нефтяная промышленность
В ближайшие годы крупнейшие нефтяные компании России начнут продавать и сдавать в нераспределенный фонд недр низкорентабельные нефтяные запасы, находящиеся на их балансе и снижающие показатели эффективности работы. Претендентами на эти активы станут малые и средние нефтедобывающие предприятия. Но сегодня главная задача малых и средних — выжить в условиях, когда государству нет до них дела, а крупные компании рассматривают их лишь как возможный объект для поглощения.
Месторождения на продажу
В конце октября руководители нефтекомпании ТНК-ВР заявили, что в ближайшие шесть месяцев компания проведет ревизию своих активов и продаст часть нефтяных месторождений с тем, чтобы увеличить эффективность бизнеса. ТНК-BP может получить от реализации этого плана около $1 млрд.Пример ТНК-ВР показывает, что период, когда вертикально интегрированные нефтяные компании (ВИНК) скупали все месторождения, независимо от их качества, подходит к концу. Цена барреля российских запасов медленно, но неуклонно растет, и продажа излишков, унаследованных от советской эпохи или скупленных по дешевке в последующие годы, может стать привлекательной операцией. Особенно если избавление от них повысит рентабельность добычи и в конечном итоге увеличит привлекательность компании в глазах инвесторов.
Во всем мире разработкой таких месторождений занимаются малые и средние нефтедобывающие предприятия (МСНП). Например, в Канаде их насчитывается несколько тысяч, и на их долю приходится около трети общего объема добычи нефти в стране. МСНП не обладают такими финансовыми и производственными ресурсами, как их "старшие собратья", но они более мобильны, не обременены расходами на бюрократический аппарат и готовы индивидуально подходить к разработке месторождений, применяя для этого самые современные технологии.
"Эксплуатация низкорентабельных нефтяных скважин под силу только малым предприятиям с относительно невысокими накладными расходами,— полагает Владимир Милов, президент Института энергетической политики и бывший замминистра энергетики.— Поэтому малый и средний нефтяной бизнес важен для России. Его доля должна реально вырасти до 15-18% от объема годовой добычи".
Место в трубе
Условия, созданные для деятельности МСНП в России, далеки от идеальных. Как НПЗ, так и межпромысловые нефтепроводы находятся в собственности вертикально интегрированных нефтяных компаний. Поэтому для того, чтобы транспортировать нефть в магистральные трубопроводы "Транснефти" для экспорта или переработки, МСНП приходится обращаться к крупным компаниям. Глава одной из таких компаний рассказал Ъ: "У меня был разговор с Михаилом Ходорковским, он мне заявил: 'Вы, малые нефтекомпании, никому не нужны. Только занимаете место в трубе и мешаете нам жить'. Потом он изменил свою точку зрения, но остальные нефтяные олигархи до сих пор думают по-старому".Нередки случаи, когда крупные компании предоставляют малым предприятиям условия для развития бизнеса, а затем, когда в месторождения уже вложены основные капиталы, перекрывают доступ к трубопроводам и предлагают продать активы по дешевке. Например, в Коми прессингу со стороны НК ЛУКОЙЛ подвергается ЗАО "НК 'Нобель ойл'", ежегодная добыча которого составляет около 500 тыс. т нефти. Аффилированному с ЛУКОЙЛом ОАО "Коминефть" принадлежит межпромысловый нефтепровод Харьяга--Уса. Это единственная труба, по которой нефть "Нобель ойла" может попасть в систему магистральных трубопроводов "Транснефти". "Коминефть" заявила, что узел учета нефти "Нобеля" не сертифицирован и компания может принимать его сырье только по коэффициенту 0,5 (то есть половина сдаваемой им нефти будет "теряться"). "Нобель ойл" предъявил данные государственной проверки узла учета, по которым погрешность его измерений составляет 2,792%, и обратился с жалобами в территориальное управление МАПа и комиссию по корпоративной этике при РСПП. Однако ЛУКОЙЛ отказался участвовать в рассмотрении комиссией этой жалобы, а территориальное управление МАПа так и не приняло окончательного решения по этой проблеме (о проблемах малого нефтяного бизнеса см. интервью президента ЗАО "НК 'Нобель ойл'" Григория Гуревича).
