Коротко

Новости

Подробно

6

Фото: Николай Козловский / Фотоархив журнала «Огонёк» / Коммерсантъ

«Правление колхоза в основном состоит из Героев»

Зачем на крестьян обрушили золотой звездопад

от

29 марта 1947 года партия и правительство постановили радикально повысить производительность труда в сельском хозяйстве, урожаи и надои с помощью морального, а не материального стимулирования самого высокого порядка. Сельских передовиков решили массово награждать высшей трудовой наградой СССР — званием Героя Социалистического Труда. А 3 марта 1949 года для них был значительно упрощен порядок получения второй звезды героя.


«Имели место случаи дистрофии»


Давайте попробуем произвести грубый и приблизительный, но очень полезный для описываемых событий расчет. За десятилетие с 1940 по 1949 год награды высшей степени за трудовое отличие — звания Героя Социалистического Труда с вручением золотой медали «Серп и Молот» и ордена Ленина — были удостоены около 4850 человек (публиковавшиеся списки, как это обычно и бывает, не совсем полны и точны).



Чтобы не углубляться в дискуссии о точных размерах человеческих потерь за этот тяжелейший для страны период, будем исходить из того, что на январь 1950 года численность населения СССР, по официальным данным, равнялась 179,2 млн человек, то есть Героями Социалистического Труда были приблизительно 0,003% советских людей. И возникает вопрос: как при таком соотношении в одном небольшом селе могло появиться сорок Героев? Или в одной семье — четверо? Ответ прост: в строгом соответствии с законом.

Ситуация в сельском хозяйстве СССР после Великой Отечественной войны была не просто тяжелой, а без преувеличения катастрофической, особенно в том, что касалось оплаты труда сельских жителей. 18 июля 1945 года инструктор Сельскохозяйственного отдела ЦК ВКП(б) И. М. Шульпин докладывал секретарю ЦК Г. М. Маленкову:

«Находясь по Вашему заданию в командировке в Курской области, считаю необходимым остановиться на следующих вопросах, связанных с обстановкой в колхозах.

При распределении доходов за 1944 год подавляющая масса колхозников области получила на выработанные ими трудодни крайне незначительное количество хлеба.

Так, например, больше половины колхозов (2656) выдали на трудодни до 300 грамм хлеба, 216 колхозов не выдали на трудодни ни грамма. Лишь весьма незначительная часть колхозов (356, или 7%) выдали хлеба больше килограмма».

Как констатировал Шульпин, у крестьян отсутствовало желание работать в колхозах:

«Количество трудоспособных колхозников, не выработавших минимума трудодней за первый период этого года, по данным 54 районов, все еще очень велико — 81 тыс. человек, или 21% к общему числу трудоспособных.

В 11 районах трудовая дисциплина в 1945 году снизилась. Так, в Мантуровском районе в этом году не выработали минимума трудодней 29% колхозников против 19% в прошлом году, в Черемисиновском районе не выработали минимума 30% колхозников против 22%, в Кривцовском — 40% против 30%».

Засуха лета 1946 года и проливные дожди осенью, во время уборки урожая, лишь усугубили ситуацию. Генеральный прокурор СССР К. П. Горшенин докладывал в ЦК ВКП(б):

«Материальное положение колхозников в ряде колхозов тяжелое. Большинство колхозников не имеют своих коров. Несмотря на оказанную государством продовольственную помощь остро нуждающимся колхозникам в 1946 г., в колхозах имели место случаи дистрофии. Все это порождало серьезные трудности и создавало напряженную обстановку в колхозах».

20 июля 1946 года колхозники сельхозартелей «Вперед», «Искра» и имени18-го партсъезда Платоновского района Тамбовской области писали И. В. Сталину:

«Уважаемый друг и учитель и Генералиссимус Советского Союза, непревзойденный гений человечества товарищ Сталин. Вас просят граждане тамбовчане дать ответы и уделить должное внимание на интересующие граждан тамбовчан следующие вопросы…

Как реагировать будет правительство на дальнейшую судьбу колхозников и колхозниц тамбовчан, учитывая одно обстоятельство, что с 1939 года и по настоящее время трудодень колхозников еще не оплачивался, и какая может быть заинтересованность и стремление в дальнейшем, если работать в течение нескольких лет без чего не может существовать человек, т. е. без хлеба».

