Коротко

Новости

Подробно

3

Фото: РИА Новости

Ветер с Востока

Как Китай осваивает постсоветское пространство

Журнал "Огонёк" от , стр. 19

Взрывной рост китайского влияния в последнее время фиксируется не только в мировой экономике, но и в геополитике. О необходимости учета «китайского фактора» сегодня говорят и в Европе, и в Африке, и в обеих Америках. Присутствует он и в республиках усопшего СССР, но отчего-то обсуждать это публично на бывших социалистических просторах, да и в России не принято. Между тем некогда советские пространства не просто открыты «ветру с Востока», а по многим позициям приоритетны для Китая. Кредиты, торговые потоки, инфраструктурные и сырьевые проекты — набор предложений представлен необычайно широко, а объемы контактов, связей и… зависимости постоянно растут. «Огонек» решил приглядеться к этому феномену, начав с самой советской из бывших братских республик —Белоруссии.


Алеся Корженевская, Брест


Внешняя политика Белоруссии в последнее время не перестает удивлять. С одной стороны, в очередной раз оживилась интеграция с Россией: к 2021-му государства планируют перейти на единый налоговый кодекс, создать единый регулятор энергетического рынка и объединить таможенную политику. В то же время ощущается заметное потепление и в отношениях с Западом: в Минск возвращается посол США, а Евросоюз планирует упростить для белорусов получение шенгенских виз. Однако загадочнее всего — связи страны с Китаем. На чем они держатся и к чему ведут, узнавал «Огонек».



Сами не заметили


Банкоматы в Белоруссии, прежде чем выдать деньги, предлагают выбрать язык обслуживания: помимо государственных русского и белорусского есть международный английский и неожиданно китайский. Последний появился на экранах два года назад, но обычные белорусы этого момента не запомнили. Многим кажется, что такой набор был всегда.

Впрочем, не заметили жители маленькой страны и того, как китайцы просочились во все прочие сферы их жизни: от образования и медицины до промышленности и обороны.

Взять хотя бы Белорусский государственный университет. Здесь из почти трех тысяч иностранных студентов больше тысячи — китайцы (россиян, к слову, гораздо меньше). И с каждым годом их число только растет. Не то чтобы они жаждали знаний. На выпуске из вуза словарный запас большинства ограничивается тремя фразами: «Здравствуйте», «Поставьте зачет, пожалуйста» и «Спасибо». Бывают, конечно, исключения, но пока — единичные.

Зато белорусский народ за изучение китайского взялся активно. Уже в десятке средних школ Минска его преподают как основной иностранный.

Еще в нескольких на факультативах изучают бесплатно, а более чем в 30 школах родители сами платят за то, чтобы их чада осваивали иероглифы. Да что говорить, если даже младший сын президента Николай Лукашенко записал друзьям из Поднебесной новогоднее поздравление на китайском.

Отдельная тема — белорусско-китайское военно-техническое сотрудничество. На слуху — совместные антитеррористические учения и частые визиты представителей оборонных комплексов стран друг к другу. Кроме того, вот уже несколько лет подряд на военных парадах по проспекту в центре Минска вслед за белорусскими солдатами чеканят шаг их новоиспеченные товарищи из Народно-освободительной армии Китая. Причем не пара-тройка человек, а целые расчеты. Но главное достижение в оборонной сфере — прославленная реактивная система залпового огня «Полонез», которой так гордятся белорусы. Создавалась совместно, презентовали в 2015-м. Фактически это пусковая установка для китайских ракет А200.

Развернули новые партнеры и многочисленные стройки по всему Минску: студенческие общежития, гостиницы, жилые кварталы, деловые комплексы. Но все это мелочи в сравнении с грядущим возведением национального футбольного стадиона и плавательного бассейна, которые появятся за счет безвозмездной технико-экономической помощи КНР. Спорткомплексы собираются строить по международным стандартам FIFA, UEFA и FINA (Международная федерация плавания), подобных в республике просто нет. «Они нам очень нужны. Потому что это не государство, которое не имеет таких национальных объектов,— признался месяц назад глава Белоруссии (стиль сохранен.— "О"), разочарованно добавив при этом: — Откровенно сказать, в футбол мы играть не умеем, плавать мы разучились».

В каких еще странах СНГ проникновение Китая наиболее заметно

Читать далее

А пока китайцы будут закладывать в белорусской столице фундамент для грандиозных спортивных объектов, четырехкратная олимпийская чемпионка, Герой Белоруссии Дарья Домрачева (которую на Родине иначе как «наша Даша» никто не называет) собирается вести к золотым медалям сборную КНР по биатлону. Месяц назад она подписала контракт с Национальным олимпийским комитетом Китая. Выгодная рокировка — иначе не скажешь.

Впрочем, важны и иные тренды. Скажем, летом министерство финансов Белоруссии поделилось новостью о завершении переговоров с Банком развития Китая по очередному кредиту. По словам замминистра Андрея Белковца, изначально планировалось взять в долг у России, но «сегодня вопрос предоставления российского кредита немного откладывается». Зато 0,6 млрд долларов любезно предложили китайцы. Договорились по кредиту быстро: в мае белорусы заявили о намерении получить деньги, а уже в июле подтвердили, что к концу года средства поступят в бюджет.

У белорусского президента взгляд на ситуацию однозначный. Если кто-то в присутствии Александра Лукашенко начинает сгущать краски насчет белорусско-китайской дружбы, он тут же находит, что ответить. Как это было на его недавней встрече с украинскими журналистами: «У меня настороженностей почти нет в отношении Китая. То, что они экспансируют на рынки, а кто не осуществляет экспансию? Все. Возьмите Евросоюз — они подтянули Прибалтику и другие страны потому, что прежде всего видели рынок. Иначе зачем им из бюджета выдавать 2–3 млрд долларов поддержки? Это, как сейчас говорят, бизнес, сделка».

Когда камень станет жемчужиной?


За последнее десятилетие Китай для Белоруссии из «далекой страны» превратился в «стратегического партнера». Во всяком случае, именно так говорят чиновники и эксперты, обращая внимание на то, что сейчас по внешнеэкономическим связям со страной Поднебесная находится на третьем месте (товарооборот с РФ у Белоруссии, стоит заметить, выше раз в десять).

Главная разница в том, что Китай прежде всего интересует не белорусский рынок, а возможность через него попасть на другие. Например, завод «БелДжи» в Минской области, где выпускают китайские автомобили Geely. Продают их преимущественно в Россию и Казахстан.

Еще один многообещающий проект белорусско-китайского партнерства, нацеленный на экспорт,— индустриальный парк «Великий камень». По факту это строящийся с нуля городок между Минском и аэропортом, где будут расположены десятки высокотехнологичных фабрик и заводов, деловые и жилые комплексы. Привлекательность парка в его налоговых и таможенных преференциях. Резиденты освобождаются от налога на прибыль на 10 лет, а до 2062-го по ставке будут оплачивать лишь половину. Земельный налог и налог на недвижимость тоже нулевые на 50 лет вперед. При экспорте товаров за пределы Евразийского экономического союза таможенный НДС и пошлины платить не нужно.

Уже сегодня в «Великом камне» зарегистрировалось почти 60 компаний-резидентов. Не только из Китая и Белоруссии, но и из Европы и СНГ. И хотя говорят об индустриальном парке много, пока это лишь красивые фразы с большими цифрами и многообещающими перспективами. Страна томится в ожидании: так что же дальше?

Говорят об индустриальном парке много, макет будущей «теплицы технологий» впечатляет. Но до воплощения мечты пока еще далеко

Фото: EPA / Vostock Photo

— Большой интерес к Белоруссии у Китая появился в 2014-м,— говорит Арсений Сивицкий, директор белорусского Центра стратегических и внешнеполитических исследований.— Во многом это было обусловлено геополитическим кризисом в регионе, а именно российско-украинским конфликтом. Китайцы изначально планировали сделать Украину ключевым звеном Восточной Европы в инициативе «Один пояс — один путь». Поскольку знали, что украинцы собираются подписать договор с ЕС и создать зону свободной торговли. Соответственно, для Китая инвестиции в Украину могли стать способом получить доступ к европейскому рынку. Для реализации этой стратегии Китай разработал «дорожную карту» инвестиционных вложений в разные украинские регионы, включая Крым. На полуострове планировалось построить большой глубоководный порт и индустриальный парк. Общий запланированный объем инвестиций — 15 млрд долларов. Кстати, китайские инженеры тоже хотели возводить мост через Керченский пролив. Они даже начали подготовительные работы, но случилось то, что случилось. В итоге Китай не только не признал присоединение Крыма к России, но также отозвал всех своих специалистов оттуда. На этом фоне внимание Поднебесной переключилось на Белоруссию как на более предсказуемого и стабильного партнера. Ведь между Пекином и Минском в целом всегда были устойчивые политические связи на самом высоком уровне.

В мае 2015-го председатель КНР Си Цзиньпин во время визита в Минск объявил новым центральным элементом концепции «Один пояс — один путь» Белоруссию, а «Великий камень» назвал «жемчужиной» этого пути.

