фестиваль балет
В Большом театре трехчастным гала-концертом завершился международный фестиваль Grand pas. Под занавес на сцене благодарили спонсоров, в том числе представителей Экспобанка и банка "Деловая Москва", пообещавших поддерживать Grand pas и впредь. Против обыкновения прилив благодарности испытала и ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА.
Гала-концерт Grand pas собрал полный зал — впервые за все десять фестивальных дней. Посетившие гала зрители сэкономили время и деньги: в этот вечер им показали дайджест фестиваля. Программа из трех отделений представляла почти всех его участников (за исключением британской Random Dance Company) и обещанные организаторами "сюрпризы". Последние нельзя отнести к числу приятных: в нагрузку к труппам с мировым именем прилагались выпускники балетных училищ. В ином контексте можно было бы проглотить и деревянность "Розового вальса" из "Щелкунчика" Василия Вайнонена в исполнении москвичей (даже, может быть, оценить перспективы точеных ножек выпускницы Чинары Ализаде). И любовные страсти из академии "Ла Скала", в ходе которых дама решительно срывала пышную юбку, снисходя до социального положения своего босоногого партнера в косоворотке. И наивный гибрид из импрессионизма Касьяна Голейзовского и рудиментов танго, который с трогательным доверием к ценности хореографии исполнили юные пермяки. Но все эти доморощенные радости были по меньшей мере неуместны в гала-концерте, претендующем на международный уровень.
Из остальных участников скромнее всех выглядел Национальный балет Нидерландов. Типовой романтический дуэт Кшиштофа Пастора из балета "Ангел" (в котором партнерша рвалась из мирских объятий партнера к высшим ценностям до тех пор, пока тот не уверовал в благо духовного единения и не замахал синхронно с ней руками, как птица крыльями) обрадовал лишь как знак избавления от школярской части программы. Минималистский опус "Три маленькие пьесы" классика Ханса ван Манена — безусловный шедевр. Однако все эти повторяющиеся батманы, шаги и полушпагаты надо еще суметь исполнить так, чтобы подразумеваемое между мужчиной и женщиной энергетическое напряжение перекинулось через рампу. Для чопорной экс-петербурженки Ларисы Лежниной ее партнер Николас Рапаис остался лишь коллегой по работе, с которым они успешно сдали урок хореографического чистописания.
Американская труппа Complexions заполнила все третье отделение избыточно изобильной джазовой "Сюитой Притти-Гритти", которую я целиком отдала бы за повтор "Соло" феноменального Десмонда Ричардсона, первого танцовщика и соруководителя труппы (подробнее о Complexions см. Ъ от 23 октября). Покоривший москвичей господин Ричардсон сорвал долгую овацию, но баловать публику бисом не стал.
Зато мужчины-пародисты из американской компании "Трокадеро де Монте-Карло" готовы были не уходить со сцены: то урезывали канкан, то шарашили рок-н-ролл на пуантах и в расшитых пачках. Пошловатые номера чередовались с сущими жемчужинами — такими, как знаменитый Па-де-катр, в котором каждая из участниц изображает одну из звезд романтического балета XIX века. В трактовке американцев маленькая престарелая "Мария Тальони", тяжко отдуваясь после своих па, педантично терроризировала молодых, резвых и рослых соперниц. Ее изобретательная стервозность вызвала чрезвычайное оживление в зале. Ну а "Умирающий лебедь" в исполнении Иды Nevasayneva (псевдорусский отыгрыш бондовского "Никогда не говори никогда") сопровождался просто гомерическим хохотом. Световой луч долго метался по сцене, пока не поймал балерину — носатую, как Анна Павлова, и старую, как Мафусаил. Перья облетали с ее пачки снежной метелью все время, пока прима сучила скрещенными костлявыми ножками и растопыривала их в поисках равновесия, строила скорбную мину, со скрипом заламывала руки за спину и, рискуя получить приступ ревматизма, отчаянно вскакивала в патетическом аттитюде. "Умирала" она, донельзя счастливая тем, что и на сей раз осталась жива после сценической пытки.
Церемонию награждения участников фестиваля организаторы неосмотрительно перенесли в конец концерта — подуставшие зрители, аплодируя на бегу, хлынули из зала сразу после окончания гала. Гендиректор Grand pas Сергей Ольденбург-Свинцов превратил раздачу посеребренных статуэток в панегирик спонсорам. Гендиректора можно понять: его детище — предприятие прямо-таки разорительное. Очевидно, что фестиваль, собравший в Москве четыре отменные импортные труппы, не мог выжить без посторонней помощи. Впрочем, и прошлогодний, не менее художественно состоятельный, принес устроителям одни убытки — по сведениям Ъ, дефицит феста составил $150 тыс., а некоторые его участники и поныне дожидаются гонорара. Трудно сказать, отчего столичная публика-дура игнорирует свой единственный международный балетный форум — то ли из-за отсутствия звезд, то ли из нелюбви к современной хореографии, то ли из-за ценовой политики организаторов (дешевые билеты выкидывали в кассы только в день спектакля). А то ли по собственной лени, за которую пока что расплачиваются спонсоры.