Их письмо отправили для дальнейшего разбирательства в Министерство государственной безопасности СССР, где имелся обширный опыт общения с недовольными властью. Да и все остальные вопросы увеличения производства сельхозпродукции руководство страны предпочло решать проверенным методом — с помощью нажима на руководство на местах. 8 октября 1946 года Оргбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о ходе хлебозаготовок, в котором говорилось:

«1. Признать, что многие обкомы, крайкомы партии, ЦК компартий союзных республик, облисполкомы и советы министров в период пятидневки октября продолжали вести хлебозаготовки совершенно неудовлетворительно. Большой недобор хлеба в сентябре и слабое поступление зерна государству в первой пятидневке октября ставят под серьезную угрозу своевременное выполнение государственного плана хлебозаготовок.

2. Считать особо недопустимым положение с выполнением государственного плана хлебозаготовок… Обкомы, крайкомы партии, облисполкомы областей, краев и республик проявляют беспечное отношение к интересам государства, не взяли дело заготовок в свои руки и терпимо относятся к антигосударственной политике некоторых руководителей районов, саботирующих выполнение государственного плана хлебозаготовок».

Чиновники республиканского, областного и районного уровня отреагировали мгновенно, объявив виновными в срыве заведомо невыполнимых планов сдачи зерна государству колхозы. В Смоленской области, например, было предложено арестовать 1207 из 5430 колхозных руководителей. Генпрокурор СССР Горшенин сообщал в ЦК:

«Райпрокурор Рославльского района т. Таначов объяснил, что до октября 1946 г. он привлек к уголовной ответственности двух председателей колхозов за хозяйственные преступления, они были правильно осуждены судом. В октябре 1946 г. в район приехал работник Смоленского обкома ВКП(б) т  Грушанов, "который потребовал от меня немедленного привлечения нескольких председателей колхозов к уголовной ответственности за срыв хлебопоставок". По предложению т. Грушанова райком ВКП(б) объявил районному прокурору выговор якобы за либеральное отношение к саботажникам хлебопоставок. После наложения партвзыскания на райпрокурора он привлек к уголовной ответственности 13 председателей колхозов, причем некоторых из них неосновательно».

Однако, поскольку применение кнута так и не принесло желаемых результатов, партия и правительство решили дополнить его действие пряником особого рода.

«Сооружается бронзовый бюст награжденного»


В указе Президиума Верхового Совета СССР от 29 марта 1947 года говорилось:

«Учитывая, что повышение урожая является важнейшей задачей в деле восстановления и подъема сельского хозяйства, и в целях поощрения колхозников, работников МТС и совхозов за получение высоких урожаев пшеницы, ржи, кукурузы, сахарной свеклы и хлопка Президиум Верховного Совета Союза ССР постановляет:

1. Установить, что бригадирам и звеньевым полеводческих бригад колхозов и совхозов, председателям колхозов, управляющим отделениями, директорам, старшим агрономам и старшим механикам совхозов присваивается звание Героя Социалистического Труда или производится награждение их орденами и медалями СССР за получение следующих урожаев:

а) звание Героя Социалистического Труда присваивается за получение фактических сборов урожая пшеницы и ржи на неполивных землях не менее 30 центнеров с гектара, кукурузы не менее 70 центнеров зерна с гектара, сахарной свеклы не менее 600 центнеров с гектара в неполивных районах и 800 центнеров с гектара в поливных районах, хлопка американских сортов не менее 85 центнеров с гектара и египетских сортов не менее 60 центнеров с гектара».

Точные критерии устанавливались и для награждения орденами Ленина, Трудового Красного Знамени и медалями.

Не были обойдены вниманием и руководители районов:

«Установить,— говорилось в указе,— что председателям исполнительных комитетов районных Советов депутатов трудящихся, секретарям районных комитетов ВКП(б), заведующим районными отделами сельского хозяйства и главным агрономам этих отделов, обеспечившим своей работой перевыполнение в целом по району планового сбора урожая пшеницы, ржи, кукурузы, сахарной свеклы и хлопка не менее чем на 20 процентов, присваивается звание Героя Социалистического Труда, при перевыполнении плановых сборов урожая не менее чем на 15 процентов указанные работники награждаются орденом Ленина, а при перевыполнении не менее чем на 10 процентов награждаются орденом Трудового Красного Знамени».

Естественно, в документе содержался и подвох:

«Установить, что показатели по урожайности и размеру площадей, предусмотренные настоящим Указом, за которые производится присвоение звания Героя Социалистического Труда и награждение орденами и медалями СССР, действуют на 1947 год и в дальнейшем ежегодно определяются Постановлениями Совета Министров СССР».



То есть планка для получения наград могла ежегодно повышаться и повышаться. И все понимавшие руководители приложили немало усилий для того, чтобы как можно скорее получить высокие награды, снимающие многие препятствия для продвижения по карьерной лестнице. Правда, некоторые из них затем попались на приписках, были арестованы, осуждены и лишены наград.