Аналогичная ситуация складывается и в газовой отрасли. Например, "Газпром" намерен отвоевать себе добывающее ООО "Нортгаз", которое до 1999 года контролировалось ООО "Уренгойгазпром", дочерней структурой "Газпрома". В 2001 году доля "Уренгойгазпрома" в "Нортгазе" сократилась с 51 до 0,5%, пакет иностранных акционеров, интересы которых представляет президент "Нортгаза" Фархат Ахмедов, вырос до контрольного. "Газпром" в судебном порядке и на переговорах продолжает попытки возврата себе контроля над "Нортгазом", которого, по мнению газовой монополии, ее лишили незаконно. "Газпром" в конце 2002 года временно блокировал доступ "Нортгазу" к своей транспортной сети.
Все на экспорт
Несопоставимы с потенциалом крупного бизнеса и скромные возможности МСНП по отстаиванию своих интересов во властных структурах, из-за чего изменения законодательства, лоббируемые вертикально интегрированными компаниями, как правило, не учитывают интересы малого и среднего бизнеса и нередко ухудшают условия его деятельности.Ассоциация малых и средних нефтяных предприятий "Ассонефть" намерена к марту 2004 года внести в парламент законопроект, направленный на поддержку МСНП. Гендиректор ассоциации Елена Корзун полагает, что МСНП должны получить право экспортировать более значительную долю добываемой нефти, чем сегодня (35-40%), чтобы уравнять их в правах с ВИНК. Последние имеют возможность вывозить за рубеж не только нефть, но и нефтепродукты, что увеличивает долю экспорта в их обороте до 70-75% (о развитии малого нефтяного бизнеса см. интервью с Михаилом Гуцериевым, президентом "Ассонефти").
Объектом критики "Ассонефти" стала и действующая ныне система обложения нефтяников налогом на добычу полезных ископаемых (НДПИ). Плоская шкала этого налога, зависящая только от мировых цен на нефть, уравнивает перед бюджетом компании, владеющие свежими, неистощенными месторождениями, и предприятия, работающие на остаточных трудноизвлекаемых запасах. Из-за этого сборы по НДПИ иногда превышают 90% от выручки за нефть, проданную на внутреннем рынке. Так, в начале нынешнего года МСНП продавали нефть за 1 тыс. руб. за 1 т и уплачивали за нее НДПИ в размере 991 руб. за 1 т.
Добирая остатки
Несмотря на все мытарства, общее количество независимых нефтяных компаний в последние годы стабилизировалось. По данным Минэнерго, в 1998 году в России насчитывалось немногим более ста МСНП. В 2001 году их число достигло 164, а затем несколько снизилось до примерно 150 (см. таблицу). "Ассонефть" зарегистрировала в октябре 173 МСНП. "Увеличение количества независимых нефтяных компаний в последнее время происходит за счет создания новых компаний с небольшими, но растущими объемами добычи",— поясняет Елена Корзун.Но такого количества МСНП для гигантских масштабов российской нефтяной отрасли явно мало. Как показывает опыт США, Канады и других стран, где нефтедобыча уже прошла или близка к тому, чтобы пройти свой исторический максимум, именно МСНП становятся основой стабилизации производства нефти на многие десятилетия. По данным Министерства природных ресурсов, около 85% нефтяных месторождений, открытых в России, имеют запасы менее 10 млн т, и работать на них должны именно малые и средние предприятия (см. диаграмму).
Общее число мелких месторождений в России превышает 2 тыс., что дает представление о возможном количестве МСНП, необходимом для реализации этого потенциала. Кроме того, малые и средние предприятия эффективно работают на отработанных месторождениях, добирая остатки, не интересующие ВИНК. При этом малые и средние предприятия не просят для себя преференций. "Мы рассчитываем не на льготы, а на выравнивание условий хозяйствования ВИНК и независимых нефтяных компаний, создание конкурентной среды в нефтедобывающей отрасли",— говорит Елена Корзун.
Об этом же говорит и Владимир Милов. "Дифференциация налогообложения в нефтедобыче должна строиться на критериях учета различий в типах месторождений, а не на масштабе деятельности компаний,— считает он.— Что реально нужно малым и средним предприятиям, так это справедливые условия конкуренции. Если крупные компании могут постоять за себя, скажем, написав письмо Михаилу Касьянову, то что остается делать мелким?"
Иными словами, если Россия не хочет оставлять в недрах миллионы тонн нефти, МСНП должны получить статус полноправных участников нефтяного рынка. Возможно, после того, как государство демонтирует созданный крупными нефтяными компаниями механизм лоббирования своих интересов, оно вспомнит и об интересах независимых производителей.
ЮРИЙ Ъ-КОГТЕВ, МАРИНА Ъ-СЫСОЕВА, агентство RusEnergy; ПЕТР Ъ-САПОЖНИКОВ