Коротко

Новости

Подробно

Фото: Олег Харсеев / Коммерсантъ

Адвокаты быстрого реагирования

Опубликована статистика нарушений прав защитников

от

Самыми распространенными нарушениями прав адвокатов в 2019 году стали недопуск защитников к доверителям и отказ силовиков соблюдать адвокатскую тайну при обысках. Об этом “Ъ” рассказали в Институте полномочных представителей Адвокатской палаты Санкт-Петербурга. Их статистика построена на обращении петербургских адвокатов, но эксперты считают, что те же проблемы характерны для всей страны.


Институт полномочных представителей по защите профессиональных прав адвокатов был создан в декабре 2018 года для оперативной помощи адвокатам. «Мы живем в условиях правового кризиса, поэтому потребовался инструмент, позволяющий действовать мгновенно»,— рассказал “Ъ” вице-президент Адвокатской палаты Санкт-Петербурга Юрий Новолодский. Он подчеркнул, что права адвокатов нуждаются в особой защите, так как без этого невозможно развитие правовой культуры государства.

Обычно помощью защитникам занимаются специальные комиссии Федеральной и региональных палат, однако их работы «недостаточно», сказал один из авторов проекта, сопредседатель адвокатского «Пражского клуба» Иван Павлов. По его словам, число нарушений по отношению к адвокатам растет, поэтому комиссия по защите их прав, которая собирается один раз в месяц, «не всегда успевает реагировать». «Нарушений становится все больше. На мой взгляд, это следствие отношения к адвокатуре в России. Защитников зачастую рассматривают лишь как часть церемонии»,— говорит он.

В состав института полномочных представителей вошли 32 защитника. Каждую неделю назначается «дежурная группа» из пяти человек, которые в случае необходимости готовы в любой момент выехать на помощь коллегам. Связаться с ними можно через мессенджер. «Институт — как ОМОН, его адвокаты откликаются, когда помощь нужна здесь и сейчас»,— пояснил руководитель института полномочных представителей, член совета палаты Санкт-Петербурга Александр Чангли.

Институт предоставил “Ъ” отчет о своей работе в 2019 году — по словам представителей адвокатской структуры, эти же проблемы характерны и для других регионов России. В течение года за помощью к ним обратились 80 адвокатов, работающих в Санкт-Петербурге. Половина из них столкнулась с попыткой нарушения адвокатской тайны при обысках в квартирах. Адвокат, как и прокурор, следователь или судья,— спецсубъект, по отношению к которым УПК установил особый порядок производства по уголовным делам. Чтобы провести обыск у адвоката, необходимо получить специальное судебное решение и указать предметы, которые следствие хочет найти. Это связано с тем, что среди бумаг адвоката могут быть конфиденциальные сведения о его доверителях; смотреть и забирать бумаги, не относящиеся к делу, следствие не имеет права.

«Адвокатская тайна — важный институт, на котором основывается доверие к адвокатам. И должны быть гарантии, что та информация, которую рассказали защитнику, не станет достоянием других лиц»,— пояснил господин Чангли.

По словам адвоката Ивана Павлова, в большинстве случаев полномочным представителям удалось предотвратить нарушения: для этого они «выражали протест» в ситуациях, когда у следователей не было специального разрешения от суда, либо они хотели осмотреть компьютер или телефон с информацией от доверителей. Так, в июне 2019 года после возражения членов группы полномочных представителей у петербургского адвоката не стали изымать компьютер. Защитники пояснили, что, даже если на жестком диске нет данных о доверителях, они могут быть незаконно получены путем восстановления удаленных когда-то файлов.

Если же должностные лица продолжают обыск, несмотря на протест полномочных, то их задача — зафиксировать нарушение, чтобы в дальнейшем можно было оспорить решение. При этом, отмечает Александр Чангли, «важно не оставлять коллегу один на один с проблемой». «Есть такое выражение: если адвокат защищает сам себя, то его клиент — дурак. Невозможно защищать себя, когда ты сам — объект интереса»,— пояснил господин Чангли.

Согласно отчету Федеральной палаты адвокатов РФ, в 2017 году было зафиксировано 34 случая незаконного обыска в квартирах у защитников, в 2018 году — уже 40.

Второе распространенное нарушение, с которым сталкиваются адвокаты,— недопуск к доверителям. «Клиента задерживают, и вместо того, чтобы дать воспользоваться услугами адвокатов, с ним беседуют оперативники, причем явно не о погоде. У задержанного пытаются выяснить обстоятельства, имеющие юридическое значение. Иногда объявляют так называемый план "Крепость", когда силовики полностью перекрывают для адвокатов вход и выход из здания»,— пояснил Иван Павлов.

Ранее “Ъ” неоднократно сообщал об этой проблеме. План «Крепость» — специальный режим безопасности, который объявляют при угрозе вооруженного нападения на здания силовых структур. При этом сотрудники правоохранительных органов не обязаны сообщать о причинах введения «Крепости». Поэтому правоохранители часто вводят «Крепость» в мирное время — и используют ее как предлог, чтобы не пропустить адвокатов к доверителям.

«Мы не берем штурмом отделение. Мы рыцари пера, а не ломы и тараны»,— оговорился Александр Чангли.



Полномочные представители на месте фиксируют это нарушение. Тогда защитник, которого не пропустили к доверителю, впоследствии может оспорить в суде сведения, полученные в ходе первого допроса.

Остальные обращения к полномочным представителям связаны с темой вызова адвоката на допрос по делам его доверителей. В этом случае, по словам Юрия Новолодского, институт готовит письмо-отказ от допроса и направляет в Следственный комитет. «Адвоката не могут допросить об обстоятельствах, которые стали ему известны из общения с доверителем. Мы защищаем их, не себя. Правоохранителям очень бы хотелось заполучить сведения легким путем, но так быть не должно»,— сказал господин Новолодский. Ни один из 30 адвокатов, которые обратились к полномочным представителям за помощью, не были в итоге допрошены. «Это принципиальная позиция»,— подчеркнул Александр Чангли.

Представители института ожидают, что в нынешнем году обращений от адвокатов станет еще больше. «О нас узнает все больше защитников, и с каждым месяцем заявок все больше»,— сказал Александр Чангли. Господин Новолодский сказал, что институт полномочных представителей — «полезный и продуктивный инструмент», и предложил другим субъектам перенять опыт Санкт-Петербурга.

Эффективность такого института будет зависеть от региона, считает советник адвокатского бюро «Хорошев и партнеры» Александр Брестер, который ранее участвовал в работе Комиссии по защите прав адвокатов АП Красноярского края. «Практика в регионах очень разная: где-то комиссия при адвокатских палатах превращается в официоз и сталкивается с бюрократическими проблемами, где-то нет,— рассказал господин Брестер.— По большому счету в комиссии Красноярского края мы и были такой группой оперативного реагирования. Как только возникали обращения, мы списывались, созванивались и работали без всякой привязки к регулярным заседаниям комиссии». Он также добавил, что защита прав адвокатов — «трендовая» тема, через которую «корпорация себя осознает». «Поэтому в этом направлении работают разные группы. Главное, чтобы они преследовали одну цель»,— заключил эксперт.

Елизавета Ламова


Комментарии
Профиль пользователя