Коротко

Новости

Подробно

3

Фото: Дмитрий Коротаев / Коммерсантъ   |  купить фото

«Только бумажка с надписью суммы»

24-е заседание по делу «Седьмой студии»: два свидетеля обвинения рассказали, как обналичивали деньги для «Платформы»

от

23 января в Мещанском суде Москвы допросили двух свидетелей обвинения по делу «Седьмой студии». Предприниматель Валерий Синельников и бывший сотрудник банка Дмитрий Дорошенко признали, что за весь период работы «Платформы» обналичили для нее несколько десятков миллионов рублей. Деньги передавались в пакетах с написанными «на бумажках суммах». По мнению защиты, допрос свидетелей показал, что никаких хищений со стороны подсудимых не было.


24-е заседание по делу «Седьмой студии». Главное

  • Первым из двух свидетелей обвинения на заседании 23 января был допрошен предприниматель Валерий Синельников. Он рассказал, что к сотрудничеству с «Седьмой студией» его пригласила давняя знакомая, бухгалетр Нина Масляева, но суть работы объяснил гендиректор Юрий Итин: «Мне было предложено составление договоров на обеспечение деятельности "Седьмой студии". В ходе разговора я понял, что моего участия не будет, речь шла о заключении фиктивных договоров для обналичивания денег».
  • По словам Синельникова, всего через свое ИП он заключил 17 договоров с «Седьмой студией», по ним было обналичено около 25 млн руб. Все обналиченные деньги, как рассказал свидетель, он передавал только Масляевой.
  • На суде Синельников часто путался в показаниях. В начале допроса он перепутал должности Юрия Итина и Алексея Малобродского в «Седьмой студии»: назвал первого вместо гендиректора генпродюсером, а второго наоборот. Сказал, что в «Гоголь-центре» ставился спектакль «Дон Жуан», хотя в действительности такой постановки в репертуаре театра никогда не было. Более того, на суде Синельников сказал, что на встрече с Итиным обсуждал процент по обналичке (якобы договорились на 8,6%, затем процент менялся), а на стадии следствия он говорил, что этот процент отчислялся за его участие в реальной подготовке спектаклей, у него как ИП были для этого возможности.
  • На допросе в суде между свидетелем Синельниковым и адвокатом Дмитрием Харитоновым, представляющим интересы режиссера Кирилла Серебренникова, состоялся такой диалог: «Масляева делала ли вам какие-то покупки или подарки?»— спросил адвокат. "Автомобиль",— ответил свидетель. "Что — автомобиль?" — "Я попросил определенное количество денег. Мне не было отказано. Мне дали деньги, я купил автомобиль". — "В связи с чем вам перечислили деньги?" — "По-дружески". — "Сколько?" — "Миллион". — "Вы их возвращали?" — "Нет"».
  • Вторым на суде выступил свидетель обвинения Дмитрий Дорошенко, в прошлом он занимал должность начальника отдела кассовых операций в ряде мелких банков. На допросе он рассказал, что в 2012 году ему позвонил старый знакомый Валерий Педченко (был допрошен на 21-м и 22-м заседаниях) и спросил про обналичку. «Я дал ему реквизиты фирм, на которые должны были поступать деньги»,—- рассказал суду Дорошенко. Затем, по словам свидетеля, Педченко звонил, говорил, какая нужна сумма, а после обналичивания сам ее забирал. Ни с Масляевой, ни с Серебренниковым, ни с Малобродским, ни с Итиным свидетель Дорошенко не встречался и про обналичку не разговаривал.
  • В 2016 году Дмитрия Дорошенко приговорили к двум годам условно за деятельность, связанную с обналичиванием денежных средств. Затем срок был сокращен до года. В августе 2017-го судимость была погашена, рассказал Дорошенко суду.

17:12. Судья Аккуратова завершает заседание. Следующее состоится 25 января, в 09:30.

17:12. Адвокат Лысенко просит закончить заседание. Остальные защитники не против. Прокуратура возражает.

«Если повод — это день рождения, то это слабая причина»,— говорит прокурор Игнатова. «Ничто человеческое не должно быть чуждо прокуратуре»,— с улыбкой отвечает адвокат Карпинская. «Прокуратура разберется, что кому не чуждо»,— парирует Игнатова



и продолжает: «Если повод плохое самочувствие, то, конечно, здоровье надо беречь».

17:04. Далее в томе идут различные страховые взносы и платежные поручения: платежка по перечислению субсидии Минкульта «Седьмой студии», платежки по договорам аренды с «МВК Эстейт» («Винзавод»), платежки по соглашениям с «Академ сервисом», далее — по договорам с «МОСКО» за авиабилеты, с «Радоном» за охранные услуги, с ИП Синелькниковым, «Академ-сервис», «УК "Проект О2"», «Премиум» и прочие. На этом том заканчивается.

16:32. Теперь материалы читает прокурор Надежда Игнатова. Исследуется 102 том дела. Он начинается с того, чем закончился предыдущий том — банковскими ордерами и комиссиями.

16:31. Далее в деле идут платежные поручения, банковские ордера по снятиям с карты, комиссии. На этом 101 том исследован.

16:21. Заседание возобновилось. Изучается том 101. Только прокурор Лавров начал читать материалы, поднялась адвокат Карпинская и сказала, что спектакль «(М)ученик» не ставился на «Платформе» и не имеет никакого отношения к делу. Прокурор не обратил на нее внимания и продолжил читать материалы тома. В нем — платежные поручения по договорам «Седьмой студии» с различными контрагентами.

16:14. Во время перерыва Малобродский сказал “Ъ”, что спектакля под названием «Дон Жуан», о котором упоминал свидетель Синельников, в репертуаре «Гоголь-центра» никогда не было.

15:55. Софья Апфельбаум просит перерыв на пять минут. «Уже два часа сидим»,— говорит она. В заседании объявляется перерыв на 5 минут.

15:50. Прокурора прерывает адвокат Карпинская. «Сейчас прокурор нам сказал, что на листе 146 находится договор между Молодежным культурным центром Златко Стевковски и Анной Шалашовой, директором ''Седьмой студии''. Дальше до 180 страницы идут приложения к договору. А на странице 180 идет тот же договор. Мало того, что эти договоры не имеют никакого отношения к ''Платформе'', но это два комплекта одних и тех же документов. Таким образом, просто делается масштаб дела»,— говорит Карпинская. Далее поднимается Апфельбаум и говорит, что стоимость имущества, которое было передано «Седьмой студии» в аренду, нигде не учитывается — ни в экспертизе, нигде.

15:42. Прокурор изучает 100 том. В нем встречаются документы по «Ист-Весту», далее по транспортным услугам и по услугам связи с разными контрагентами, книга учета расходов. Затем в томе идут акты приема-передачи выполненных работ с «Сириусом», счет-фактуры по актам — это за транспортные расходы. Далее идут аналогичные документы с «Экстра клин» — за уборку, ЧОП «Радон» — за охранные услуги, «Академ-сервис» — за размещение в гостинице. Следом называются документы за железнодорожные билеты, вновь - за размещение в гостиницах. Затем перечисляются документы с «Театральными технологиями» — за осветительное оборудование. После — документы с «МК Сервис центр» и «Академ-сервис» (размещение в гостиницах), с компанией «МОСКО» (авиабилеты). Далее вновь встречаются «Театральные технологии» (оборудование к спектаклям).

15:15. «Извините, пожалуйста,— говорит адвокат Лысенко. — Сегодня у Юрия Константиновича день рождения. Он себя плохо чувствует. Второй год в стрессовом состоянии день рождения. Если есть возможность, можно ли сегодня закончить на час пораньше». Судья отвечает адвокату Лысенко, что завтра заседания не будет, поэтому еще можно поработать. Лысенко садится на место. В этот момент заседание покидают пятеро человек. В зале становится много свободных мест.

15:13. Далее в томе идут карточки счета, данные бухучета, некий договор дотаций, книга учета расходов, оборотно-сальдовые ведомости, затем вновь карточки счета, данные бухучета. «Генеральный директор "Седьмой студии Шалашова"»,— называет прокурор ответственное лицо по документам. Видимо, речь идет о помощнице Серебренникова Анне Шалашовой. Затем в томе идут учеты по проводкам, далее идут документ по «Ист-Весту», на этом том заканчивается.

15:01. Прокурор продолжает читать материалы 99 тома. «Хочу обратить внимание, — прерывает его адвокат Карпинская, — что это не договор. Это черновик, проект, что угодно. Но это не договор». Прокурор флегматично смотрит на нее, затем молча опускает голову и продолжает читать.

15:00. Затем дополнение делает Малобродский: «В связи с множественными заявлениями, что использовались Серебренниковым средства, выделяемые на "Платформу", на создание и эксплуатацию спектаклей для "Гоголь-центра", имеется смысл обратить внимание на исследованный блок документов»,— говорит Малобродский. По его словам, «(М)ученик» ставился совместно «Седьмой студией» и «Гоголь-центром». Он отмечает, что «Седьмая студия», как и «Гоголь-центр», могли софинансировать какие-либо проекты. «Хотел бы обратить внимание на состав, структуру документов по спектаклю "(М)ученик"»,— продолжает Малобродский. Он говорит, что перечислены все расходы на спектакль. «Это нормальная работа, она характеризует существующую практику», — отмечает Малобродский. «Если вы обратите внимание на кучу сфальсифицированных договоров, вы поймете, что стилистически по структуре и по содержанию — это совершенно другие документы, которые не могли быть составлены мной или Вороновой», — заявляет подсудимый. По словам Малобродского, «Гоголь-центр» никогда не пользовался деньгами «Платформы» для постановки спектаклей. Никакого задвоения расходов, по его словам, не было.

14:57. В томе встречается акт к договору на постановку спектакля «(М)ученик». «Первая "М" в скобках»,— отмечает прокурор. Документ заключался между «Седьмой студией» и «Гоголь-центром» в начале 2015 года. Далее в томе идет сопроводительная документация к этому договору. Подписи под ними Малобродского и Вороновой. «Хотела бы обратить внимание, что весь этот блок, относящийся к спектаклю "(М)ученик" никакого отношения к делу не имеет. По нему никогда не представлялись документы в Минкультуры <...>»,— делает замечание Апфельбаум.

Серебренников утомился слушать монотонное чтение прокурора. Он сложил руки на скамье перед ним и опустил на них голову.

14:40. Поднимается адвокат Карпинская.

— Здесь сверху написано «данные бухгалтерского учета». Вы уже не считаете, что это данные бухучета?— спрашивает она.

— Вопросы не задают, — одергивает ее судья Аккуратова.

— Просто раньше оглашались такие же документы, и говорилось, что это данные бухучета, а сейчас не говорится,— заявляет Карпинская.

Прокурор, не обращая внимания, продолжает читать материалы тома. Он открывает документ и, смеясь, объявляет «Данные бухучета», продолжает читать материалы. Вскоре он говорит, что 98 том исследован и берется за следующий.

14:33. Прокурор продолжает читать материалы 98 тома, но почти сразу же поднимается адвокат Карпинская. Она говорит, что на листах 102, 120, 121, 187 имеются пустые листы, на них есть только одна отметка — печать «Альфа-банка» о том, что «копия верна». Кроме этой отметки на листах больше ничего нет, обращает внимание суда защитник Малобродского.