— С одной стороны, наша страна обладает рядом преимуществ,— продолжает Арсений Сивицкий.— Прежде всего здесь нет высоких военно-политических рисков, как в случае с Украиной. Для Китая важно географическое положение Белоруссии, а точнее, ее расположение на границе с Европой. Привлекательна и развитая логистическая инфраструктура, небольшая отдаленность от морских портов Клайпеды, Риги и Одессы. Но одного хорошего географического положения с выходом к Европе недостаточно. У нас отсутствует институциональный доступ к западным рынкам. В отношении белорусского экспорта действует огромное количество барьеров. Белоруссия не является членом ВТО, а это значит, что действуют тарифные и нетарифные ограничения. Нет договора о зоне свободной торговли с ЕС. И пока страна входит в Евразийский экономический союз, его подписание не предвидится, так как члены ЕАЭС не могут самостоятельно решать подобные вопросы.

По мнению эксперта, у белорусско-китайских отношений большой потенциал, но, чтобы они развивались, нужно соответствовать ожиданиям Китая, эффективно диверсифицировать свою внешнюю политику и экономические связи с западными странами. Вероятность того, что в обозримом будущем ЕС и ЕАЭС заключат договоры, ничтожно мала. Поэтому сейчас Китай с удовольствием финансирует связанные кредитные линии в Белоруссии. И, надо признать, такое сотрудничество не всегда выгодно для самих белорусов. Чтобы прийти к успеху, нужно увеличивать не только количество, но и качество китайских инвестиций. Пока крупнейшие игроки китайского рынка не спешат вкладываться в Белоруссию.

— Если говорить о наиболее перспективной форме белорусско-китайского взаимодействия, то речь идет прежде всего о создании производств 5-го и 6-го технологического уклада (к ним относят нано- и биотехнологии, тонкую химию, робототехнику, информационно-телекоммуникационные технологии, авиакосмическое приборостроение.— «О»). Сейчас в Белоруссии это слабо развито, а Китай — безальтернативный вариант преуспеть в этом направлении,— делится Арсений Сивицкий.— Для получения перспективных разработок, которыми мы не располагаем, не жалко даже и связанный кредит взять. Под локализацию высоких промышленных разработок собственно и создавался «Великий камень». Но если сегодня взглянуть на резидентов индустриального парка, то большая часть не вписывается в первоначальную концепцию. Проект не привлек те компании, на которые рассчитывал, потому что сам не может обеспечить выход на высокомаржинальные рынки сбыта. Китайцам пока проще сразу входить в Европу, например, через Венгрию или наращивать экономическое сотрудничество с теми, кто уже наладил связи с ЕС: балканскими странами, Арменией. Тем не менее попытки изменить ситуацию в Белоруссии предпринимаются. Планируется, что к концу следующего года страна вступит в ВТО. Вопрос: на каких условиях, если мы член ЕАЭС? Кроме того, посол Белоруссии в Китае выступал с инициативой придать «Великому камню» статус индустриального офшора наподобие того, что действует в Гонконге. Он бы позволил заключать соглашения о зонах свободной торговли с другими государствами. Но будут ли с нами обсуждать это в Европе? Надо ли такое России?

Взгляд из провинции


Столичный оптимизм касательно китайских инвестиций в белорусских регионах не разделяют. И вовсе не потому, что милость Поднебесной обошла их стороной. Как раз наоборот: кажется, что азиаты не боятся идти со своими идеями и деньгами даже в самые запущенные проекты. Правда, итог такого взаимодействия пока не радует никого.

У президента Белоруссии и председателя КНР обширная двусторонняя повестка дня. Хотя интересы у сторон — разные

Фото: Reuters

Так, в августе Светлогорский целлюлозно-картонный комбинат (Гомельская область) разорвал контракт с китайскими партнерами, хотя начиналось все многообещающе в 2010-м. Генподрядчиком модернизации убыточного предприятия стала крупная инжиниринговая корпорация САМС, кредит на сумму более чем в 650 млн долларов выдал Эксимбанк Китая. «Заживем!» — радовались жители небольшого городка. По условиям договора китайцы должны были построить, укомплектовать и запустить новый завод по производству беленой целлюлозы в 2015 году.

