Один день Александра Григорьевича

В 11 часов утра, как всегда, пробило подъём — во Дворце независимости в Минске

Президент Белоруссии Александр Лукашенко в понедельник более восьми часов без остановки разговаривал с журналистами, экспертами и представителями общественности. Дата была выбрана не случайно: 9 августа — годовщина президентских выборов 2020 года, завершившихся массовыми протестами и арестами. В ходе марафона вопросов и ответов Александр Лукашенко, которому не так давно многие прочили отставку, излучал уверенность и решимость, хоть и обещал «очень скоро» все же уйти. По словам президента, он предотвратил третью мировую войну, поскольку подавил попытку организованного из-за границы мятежа до того, как в ситуацию пришлось бы вмешаться России. В том, что Москва в любом случае поддержала бы и поддержит его, Александр Лукашенко не сомневается. На бенефисе белорусского лидера в Минске присутствовала корреспондент “Ъ” Елена Черненко.

За восемь с лишним часов выступления Александр Лукашенко не дал ни одного повода усомниться в своей выносливости

За восемь с лишним часов выступления Александр Лукашенко не дал ни одного повода усомниться в своей выносливости

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ  /  купить фото

За восемь с лишним часов выступления Александр Лукашенко не дал ни одного повода усомниться в своей выносливости

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ  /  купить фото

«Они правильно боятся Лукашенко и Путина»

Учитывая все, что произошло в Белоруссии за минувший год, провести «большой разговор» именно в годовщину скандальных президентских выборов было смелым поступком со стороны Александра Лукашенко. Впрочем, судя по всему, его положению сейчас никто и ничто реально и не угрожает. На улицах белорусской столицы в день годовщины выборов не было никаких манифестаций, нигде не мелькала запрещенная бело-красно-белая символика, никто не сигналил, проезжая мимо Дворца независимости — резиденции президента, где проходило мероприятие. Единственное, что напоминало о выплеснувшемся год назад на улицы недовольстве, была отметка «Поместье диктатора», которую в Google Maps кто-то проставил на здании президентской резиденции (уже через пару часов метка исчезла).

Александр Лукашенко при этом и сам в ходе пресс-конференции не раз иронично называл себя «диктатором», выражая уверенность, что «там» — то есть на Западе — его хотят «подвести под международный трибунал».

«Ребята, я свою жизнь прожил. Я в этой жизни что-то сделал. Запугать меня трибуналом, расстрелом... Да бесполезно меня пугать этим»,— обратился к оппонентам белорусский президент.

Однако из дальнейших комментариев Александра Лукашенко следовало, что он, по его собственной оценке, достоин не осуждения, а Нобелевской премии мира, поскольку ему удалось подавить организованный внешними силами мятеж без втягивания в конфликт России и эскалации ситуации до «третьей мировой войны». «Удар оттуда наносился через Беларусь, как всегда было, в сердце России. Мы мгновенно поняли, что от нас хотят. (Президент РФ.— “Ъ”) Владимир Владимирович (Путин.— “Ъ”) предложил помощь, но я тогда отказался,— сообщил он.— Но на всякий случай я попросил (президента Путина.— “Ъ”) создать резерв из тысячи человек. Вряд ли бы они решили какую-нибудь задачу, потому что вместе с этим у меня в резерве была целая армия. И я бы не дрогнул, ввел бы ее в действие, если бы видел, что они (протестующие.— “Ъ”) не просто перешли красную черту, а уже забрались далеко за нее. Но мы справились. Резерв был расформирован и отправлен в места несения службы».

Со слов Александра Лукашенко, Россия и впредь будет готова поддержать его и его страну. «Они (противники с Запада.— “Ъ”) нас не возьмут голыми руками. Никогда. У нас военно-политический союз жесткий с Россией,— напомнил он.— Если будет нужно, то тут не просто будет (российская военная.— “Ъ”) база, тут все Вооруженные силы Российской Федерации будут размещены». Журналисты попросили президента уточнить, при каком сценарии возможно такое развитие событий. «В случае опасности развязывания новой мировой войны»,— ответил Александр Лукашенко. И добавил: «Они (на Западе.— “Ъ”) правильно боятся Лукашенко и Путина. Мы не из трусливого десятка».

Вместе с тем у белорусского президента нашлись и претензии к Москве.

Например, по цене на газ. «Основа любого союза — это одинаковые условия, равноправие… Но как можно интегрироваться, если у вас (в России.— “Ъ”) на природный газ цены в два-три раза ниже, чем в Белоруссии,— возмутился президент.— Мы договорились с президентом России, что преодолеем всякие барьеры и выровняем эти условия».

Не устраивает Александра Лукашенко и отсутствие у Белоруссии и России общего информационного пространства: в виде одинаковых списков запрещенных организаций и интернет-ресурсов, а также трансляции белорусских каналов на российскую аудиторию. «Когда против нас развернута информационная война, надо быть вместе. А общего информационного пространства нет»,— посетовал он.

В то же время президент подчеркнул, что у интеграции с Россией есть предел. «Мы должны четко понимать: любая интеграция — без потери государственности и суверенитета,— отметил Александр Лукашенко.— Когда говорят все эти намеки об интеграции: я всегда головой Путина думаю — что, нужна еще одна головная боль? Нет, президент России это так и понимает».

$1,7 млрд санкций и 4600 уголовных дел

Год после переизбрания Александра Лукашенко в цифрах и графиках

Смотреть

«Когда Белоруссия Крым признает?»

Из выступления Александра Лукашенко следовало, что в объятия России его во многом толкает Запад. Президент напомнил, что до августа прошлого года отношения Минска с ЕС и США развивались неплохо. «Почему вы вдруг обезумели на Западе? — спросил он.— Мы же нормальные с вами имели отношения, и была перспектива выстраивать эти отношения. Но вы же сами все угробили». Вынужденное сближение с Россией, как дал он понять, касается в том числе и вопроса о признании изменившегося статуса Крыма, по которому Минск до недавнего времени занимал нейтралитет. Президент Белоруссии напомнил, что в Крыму есть белорусский санаторий, попасть в который граждане его страны теперь могут только через Россию, поскольку власти Украины закрыли свое небо для бортов из Минска.

«Вы сделали все, и проложили мне маршрут в Крым (через Россию.— “Ъ”)»,— вновь обратился он к оппонентам. Но о политическом признании Александром Лукашенко Крыма российским речи, судя по всему, пока не идет:

«Когда Белоруссия Крым признает? Я отвечаю публично: когда последний олигарх в России признает Крым и начнет поставлять туда продукты. За мной дело не заржавеет».

“Ъ” уточнил у Александра Лукашенко, стоит ли в сложившейся ситуации ожидать поставок на полуостров белорусской продукции, в том числе от попавших под западные санкции компаний. Из его ответа следовало, что это не проблема, если создать соответствующие структуры-посредники в России.

Было видно, что разлад с украинскими властями его очень беспокоит. «Политические отношения с Украиной на очень низком уровне, и красная черта была перейдена тогда, когда Евросоюз еще не прекратил авиасообщение с нами, а Украина это сделала. За что? Неужели до такой мерзости можно дойти, чтобы, извините меня, "похерить" все, что было до сих пор, все то, что мы делали и сделали для Украины? — возмущался Александр Лукашенко.— Для белорусов это была та линия, которую нельзя было переходить. Ну пусть уж бесится Евросоюз, пусть американцы, НАТО — вас же еще не взяли ни в НАТО, ни в Евросоюз и не возьмут. Нет, надо было впереди побежать».

По словам Александра Лукашенко, он с президентом Украины Владимиром Зеленским «как с сыном разговаривал». «Что с ним случилось? Ладно, ты там побежал за Западом, ты их поддержал, ты плюнул на все. Но зачем ты боевиков готовишь на территории Украины и оружие забрасываешь к нам сюда?» — задал очередной вопрос президент Белоруссии (немного позднее в офисе президента Зеленского назвали такие заявления безосновательными).

Александр Лукашенко намекнул, что мог бы вместе с Россией поставить Украину в очень затруднительное положение: «Если бы мы хотели вас (Украину.— “Ъ”) поставить на колени, мы бы это сделали в течение суток вместе с нелюбимым вами президентом Путиным. Мы бы перестали вам поставлять горюче-смазочные материалы. И завтра на вилах бы повыносили и Зеленского, и всех остальных». В то же время президент Белоруссии заверил, что не намерен реализовать ни этот, никакой другой санкционный сценарий в отношении Украины, хоть и ведет она себя, по его словам, «подленько».

В отношении Евросоюза Александр Лукашенко, однако, себя сдерживать не обещал.

Из комментариев следовало, что нынешний кризис на белорусско-литовской границе, которую за полгода пересекли уже более 5 тыс. беженцев из стран Ближнего Востока и Северной Африки, в то время как за весь прошлый год их было около 80, вызван реакцией Минска на санкции и прочие методы давления со стороны ЕС. «Не надо браться за санкционные "топоры и вилы". Тем более они могут иметь обратный эффект»,— предупредил Александр Лукашенко. Он отметил, что Белоруссия никого не шантажирует и никому не угрожает. Но добавил: «Вы нас ставите в те условия, что мы вынуждены реагировать, и мы реагируем. Извините, как можем и как умеем».

На уточняющий вопрос “Ъ”, действительно ли возросший поток беженцев является методом давления Белоруссии на Евросоюз, Александр Лукашенко ответил, что это Брюссель первым отказался продолжать сотрудничество с Минском в рамках соглашения о реадмиссии. По его словам, в ситуации конфликта с Западом власти Белоруссии перестали так же активно, как ранее, вылавливать стремящихся в Европу нелегалов. Кроме того, часть пограничников была переброшена на границу с Украиной для пресечения потока боевиков и оружия. «Кушайте, пожалуйста, вы этого хотели»,— вновь обратился он к своим противникам. В то же время Александр Лукашенко заверил, что власти Белоруссии «не перекидывают» мигрантов в Европу.

Недавнее резкое увеличение числа авиарейсов из Ирака он прокомментировал так: «Нас упрекают в том, что из Ирака прилетают Boeing, привозят людей. Очнитесь, ребята, вы же закрыли для нас пространство, вы изолировали "Белавиа", вы перестали через Беларусь летать и приземлять свои самолеты в нашем аэропорту. Какие вы претензии к нам предъявляете, я же вас предупреждал: свято место пусто не бывает. Нет ваших самолетов, прилетели другие. Мы рады, что к нам летают самолеты. У нас безвизовое пространство через аэропорт для 74 государств… Нам нужны туристы, мы же не закрытая страна от ковида и так далее… Они (пассажиры рейсов.— “Ъ”) приехали с туристической визой. Они же не все летают и идут туда на границу, нет. (Прилетают.— “Ъ”) и из Эмиратов, Турции, Сирии, Ирана, Ирака. Из Афганистана, если будут летать, мы их примем, они платят за все. Это экономика».

При этом Александр Лукашенко неоднократно подчеркивал, что готов к компромиссу с Западом: «Вы же (страны Запада.— “Ъ”) развяжете третью мировую войну. Вы что, к этому толкаете нас с россиянами? Вы что, хотите победить в этой войне? Не будет победителей, а если будут — это не вы. Поэтому успокойтесь. И давайте, пока мы все это терпеливо переносим, сядем за стол переговоров и начнем говорить о том, как выйти из этого положения, потому что увязнем настолько, что обратно пути не будет».