14:26. Затем в томе идут данные бухучета, оборотно-сальдовые ведомости. На многих из них, по словам прокурора, имеются «рукописные надписи». Содержание большинства записей он не раскрывает. После в томе встречаются карточки-счета. Следом идут заявление Итина об увольнении, приказ о принятии на работу Масляевой. Поднимается адвокат Карпинская. Она говорит, что прокурор зачитывает некие «мусорные документы», а настоящие пропускает. Далее встает Малобродский. Он говорит, что доверенность на листе дела 103 позволяет Масляевой не только получить документы в банке, но и средства доступа к системе клиента банка. Эта доверенность, по его словам, выдана без права передоверия. Далее в томе на листе 104 имеется еще одна доверенность, говорит Малобродский. По его словам, по этой доверенности только Масляева могла представлять в банк документы. «В контексте показаний Педченко и Синельникова, что кто-то мог вести без ведома Масялевой хозяйственную деятельность или как-то бесконтрольно распоряжаться средствами организации, — эти документы свидетельствуют, что этого не могло быть в принципе», — говорит Малобродский.

13:56. Заседание возобновилось после перерыва. Прокурор Олег Лавров начал исследовать материалы 98 тома. Он начинается с документов по договорам с компаниями «Актив-Эйм» и рядом других компаний. Далее прокурор говорит, что в томе идут данные бухучета. Его прерывает адвокат Карпинская. По ее словам, здесь не содержатся «данные бухгалтерского учета». Она указывает на это суду, прокурор продолжает читать материалы.

Кстати, сегодняшнее заседание проводится в день рождения одного из подсудимых — Юрия Итина. Он родился 23 января 1965 года.

13:39. В перерыве адвокат Поверинова коротко обсудила с журналистами допрос двух свидетелей. Ее внимание обратили на то, что свидетели подтвердили факты обналичивания денег для «Седьмой студии». В ответ Поверинова сказала, что довольна допросом. По ее словам, показания свидетелей говорят о том, что подсудимые не совершали хищений. Она отметила, что хищения были со стороны бухгалтера Нины Масляевой.

13:01. Объявлен перерыв на 40 минут.

13:00. <...>

— Передавались ли вами Педченко образцы подписей названных организаций? — продолжает задавать вопросы судья.

— Не помню. Наверное, да.

Далее вопросы задает адвокат Лысенко.

— Что такое «площадка»?

— Тот же Андрей, который создает несколько фирм для этих целей, вот эти пулы — они и назывались площадкой. <...>

Далее вопросы задает прокурор.

— Период работы с Педченко, он ограничивался с 2012 по 2014 годы?

— По этому вопросу нет.

На этом допрос Дорошенко закончен. Свидетель выходит из зала.

12:57. Далее вопросы задает судья. <...>

— Вы пересчитывали деньги?

— У банка нет, только в офисе.

— Ошибок не было? Все верно?

— Ошибок не было.

— В каком виде деньги передавались?

— В основном «под резинку» так называемую, в количестве по 100 штук.

— Была ли какая-то расписка?

— Только бумажка с надписью суммы.

— В каком виде передавали Педченко?

— В пакете.

— Надпись делали?

— Тоже надпись суммы.

— Педченко пересчитывал при вас деньги?

— Нет.

— У вас официальная была организация?

— Да. ООО «Компромисс 3».

— Вы там какую должность занимали?

— Я был там гендиректор.

Далее судья спрашивает, кто еще работал в компании. Дорошенко называет двух мужчин.

— Кто еще был учредителем в ООО «Компромисс 3»?

— Я и Ривзон.

12:53. Далее вопросы задает адвокат Лысенко.

— С Андреем вы по какому средству общались?

— По скайпу, по почте, по телефону.

— Вы электронную почту давали на следствии?

— Нет, вроде.

С Педченко вы как общались?

— Исключительно по телефону.

— Как часто вам приходилось звонить?

— Насколько помню, периодами.

— Несколькими платежами в день?

— Да.

— Было ли что на одну и ту же компанию несколько платежей в один день?

— Думаю, нет, но точно не помню.

12:50. Далее несколько вопросов задают адвокаты Карпинская и Поверинова. На один из вопросов Повериновой свидетель ответил: «Педченко одно время работал в редакции газеты ''Красный воин''. Ответ свидетеля вызвал в зале громкий смех.

Далее вопросы задает адвокат Харитонов. Он говорит, что человек по фамилии Курбанов тоже одно время работал в ''Красном воине'', однако Дорошенко об этом ничего неизвестно.