Но с мест пошли просьбы распространить действие указа на животноводов, чаеводов и на другие сельскохозяйственные отрасли. А если прибавить к этому победные рапорты о небывалых успехах отдельных хозяйств и целых районов, не стоило удивляться тому, что в 1947 году на передовиков пролился дождь из золотых звезд Героев Социалистического Труда.

Чтобы стимулировать тружеников села к достижению еще более высоких результатов, 3 марта 1949 года появился следующий указ Президиума Верховного Совета СССР, гласивший:

«1. Установить, что Герои Социалистического Труда — передовики сельского хозяйства, добившиеся в последующие три года подряд после присвоения им звания Героя Социалистического Труда высоких показателей в сельском хозяйстве, дающих право на присвоение звания Героя Социалистического Труда, награждаются второй золотой медалью "Серп и Молот".

2. В ознаменование трудовых подвигов Героя Социалистического Труда, награжденного второй золотой медалью "Серп и Молот", сооружается бронзовый бюст награжденного с соответствующей надписью, устанавливаемый на постаменте на родине Героя.

3. Героев Социалистического Труда, добившихся в первый и второй годы после присвоения им звания Героя Социалистического Труда показателей, за достижение которых присваивается звание Героя Социалистического Труда, награждать за каждый год орденом Ленина».

«Подъехал колхозник на "Победе"»


Количеству личных автомобилей в колхозе имени Берии могли позавидовать не только более крупные хозяйства, но и небольшие города (на фото — дважды Герой Социалистического Труда Т. А. Капуния отправляется с сыном на своей машине в Зугдидский театр)

Фото: Семен Коротков / Фотоархив журнала «Огонёк» / Коммерсантъ

Но главные надежды возлагались на пропагандистский эффект от новой массовой наградной кампании. Советские люди должны были понять, что существует прямая и совершенно четкая линия, предначертанная партией: за ударной работой следуют высокие награды, а вслед за тем — обеспеченная и счастливая жизнь. По этому принципу строились статьи и радиопередачи об избранных передовых хозяйствах. К примеру, в 1950 году репортаж «Огонька» из колхоза им. Л. П. Берии начинался так:

«— Хотите побывать на участках наших Героев Социалистического Труда? Нелегко это будет. У нас ведь их немало — сорок человек. Работают они и на чайных, и на кукурузных, и на виноградных участках. Для начала я вас со всеми сразу познакомлю. Приходите сегодня вечером к нам на совещание.

Мы так и сделали, послушавшись совета Антимоза Михайловича Рогава, председателя грузинского колхоза имени Берия Зугдидского района.

Герой Социалистического Труда Антимоз Михайлович — невысокий, худощавый человек, быстрый в движениях, энергичный, подтянутый — руководит колхозом с 26-летнего возраста, а сейчас ему под сорок. Артель развилась в крупное, многоотраслевое хозяйство».

Главное место в репортаже занимало описание зажиточной жизни в колхозе имени Берии:

«Мы шли по улицам колхозного села. Называется оно Ахали сопели, что значит Новое село. Оно таким и выглядит. Колхозники, в сущности, построили его заново. Почти все дома сооружены за последние 15 лет.

Крестьянские дома в этих краях весьма своеобразные. Строятся они на высоких столбах. Раньше это делалось для защиты от болотной сырости. Но болотистые, гиблые места усилиями колхозников давно превращены в здоровые, цветущие, плодородные. Подобная архитектура — зовется она здесь "ода" — сохранилась, однако, и поныне. Меж столбов теперь сооружается нижний этаж дома — большая кладовая. Хранятся здесь зерно, вино, сыр, мясо, а всего этого много у каждого колхозника».

А с тем, как описывалась в репортаже жизнь этого села, не могли сравниться даже сцены из популярного в то время фильма «Кубанские казаки»:

«Село уже сейчас многим напоминает город. Лесопильный и кирпичный заводы, школа, клуб, детские ясли, радиоузел. Все они размещены в капитальных зданиях на ровных, прямых улицах, по которым то и дело снуют легковые автомашины колхозников. К их услугам и бензиновая колонка. Подъехал колхозник на "Победе" или "Москвиче", предъявил талон, заправил машину и двинулся дальше... У нового двухэтажного здания правления колхоза, расположенного на площади в центре села, вытянулись цепочкой 12–15 автомашин».

Рассказывал «Огонек» и о постоянно растущих потребностях членов колхоза имени Берии:

«Правление колхоза (оно тоже в основном состоит из Героев) советуется с самыми опытными, знающими и уважаемыми на селе людьми.

