольгу, общим весом 196 г.

Мусульманки Куликова и Воронова


В основу обвинения легли показания двух москвичек, с которыми Зара Муртазалиева почти сразу же после приезда в Москву в октябре 2003 года познакомилась в мечети по их инициативе. Дарья Воронова и Анна Куликова — главные свидетели обвинения. На оценку их показаний обвинением не повлияло даже то, что Анна Куликова, выступая в суде, отказалась от показаний, которые дала на предварительном следствии, сославшись на то, что на нее оказывалось давление.

Зара Муртазалиева якобы вербовала москвичек в террористки-смертницы и вела с ними провокационные беседы о джихаде. В доказательство этому следствие предъявило суду 160 часов видеозаписи, сделанной скрытыми камерами, установленными в квартире, в которой три девушки около месяца жили вместе вплоть до задержания Зары Муртазалиевой в марте прошлого года. Вчера прокурор Юлия Сафина в очередной раз процитировала расшифровку одной из видеозаписей, согласно которой чеченка говорит Дарье Вороновой: "Тебя что, совесть замучила? Решила уйти на джихад?"

— Муртазалиева показывала девушкам на сайтах в интернете фотографии трупов чеченцев, убитых на войне,— говорила прокурор.— Сестра Куликовой Лариса Атланова показала на следствии, что после общения с подсудимой Анна Куликова очень изменилась, она много говорила о чеченской войне и стала интересоваться литературой, в которой говорилось о смерти. Анна Куликова, по словам ее сестры, даже сказала как-то, что ей стыдно за то, что она русская. По мнению прокурора, она так говорила, потому что Муртазалиева внушала девушкам ненависть к русским.

В итоге прокурор запросила у суда 12-летнее заключение для Зары Муртазалиевой.

"Треп есть треп"


— Ни одного доказательства виновности моей подзащитной мы до сих пор не видели, кроме бреда, который записан на представленных суду видеокассетах. Там сплошной смех, шутки. Там девчонки кувыркаются, спят, едят и даже, извините, в туалет ходят. Треп есть треп,— сказала адвокат Зары Муртазалиевой Зизаг Усманова, после того как слово на прениях предоставили защите.— Главные свидетели обвинения, Анна Куликова и Дарья Воронова, сами ей навязались. Они первые подошли к ней в мечети. Но за бред никого еще не судили. За любовь или ненависть тоже.

Опровергая утверждения обвинения о том, что подсудимая вела с москвичками разговоры, свидетельствовавшие о ее намерении обратить их в свою веру и завербовать в смертницы, адвокат Усманова сказала:

— В Чечне с 1994 года идет война. Будучи еще ребенком, моя подзащитная только и слышала, что о смерти. Это вы тут не слышали, не знаете. Вы слышали о войне только то, что говорят СМИ,— Зизаг Усманова дала волю эмоциям, и казалось, что она вот-вот расплачется.— Я сама перенесла, многие чеченцы перенесли весь этот ужас. Каждый день убийства, смерти. Меня с детьми раскапывали из заваленного подвала. Я не была боевиком, а всего-навсего федеральной судьей, но на меня наставляли дуло автомата.

На протяжении всего процесса Зизаг Усманова не позволяла себе столь эмоциональных высказываний. Вчера она говорила так, словно тюрьма грозила ей.

— Эта девочка не должна любить таких русских, как Буданов,— продолжала защитница.— И о какой объективности следствия можно говорить, если следователь Никулинской прокуратуры сказал как-то на одном из допросов, что, мол, правильно делал Сталин, что уничтожал чеченцев. Я ему возразила, что Сталин уничтожил гораздо больше русских, на что он ответил, что Сталин все равно был прав. Какую правду этот следователь может написать в протоколе?

Скорый приговор


Затем доводы обвинения пытался опровергнуть второй адвокат Зары Муртазалиевой — Владимир Суворов. Он долго убеждал судью Марину Комарову в том, что у подсудимой не было никаких оснований, чтобы совершить то, в чем ее обвиняют. Адвокат сказал, что за 2,5 месяца (столько, по мнению защиты, Зара Муртазалиева находилась в поле зрения московского УБОПа) оперативники могли бы собрать более убедительные доказательства ее вины. Адвокат сказал также, что за 160 часов видеозаписи разговоры лишь считанные разы заходили о чеченской войне и джихаде.

— Бытовой полудетский разговор не может быть положен в основу обвинения. Я сам и не такое говорю иной раз о наших властях, когда речь заходит о чеченской войне,— утверждал адвокат Суворов.

Затем подсудимой предоставили последнее слово. Было заметно, что Зара Муртазалиева к нему не подготовилась. Когда судья Комарова сделала ей замечание по поводу того, что подсудимая говорит не по делу, Зара Муртазалиева, подумав минуту, сказала:

— Я ни перед кем не извиняюсь. Я ни у кого не прошу прощения. Потому что мне не перед кем извиняться. Единственный человек, перед которым я извиняюсь, это моя мать, которой я разрешила переступить порог этого суда. Больше мне нечего сказать.

Когда стороны высказались, судья Комарова объявила перерыв, несколько удивив присутствовавших. Она не стала назначать оглашение приговора на другой день, как обычно бывает в Мосгорсуде. Прения закончились около 13.00. Судья же сказала, что намерена огласить решение всего через три часа.

Когда в назначенное время в зале суда вновь собрались журналисты и родственники подсудимой, судья Комарова зачитала преамбулу приговора, в которой повторила доводы обвинения. Судья сказала только, что считает возможным исключить из обвинения, инкриминируемого подсудимой, "перевозку взрывчатых веществ". При этом Марина Комарова полностью опровергла версию о "подбрасывании взрывчатки".

— А ее рассказы об участии в боевых действиях на стороне террористов и о том, что на войне погибли ее родные и близкие, суд расценивает не как склонность к фантазированию, а как намеренное введение в заблуждение свидетельниц Куликовой и Вороновой с целью их вовлечения в совершение акта терроризма,— сказала судья.

Она признала Зару Муртазалиеву виновной во всех инкриминируемых ей преступлениях и приговорила к 9 годам колонии общего режима. Мать осужденной Таит Муртазалиева сказала, что обжалует приговор в Верховном суде.

АЛЕК Ъ-АХУНДОВ




Тэги:

Обсудить: (0)

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение