обозреватель
Политика чем-то напоминает велосипедную гонку. Нужно все время крутить педали — иначе упадешь, окажешься на обочине и сойдешь с дистанции. Грузинский президент Михаил Саакашвили понимает это лучше других лидеров, наивно полагающих, что самый надежный способ остаться у власти — не делать резких или вообще каких-либо движений, то есть замереть на месте. Разобравшись с Батуми, господин Саакашвили, наверное, мог бы благоразумно взять паузу перед тем, как начать наводить порядок в других регионах — Абхазии и Южной Осетии. Вначале тщательно все просчитать, нащупать слабые места в обороне противника, не желающего подчиняться центру, и только затем попытаться прорвать эту оборону.
Однако грузинский президент торопится. Он понимает, что, сказав "а", нельзя не сказать "б". Причем для того, чтобы его послание возымело должный эффект, нужно говорить уверенно и быстро. Михаил Саакашвили не может не отдавать себе отчет в том, что, остановись он сегодня на приручении Аджарии, эффект победы над Асланом Абашидзе вскоре заметно девальвируется. Ведь на протяжении более чем десятилетия грузинской независимости главной проблемой для страны была вовсе не эта республика. Да, ее лидер до последнего пытался сохранить независимость от Тбилиси, да, его могли называть "феодалом", но при этом отстаивание независимости по-аджарски обошлось без вооруженного конфликта: в тот момент, когда война нервов между Тбилиси и Батуми достигла кульминации, висящее на стене заряженное аджарское ружье, к радости и удивлению многих, так и не выстрелило.
Южная Осетия и Абхазия — совсем другое дело. Именно эти регионы изначально задавали тон в грузинском параде суверенитетов, который перерос в затяжное военное противостояние с центром. И если Аджария была для остальной Грузии "государством в государстве", то две другие республики, стремящиеся иметь все свое — от паспортов до армий, и вовсе выглядели отдельными микрогосударствами, двумя отрезанными ломтями. Отрезанными от Грузии раз и навсегда. Попытки присоединить их назад так и окончились ничем, более того, обернулись для Грузии времен Эдуарда Шеварднадзе военным поражением и моральным унижением. В истории отношений Тбилиси с Батуми такого не было.
Хотя бы уже поэтому стоящая сегодня перед "собирателем грузинских земель" Михаилом Саакашвили задача вернуть Южную Осетию и Абхазию в державное лоно выглядит гораздо более сложной, по крайней мере внешне. И значимость возможной победы, соответственно, будет на порядок выше: она позволит ему окончательно предстать в виде президента, который "пришел, увидел, помирил" Грузию. Очевидно, что Михаил Саакашвили поймал свою игру и наверняка попытается не упустить из рук стратегическую инициативу. При этом он не будет изобретать велосипед, а воспользуется тем же, на котором он триумфально въехал в Тбилиси и в Батуми.
Главное — крутить педали.