Коротко

Новости

Подробно

Серебровалютный резерв

— Ни хрена себе! — уважительно сказал Александр Москаленко, посмотрев сверху

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 15


Олимпийский чемпион в прыжках на батуте Александр Москаленко занял в Афинах второе место. Это был тот самый случай, когда, как считают и он сам, и специальный корреспондент Ъ АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ, человек не "серебро" завоевал, а "золото" потерял.

— Ни хрена себе! — уважительно сказал Александр Москаленко, посмотрев сверху, с крыши одного новорусского кафе на руины одной древнегреческой библиотеки.— Вы позволите, я майку сниму, а то жарко?


       — Буду только рад.
       Мне и в самом деле хотелось посмотреть, из чего сделан человек, в свои 35 лет безоговорочно считающийся, несмотря на вчерашнее второе место, лучшим в мире в прыжках на батуте. Ну что? На первый взгляд стройматериалы примерно одни и те же.
       — И я закурю. Вас это не шокирует? — спросил он.
       Меня это шокировало. И даже очень.
       — Я вас все-таки обескуражил,— как-то обрадованно сказал он.— Ну ладно. Хотите поговорить об этом? Давайте я вам философски скажу. А может, что-то хорошее есть в курении? Вы не думали? Огонь, дым, созерцание... Не приходило в голову?
       — Приходило, а как же. Но вы же спортсмен, да еще какой. Как же вы можете курить? Не надо курить.
       — Вы знаете,— подумав, сказал он,— жизнь, она такая... Линда Маккартни уж как берегла себя...
       — Ну если вы заядлый курильщик, то ваше второе место вообще спортивный подвиг, я считаю.
       — Да я же выиграть хотел! — он пристукнул кулаком по столику.— Выиграть! Бли-и-н...
       Он уронил голову на сжатые кулаки.
       — Может, курить не надо было? — вернулся я к захватившей меня теме.— А вдруг это было то самое чуть-чуть?
       — Я давно заметил: бросаю заниматься — и сразу бросаю курить. Перерыв, отпуск — и сразу не курю.
       Он говорил про себя с каким-то удивлением.
       — Безо всяких кодировок — бросаю. Курю, только когда тренируюсь или выступаю.
       — Что-то вы рано поседели,— поменял я исчерпанную тему.
       — Тридцать пять — это рано? Ну да, занятия бензиновым бизнесом не способствуют брюнетости.
       Так. Он, значит, бизнесмен.
       — Я понимаю, там все на нервах,— сказал я.— Можно, если не хотите, не продолжать.
       — Почему не продолжать? — рассудительно сказал он.— На самом деле там все не так уж страшно. Веди порядочно дела — и все будет нормально. Возьми свое — и хватит. Есть же божьи заповеди...
       Он разговаривал со мной как с коллегой по бизнесу на очень ранней стадии его становления. В то далекое романтичное время демонстрацией хороших намерений на переговорах было целование икон, а заканчивались они все равно банальной стрельбой. Александр Москаленко, похоже, до сих пор живет не по лжи и занимается бизнесом в его наиболее трогательном виде. Что касается банальной стрельбы, то ведь пара фотографий в обнимку с олимпийскими чемпионами в стрельбе по движущимся мишеням — и можно спать спокойно.
       Он глубоко затянулся.
       — Почему не поговорить о бизнесе? Тем более что я его уже продал. Нельзя все-таки два больших дела совмещать.
       — Нельзя! — обрадовался я.
       Мне очень понравилось, что из двух зол он выбрал большее, то есть спорт.
       — Все-таки адреналин мне нужнее, чем деньги,— добавил он.
       — Деньги — тоже адреналин.
       — Ну да,— согласился он.— Но с другой стороны, миром же правит арифметика. И вот посчитано, что человеку для полного счастья нужно пять миллионов евро.
       — Не долларов? — уточнил я.
       — Не-е-т,— поморщился он.— Есть у тебя пять миллионов — и ты живешь спокойно. На процентах имеешь двадцать тысяч в месяц. Ты их еще и не потратишь. В казино начнешь ходить. Как просадишь там...
       Он мечтательно посмотрел в синее-пресинее греческое небо.
       — А вы, стало быть, до пяти не дошли еще?
       — Стало быть, да. Есть еще к чему стремиться. Я стремлюсь. Сейчас строительством занимаюсь.
       Я не поверил своим ушам. То есть он, когда говорил, что нельзя же совмещать два больших дела, имел в виду не спорт, а другой бизнес. Этот человек рос как личность в моих глазах. Он курил, занимался строительством и чуть не выиграл Олимпиаду.
       — А строите где?
       — У себя дома, в Краснодаре. До Сочи пока не добрался,— он засмеялся.
       У него зазвонил телефон.
       — Да, Тамик, да! Тоже "серебро". Хотел за тебя отомстить, и не вышло...
       Он разговаривал по телефону еще минут десять.
       — Тменов звонил, дзюдоист,— пояснил он.— Что же это такое?! Ну че происходит-то? Тамик же поскользнулся просто! Он к этой схватке столько готовился! И именно с этим японцем... И Сашка Попов...
       — Вы его видели после пятидесяти метров?
       — Видел ли я его? Мы с ним каждый день в номере просиживаем. Мы же возрастные спортсмены и давно знаем друг друга...
       — Что он говорит?
       — Да что. "Проплываю,— говорит,— двадцать пять метров — и, как штанга на ноге, тонуть начинаю..."
       — То есть, может, просчеты в подготовке, как все и говорят?
       — Может, и просчеты. Только в результате получается, что золотых медалей у нас нет. Да и в прошлый раз, в Сиднее, их кто выигрывал? Привалова? Дима Саутин? Сватковский? Как только у него психушка отошла после Олимпиады, Сватковский поехал отдохнуть с друзьями в Эмираты — и там у него ахилл отлетел, который он на самом деле на Олимпиаде уже фактически оторвал. И кто за нами? Компьютерные мальчики? Сашка Попов зашел в четыре утра в интернет-кафе в Олимпийской деревне — они сидят играют. А у них утром старт.
       И он еще долго рассказывал, что на самом деле сборная России есть, а команды нет, что все сидят в своих номерах, а когда видят друг друга в коридорах в российской форме, опускают глаза и проходят мимо не здороваясь. Он говорил, что такого никогда еще не было и что до российских спортсменов на Олимпиаде, такое впечатление, дела никому нет.
       — Честно говоря, вот Фетисов пришел на наши соревнования — и мне было очень приятно. У меня настроение дико поднялось. Я не ожидал. А больше никто не пришел.
       — Может, хотят избежать накачек, как в советские времена?
       — Зачем же хорошего избегать? — удивился он.— Мне говорили: надо, Саша! И я делал. Это, наверное, накачка была. Правда, на компьютерных мальчиков такое уже не действует. Ну так надо им по лимону баксов заплатить, и все! Что, у нас денег нет, что ли?
       — А вы думаете, есть?
       — А вы думаете, нет? ЮКОС за первый день, как только им начали заниматься, миллиарда долларов лишился, и ничего. И до сих пор его не могут завалить, до сих пор! А он все теряет и теряет!
       Александр Москаленко очень хочет, чтобы у нас было побольше золотых медалей. Он так хочет!
       — И национальной идеи у нас нет,— добавил он, окончательно помрачнев.— Как таковой, конечно.
       — А у вас есть представление, какой она должна быть?
       — Да. За Родину!
       По-моему, он чего-то недоговаривает.

Комментарии
Профиль пользователя