Речь вели об агротехнике, о строительстве и о многом другом.

— Почти все Герои в колхозе со средним образованием. Теперь нужно учиться дальше,— сказал председатель. Сам он студент-заочник Грузинского сельскохозяйственного института имени Л. Берия.

Интересные вопросы были затронуты в тот вечер. Далеко вперед смотрят люди. Большие у них запросы, широк круг интересов. Тамара Купуния говорит:

— Нельзя ли так наладить дело, чтобы наши Герои и все передовые колхозники чаще выезжали в братские республики, в нашу любимицу Москву? Страну посмотрим, опыта наберемся.

И ее все поддерживают.

— Учтем ваши предложения,— отвечает Рогава.— Правление колхоза позаботится о том, чтобы каждый наш колхозник лучше знал свою советскую Родину».

Похожие описания публиковались и в других изданиях. Все обязательно писали о семье Кадария, где сначала было три Героя Социалистического Труда — отец, мать и дочь. А в 1951 году звания Героя была удостоена и приемная дочь — В. И. Срибнова. Говорилось в публикациях и о причинах процветания хозяйства:

«Колхоз имени Берия собрал 500 тонн чайного листа: годовой план перевыполнен больше чем на 100 тонн».

В самые сжатые сроки колхоз имени Берии стал рекордсменом по количеству трудившихся на его чайных, кукурузных и виноградных плантациях Героев

Фото: В. Джейранов / Фотоархив журнала «Огонёк» / Коммерсантъ

Немалое число Героев было и в других колхозах и совхозах имени Берии. Но вопрос о том, почему именно эти хозяйства самые передовые, если в то время у кого-то и возникал, то по понятным причинам вслух не произносился.

К тому же сельхозпредприятия со столь же выдающимися результатами работы были и в других частях страны и не носили имя Берии.

«Ни сахару, ни денег, ни хлеба»


Коровы совхоза «Караваево» по весу, надоям и отелам еще в 1940-х годах догнали и перегнали Америку

Фото: Галина Санько / Фотоархив журнала «Огонёк» / Коммерсантъ

На протяжении многих лет по всему СССР гремела слава костромского животноводческого совхоза «Караваево», где насчитывалось тридцать шесть Героев Социалистического Труда и четыре дважды Героя. Восторгам журналистов, посещавших это хозяйство, казалось, не будет конца. Широко известный в те годы и позднее А. А. Аграновский писал, что следует поставить памятник, на котором будет написано:

«В Америке одна корова дала удой 15 600 литров в течение двух лет, и за это ее объявили "мировым чемпионом", а в совхозе "Караваево" корова "Послушница вторая" дала 16 262 литра, у десятков коров пожизненный удой доходит до 100 тысяч литров, и все они живы и здоровы и будут дальше еще не один год "служить человечеству"».

О том, почему нужен памятник, в репортаже говорилось:

«Принято считать, что корова живет 13–14 лет, но караваевской "Опытнице" 18 лет; после 14 отелов она готовится сейчас к пятнадцатому, и в этом году она переваливает через 100-тысячный удой. Рекордистке "Белке" 20 лет...

В совхозе нет ни одной коровы, которая весила бы меньше 30 пудов.

А "Стойка" весит 55 пудов, а "Шанго" в 5 лет весит 73 пуда. У "Амазонки", у "Нимфы", у "Стрелы", у "Грозной", у десятка других коров вымя имеет в обхвате до двух метров».

Причем основой этих успехов совхоза была, по сути, работа одного человека — бывшего латышского батрака С. И. Штеймана, который вырастил и выпестовал совхозное стадо.

Всеми успехами совхоз «Караваево» был, по сути, обязан одному человеку — старшему зоотехнику С. И. Штейману (на фото — в центре)

Фото: Григорий Дубинский / Фотоархив журнала «Огонёк» / Коммерсантъ

«Штейман,— писал Аграновский,— перевернул все прежние понятия о коровьем веке, он удлинил их жизнь. А из какого материала создано все это? Из альгаузов, ост-фризов или еще каких-либо заграничных знаменитостей? Ничего подобного; из наших простых костромских коров. Еще в 1932 году караваевское стадо было музеем из коров всевозможных беспородных пород и их метисов. И вот 15-летний результат беспрерывной селекции, беспрерывного отбора и подбора — лучшее в стране и в мире селекционное стадо!

Когда народным комиссаром земледелия Союза ССР был А. А. Андреев, по его приказу вновь выведенной Штейманом породе крупного рогатого скота было присвоено наименование "костромской"».