К срокам не успели: только этой зимой наладили опытно-промышленную эксплуатацию и сразу оказались в центре скандала. Сначала украинские экологи заподозрили предприятие в сливах вредных веществ в реку Березину, которая впадает в Днепр. Потом уже местные стали жаловаться в Минприроды на удушающий газ, который буквально накрыл окрестности завода. В мае в одном из заводских цехов вообще рухнула крыша. Итог — на финальном этапе запуска белорусское руководство комбината обрывает связи с китайскими товарищами и заявляет, что в их услугах больше не нуждается. Производство до сих пор не налажено должным образом, и неизвестно, когда это произойдет. В 2019 году выплачивать кредит Эксимбанку вместо предприятия будет Министерство финансов.

Еще один проект на Гомельщине, за который ухватились китайцы,— модернизация Добрушской бумажной фабрики «Герой труда». В 1970-е годы она была одной из мощнейших в СССР, каждый седьмой советский школьник выводил «Домашняя работа» в добрушских тетрадках. Но в 1990-х слава фабрики поблекла, а дела пошли по наклонной.

Китаю обновление одного из старейших белорусских предприятий доверили без колебаний: как ни крути, а именно эта нация придумала бумагу. Кредит в 350 млн долларов осваивала корпорация «Сюань Юань». Рабочих, к слову, тоже привезли из Китая. Те сначала трудились, как пчелки, по 14 часов, а потом неожиданно побросали каски и двинулись пешком в Минск. «Добиваться справедливости»,— говорила толпа из 200 человек всем встречавшимся на пути. Выяснилось: китайский подрядчик перестал платить деньги своим. Колонну протестующих остановили за 300 километров до пункта назначения. Успокоили и пообещали выплатить задолженность.

Фактически новые корпуса фабрики появились (да еще какие! Площадь — свыше 300 тысяч квадратных метров), вот только заработать на полную мощность она пока не смогла. Проект заморожен на стадии готовности в 95 процентов.

Последний курьез на белорусском предприятии китайского толка случился буквально на прошлой неделе. На заводе «Белкалий-Мигао», где производят удобрения, средь бела дня полыхал полимерный мусор внутри технологического оборудования. О причине возгорания и нанесенном ущербе сотрудники и пожарные предпочли умолчать, но в Сеть попало видео с места событий. Инцидент неприятный, особенно если учесть, что производство запустили этим летом…

Пока плоды белорусско-китайского сотрудничества напоминают товары с AliExpress: на картинке — одно, на деле — другое. Продавец при этом по-русски и по-английски ни слова — разводит руками, лепечет что-то на своем и ответственность за произошедшее брать не собирается.

— Политическая повестка развития двусторонних отношений очень амбициозная, но при этом заявления сверху не соответствуют реальности. Почему удачные на первый взгляд белорусско-китайские договоренности не превращаются в успешные проекты по факту? Во многом это упущение белорусской стороны. Кредиты, как правило, выдаются с условиями: закупить на большую часть средств китайское оборудование, технологии, материалы, привлечь тамошних специалистов и так далее. При этом в Белоруссии отсутствует команда серьезных переговорщиков, в которую бы входили грамотные китаеведы. Не проводится необходимая аналитическая работа и оценка рисков по подобным проектам, подбор компаний под конкретную задачу происходит необдуманно. В итоге деньги осваивают не самые компетентные специалисты с китайской стороны,— говорит Арсений Сивицкий.— Еще одно объяснение проблем в белорусско-китайском сотрудничестве — с нами работают по остаточному принципу. Белорусский рынок ведь маленький. Китайцы его потерять не боятся, поэтому никаких угрызений совести за разорванные контракты не испытывают. А вот жить с этим придется нам, кредиты выплачивать тоже...

По мнению эксперта, не стоит забывать, что Китай — государство прагматическое, давно перешедшее на рыночную экономику в результате «политики открытости и реформ», несмотря на сохранение социалистической идеологии. Они всегда ведут себя рационально, имея определенное стратегическое видение. Надеяться на благополучный исход после встречи президента Белоруссии и председателя КНР не стоит. Их договоренности не конвертируются автоматически в экономическую выгоду. Многое зависит от белорусских управленцев на местах и четкого понимания того, зачем к нам пришли китайцы и что мы им можем дать.

— Если смотреть на ситуацию со стороны, — констатирует эксперт «Огоньку», — то складывается впечатление, что у белорусского государства нет четкой стратегии развития на будущее. Какими мы будем через 10–15 лет? Сохранимся ли мы как суверенное и независимое государство? На фоне дискуссий и спекуляций об углублении интеграции с Россией закрадываются сомнения, в том числе и у иностранных инвесторов. Тогда какой вообще смысл Китаю развиваться в Белоруссии? Проще уж напрямую налаживать контакты с европейскими странами, а западным инвесторам сразу решать вопросы с россиянами.

Комментарии
Профиль пользователя