12:45. Далее вопросы задает адвокат Лысенко.

— Бывали случаи, что вы задерживали передачу денег?

— Лично я не задерживал. Андрей… Очень редко, но на немного — примерно на 4 дня.

— Эта деятельность на протяжении какого времени шла?

— Пару лет.

— Год начала и окончания?

— 2012-2014 годы.

— Были ли задержки в 3, 4, 6 месяцев возврата денег?

— Нет.

— Все ли деньги, которые перечислялись, были переданы Педченко?

— Все, конечно.

— Рассказывал ли вам Педченко что-нибудь о причинах, почему «Седьмая студия» обналичивает деньги?

— Нет.

— Говорил ли он вам, с кем в «Седьмой студии» общается?

— Нет.

— Все ли деньги, полученные от вас, Педченко отдавал в «Седьмую студию»?

— Вопрос не ко мне.

— С названными компаниями вы лично не работали?

— Нет.

— Известны ли вам компании «Кино и театр», «Нескучный сад»?

- Нет.

<...>

12:42. «Перед новым годом постоянно взлетали эти проценты», — рассказывает про рынок обналички свидетель Дорошенко. Но, по его словам, они работали в переделе от 4 до 8 процентов.

12:41. Адвокат Харитонов продолжает задавать вопросы.

— Вы знакомы с Масляевой?

— Нет.

— С Филимоновой?

— Нет.

— Войкиной?

— Нет.

— Вороновой?

— Нет.

— Вы общались только с Педченко?

— Да.

— Процент колебался от 4 до 8?

— Да.

— Это вам говорил Андрей?

— Да.

<...>

«Если 4% — Андрей, то Педченко — 5%. Если Андрей — 7%, то Педченко — 8%”, — рассказывает свидетель про проценты по обналичке, то есть 1% он оставлял себе.

12:39. По словам свидетеля, он контактировал с неким Андреем, фамилию его не помнит — то ли Светов, то ли Цветной. Как сообщил свидетель, по словам следователя, этот Андрей был сыном главбуха банка. Далее он рассказал, что ставка по обналичке была 4-8%, такой же процент был работы и с Педченко.

Прокурор продолжает задавать вопросы.

— Эти (названные контрагенты «Седьмой студии») организации какую-то фактическую деятельность осуществляли?

— Нет.

— Офисы, директора?

— Нет, не было.

— Как шла работа с Педченко?

По словам свидетеля, Педченко ему звонил, говорил, какая нужна сумма. Дорошенко обналичивал нужные суммы и передавал Педченко, рассказывает свидетель. Он говорит, что Педченко приезжал за деньгами в офис компании на Люблинскую улицу.

— Известен ли вам человек по фамилии Ревзон?

— Да.

— Имел ли он отношение к обналичиванию денег по «Седьмой студии»?

— Нет. Это просто наш общий знакомый с Педченко.

Далее вопросы задает адвокат Харитонов.

— За какую деятельность осуждены?

— За обналичивание.

— Какие компании фигурировали в приговоре?

— Не помню.

— «Рилл ком», «Профальянс», <...>.

— Да.

<...>

— Вы познакомились с Педченко в 2008 году…

— В 2004 году.

— В связи с чем Педченко обратился к вам с просьбой по обналичке?

— Он знал. Он знал, что мы этим занимаемся.

<...>

— Это ваши были компании: «Проект О2», ООО «Инфостиль»?

— Не могу сказать.

— ООО «БизнесАльянс»?

— Похоже, да.

— ООО «Профконсалтинг»?

— Точно не могу сказать.

— ООО «Горизонт»?

— Думаю, да. Не готов сказать, участвовали ли они с «Седьмой студии».

— Эти компании кому были подконтрольны?

— Упомянутому Андрею, руководителю так называемой «площадки».

<...>

12:35. Прокурор продолжает задавать вопросы.

— По «Седьмой студии» вы как-то контактировали с Педченко?