Фотогалерея

События в Белоруссии: действующие лица

Смотреть

«Человек 15–20 могут вырасти в президенты»

В целом же Александр Лукашенко стремился излучать абсолютную уверенность и решимость. Начиная пресс-конференцию, он сказал, что страна «прошла серьезное испытание на национальное единство». «Знаем, у нас есть все для того, чтобы этот период в своей новейшей истории пройти достойно. Есть народ, думающий, образованный, преданный интересам суверенной Беларуси. Есть всеобщее понимание, что в сфере национальных интересов мы все смотрим в одном направлении — государственном»,— заявил белорусский президент.

Для участников прошлогодних манифестаций у него был целый набор язвительных характеристик: «очумевшие», «обезумевшие», «заблудшие», «протестуны», «гады», «лохушники» (намек на сторонников оппозиционера Павла Латушко) и «тихушники» (это о тех, кто поддерживал Светлану Тихановскую). Он признал, что в печально известном СИЗО на «Окрестино» «мочканули» (то есть избили) некоторых задержанных, но заверил, что «получили» лишь «урки, которые вышли на улицы с заточками и ножами, пьяные и обдолбанные».

Александр Лукашенко сказал, что был удивлен, что на улицы вышло столько сторонников оппозиции.

«По численности, для меня была одна неожиданность неприятная, в Белоруссии никогда столько людей на улицы не выходило, а их на пике было, есть методика подсчета… 46,7 тыс. в Минске, собрали со всей страны»,— признался президент. В то же время он сказал, что это «не катастрофа». «Это десятая часть тех, кто думает иначе (то есть сторонников Александра Лукашенко.— “Ъ”). Потому что могло быть и больше, я отдаю себе отчет. Потому что никогда за меня в стране не голосовали примерно 10% населения. Это были люди, которым я неприемлем с первых дней выборов, они мне проиграли выборы. Это националистическое, фашиствующее ядро»,— заявил Александр Лукашенко.

На все вопросы западных СМИ о жестоких расправах Александр Лукашенко отвечал, что это лишь «фейки», «хайп» и «пропаганда». Или же требовал назвать ему Ф.И.О. подвергшихся пыткам людей и конкретные доказательства о фальсификации выборов. Отверг он и слова о продолжающихся репрессиях в стране. «Никаких репрессий не было, и не будет в моей стране никаких репрессий. Потому что мне это не нужно, мне это во вред. Я не стрелял себе в ногу, а тем более в голову. Развернуть в Беларуси репрессии — это самого себя застрелить»,— заявил президент.

При этом отбивался от острых вопросов Александр Лукашенко не один. На каждый неудобный вопрос помимо самого президента вызывался ответить кто-то из зала: журналисты государственных СМИ, провластные блогеры и эксперты, представители общественных организаций. То и дело президента подстраховывали члены правительства, расположившиеся по правому и левому флангу от прессы и прочих участников действа. Александру Лукашенко бурно аплодировали, выражали благодарность за спасение страны, желали крепкого здоровья и просили не покидать свой пост.

Александр Лукашенко сказал, что все же уйдет — и «очень скоро»: «Но не надо гадать, когда уйдет Лукашенко и так далее. Очень скоро! Я вросся в эту страну, она — в меня. И я не понимаю, как можно жить (после ухода с поста.— “Ъ”): на пенсию уйти или заниматься каким-то другим делом, я это пока не представляю. Это не значит, что я вцепился и посиневшими пальцами буду держаться за это кресло. Нет. После меня придут люди, даже очень скоро».

По словам президента, за минувший год в стране «выкристаллизовались люди» и выяснилось, что в Белоруссии «человек 15–20, которые могут вырасти в президенты». Имен он не назвал. Как и конкретного срока своего ухода.

Окончание пресс-конференции ее участники встретили бурными аплодисментами. Люди вскочили с кресел. Некоторые даже кричали «Браво!». Это восьмичасовое представление и правда получилось незабываемым.

Елена Черненко, Минск

«Я не диктатор — это 100%»

Противоречивые мысли и взгляды президента Белоруссии Александра Лукашенко

Читать далее

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...