Он же организовал уход за коровами, небывалый во всей округе: чистота в коровниках, запрет на вход в них посторонним, тщательное соблюдение гигиенических правил. И не только:

«В скотных дворах запрещено громко разговаривать: животные не любят излишнего шума, они "нервничают", хуже едят, сбавляют молоко. Караваевские пастухи не "гонят" стадо и не подгоняют, а идут впереди стада, придерживая вырывающихся вперед. А коровы с особо высоким удоем пасутся отдельно».

Заполучить коров из «Караваево» и повторить успех этого совхоза пытались многие хозяйства. К примеру, президент ВАСХНИЛ «народный академик» Т. Д. Лысенко буквально вырвал у Штеймана часть стада.

«Трофим Денисович Лысенко,— писал Аграновский,— добился специального решения о выделении 33 голов скота из Караваевского совхоза для Академии сельскохозяйственных наук имени Ленина. Академик Лысенко решил организовать под Москвой, в Горках, нечто вроде филиала штеймановского совхоза».

Однако повторить успех Штеймана без Штеймана оказалось очень трудно. В том же репортаже приводились такие примеры:

Ученые-животноводы потратили немало времени и сил, чтобы понять, как Штейману удалось вывести исключительную по качествам костромскую породу (на фото — измерение кровяного давления у коровы)

Фото: Григорий Дубинский / Фотоархив журнала «Огонёк» / Коммерсантъ

«Есть в Костромской области совхоз "Лужки", тоже животноводческий, тоже молочный, тоже системы Министерства совхозов. Но там коровы дают не 30, не 40 и не 60 литров молока в день, как в "Караваеве", а… 2 литра. Притом этот "обильный" удой дают здесь те же караваевские коровы, в свое время выращенные Штейманом.

И есть в Костромской области колхоз "Начало", где на полученном у Штеймана племенном быке "Конусе", сыне рекордистки "Каны", возят дрова и бьют "Конуса" батогом».

Собственно, это и было эпитафией всего «геройски-звездного проекта» подъема советского сельского хозяйства. В хозяйствах, где были умелые руководители или специалисты, дело постепенно налаживалось и без всяких высоких наград и бюстов на родине Героя. А в остальных мало что менялось и для самих хозяйств, и для их добившихся выдающихся результатов и награжденных званием Героя работников.

В 1948 году Герои Социалистического Труда П. В. Кухтина и Х. Ф. Тутова из Ново-Ивановского свеклосовхоза Близнюковского района Харьковской области писали Сталину:

«Уважаемый Иосиф Виссарионович!

В связи с присвоением нам звания Героев Социалистического Труда, Кухтиной П. В. и Тутовой Х. Ф., за наш скромный труд на социалистических полях еще с большей энергией, еще с большим вниманием работаем в данное время по выращиванию и уборке нового обильного урожая.

И теперь, проработав в нашем совхозе сезон работы, нам отпускают заработанный хлеб по 450 руб. за центнер, когда на рынке можно купить по 150 руб. за центнер.

Мануфактуры у нас достать трудно, а также обуви и мыла. В общем, никакого на нас внимания не обращают.

За выполнение нами обязательств в 1947 году мы не получили никаких дополнительных зарплат, не получили ни сахару, ни денег, ни хлеба. А когда подписывали обязательство, то нам все это обещали. Посылаем Вам наше выполненное обязательство в 1947 г., почитайте и разберитесь, правильно ли наша дирекция поступила с нами, или нет».

А в дополнении к письму, написанном Пелагеей Васильевной Кухтиной, говорилось:

«Я, Кухтина, работаю в совхозе. Имею 2-х стариков-иждивенцев, мужа отца и мать, у которых три сына погибли на фронте.

Обращалась я в райисполком по поводу стройматериала. Мне отказали, а мне жить негде, имеем у себя домик, который не сегодня-завтра развалится, купить леса не на что, и как выйти из этого положения, не знаю. Это одно, что дома нет, а второе — подходит лютая зима, а топить нечем.

В общем, положение мое трудное: двое старых и ребенок голые, босые, негде жить, и зима холодная на носу».

Немного дала кампания по массовому награждению и стране в целом. Продовольственные затруднения так никуда и не исчезли. Но объявить об отмене награждений за успехи в сельском хозяйстве сразу не решились. Сначала их число по сравнению с концом 1940-х — началом 1950-х годов заметно снизилось. Затем, в 1967 году, отменили установленный в 1949 году порядок награждения званием дважды Героя Социалистического Труда. А в 1974 году тихо и неприметно признали утратившим силу и порядок награждения первым званием Героя.

Евгений Жирнов


Комментарии
Профиль пользователя