— Да. Дату сказать не могу. В 2012 году.

— Зима, весна, лето?

— Не помню.

— Как произошло взаимодействие?

— Педченко позвонил по поводу обналичивания. Я работал в банке тогда, были знакомые в этой среде.

— Что за кредитная организация?

— «Империал», потом «Инвестбанк».

— В какой должности?

— Начальник отдела кассовых операций.

— Педченко именно по обналичиванию обратился?

— Да, по обналичиванию.

— Договорились о чем-то конкретном?

— На первой встрече я сказал, что поинтересуюсь.

— Были ли вами предложены Педченко какие-то контрагенты?

— Нет. Он просил, чтобы я ему посоветовал.

— Какую схему по обналичке вы ему предложили?

— Я дал ему реквизиты фирм, на которые должны были поступать деньги.

— Можете назвать организации?

— Точно, нет. С памятью есть проблемы.

— «Рилл ком», «Соло студио», «Иствест»?

— «Рилл ком» помню.

— «Соло студио»?

— Не помню.

— «Мегаполис»?

— Да.

— «Маркет групп»?

— Нет.

— «Эдельвейс»?

— Да.

— Площадка была единая, где брались деньги?

— Да, банк МНИБ.

(Московский национальный инвестиционный банк, 5 июля 2017 года у банка была отозвана лицензия за «осуществление сомнительных транзитных операций» — “Ъ”).

<...>

12:14. Свидетель говорит, что знает Серебренникова. Судья его спрашивает, в связи с чем он его знает. Дорошенко отвечает, что видел по телевизору.

Вопросы Дорошенко задает прокурор Лавров.

— Знаком ли вам Педченко?

— Да. В 2004 году познакомились на отдыхе.

— Что конкретно вас связывало? Деятельность какая-то?

— Нет. Деятельности не было.

12:12. Заседание возобновляется. В зал приглашают еще одного свидетеля. Входит мужчина с залысиной и седыми усами. На нем серый свитер и черные брюки. Он представляется как Дмитрий Дорошенко. Он говорит, что в 2016 году его осудили на два года условно, а затем сократили срок до года. В августе 2017 года судимость была погашена. Ранее адвокат Харитонов говорил, что в деле есть приговор Дорошенко за деятельность связанную с обналичиванием.

Свидетель обвинения по делу «Седьмой студии» Дмитрий Дорошенко

Фото: Роман Дорофеев, Коммерсантъ

11:52. Поднимается прокурор. Он говорит, что явился еще один свидетель — Дорошенко. Просит перерыв на несколько минут. Судья соглашается и объявляет перерыв.

11:49. Далее вопросы задает судья.

— С одного ли счета поступали деньги от «Седьмой студии»?

— Я не отслеживал, но думаю, что с одного — «Альфа-банка».

Далее его спрашивают про электронную почту. Он говорит, что она у него не менялась, называет адрес электронной почты.

— Помните, где у вас хранились документы?

— Да. Я попросил отвезти их в мастерскую пошивочного цеха, мастерскую моей жены, — отвечает Синельников.

— С Итиным один раз разговаривали?

— Да.

11:48. «Почему именно к вам Масляева обратилась с вопросом про обналичивание?»— спрашивает Харитонов. Синельников отвечает, что он полагал, что будет помогать в организации спектаклей. Далее Харитонов спрашивает, когда же Синельников говорит правду: на следствии, когда обсуждал с Итиным вопрос про процент за подготовку спектаклей, или на суде, когда понимал, что речь на самом деле идет не про спектакли, а про обналичку. Свидетель говорит, что «гонорар не обсуждался». Далее вопросы задает Карпинская. Она спрашивает, передавал ли Синельников деньги в присутствии Педченко, Филимоновой <...>. Свидетель говорит, что не помнит.

11:46. Далее адвокат Харитонов задает аналогичный вопрос про «Метаморфозы». Синельников говорит, что, да, был такой спектакль. Затем следуют вопросы про спектакли «Сон в летнюю ночь», Аutland, «Транскрипция». «Если (исполнителем) указан я, значит, был такой спектакль», — говорит Синельников. Судья прерывает допрос, говорит, что в общем свидетель на эти вопросы уже ответил.

11:40. Поверинова продолжает задавать вопросы.

— Вы могли бы примерную сумму сказать тех денег, которые из обналиченных пошли на билеты, машины?

— Нет.

Далее задает вопросы адвокат Харитонов.

— Вы сказали, что с Масляевой познакомились в 2000-х годах. У вас были договоры с Брянским театром?

По словам Синельникова, у него тогда не было ИП.

— У ИП Синельникова с театром «Модерн» были договоры?

— Нет.

— Войкина работала в «Модерне»?

— Нет. Я этого не помню.

— Вы сказали, что было 17 договоров, и назвали два спектакля. Вы следили за «Платформой», бывали ли на мероприятиях?

— Один раз. На спектакле «Арии».

— Известно ли вам о показе на «Платформе» спектакля «Охота на Снарка»?

— Нет.

— Вы оглашали финотчет по «Охоте на Снарка», в нем один из исполнителей — ИП Синельников. Был у вас такой договор?

— Не помню.

11:35. — Вы сказали: «Мне направлялись договоры с подписью Итина». Вы уверены, чтобы это была подпись Итина, или там фамилия стояла?

— Конечно же нет.

— При вас Итин подписывал контракты?

— Нет.

— Откуда вам известно, что это именно подпись Итина?

— Главбух дает мне документы за подписью гендира Итина.

Я просто верил в это, что подпись Итина.



Далее вопросы задает адвокат Поверинова.

— Вы сказали, что билеты покупали за счет денег, какие-то еще расходы были?

— Кроме билетов, нет.

— А сколько билет стоил?

— Не помню.

— Примерно.

— Примерно? Я ездил «Сапсанами».

— Порядок можете назвать?

— Назову цифру в 3,5-4 тыс. в один конец.

— В один конец?

— Да.

— То есть туда-обратно 5-7 тыс.?

— Да.

— Вы билеты для какого-то отчета давали Масляевой?

— Нет. У меня была устная договоренность, что я беру деньги сверх процента за проезд.

— Масляева делала ли вам какие-то покупки или подарки?

— Автомобиль.

— Что автомобиль?

— Я попросил определенное количество денег. Мне не было отказано. Мне дали деньги, я купил автомобиль.

— В связи с чем вам перечислили деньги?

— По-дружески.

— Сколько?

— Миллион.

— Вы их возвращали?

— Нет. Хотел.

— Как вам передали деньги?

— На карту.

— На вашу личную карту?

— Да.

— Вы следователю про это говорили?

— Да.

— В каком году это было (перевод денег на автомобиль)?

— 2012 год.

— Говорила ли вам Масляева, откуда взялись деньги у «Седьмой студии»?

— Отвечу так. <...> Я знал, что деньги были из бюджета.

11:26. Далее вопросы задает адвокат Лысенко. Речь заходит про разговор Итина и Синельникова. Свидетель говорит, что разговор действительно был, обсуждался процент, при этом говорилось, что никаких работ делать не надо.

— Если бы мне сказали, что от вас требуется, чтобы вы до заключения договора и говорили лично с Серебренниковым о конкретном интересе на определенную работу, обсудили бы с ним нюансы по договору, суммы <...>, я бы приехал переговорил бы с Серебренниковым, сказал бы, нет, этого мало… Такого разговора не было, поэтому я думаю, что меня использовались только для обналичивания средств, — отвечает Синельников.

— То есть вам обязательно проговорить это надо было?

— Да.

Синельников признает, что слов про обналичивание не звучало, но он сделал вывод, что речь в беседе с Итным шла именно про обналичивание.

Адвокат Лысенко пытается понять, когда именно он понял, что от него требуется обналичивание. Синельников говорит, что после разговора с Итиным.

— Почему вы следователю этого не сказали?

— Именно это я и говорил.

— Почему вы следователю не сказали, что это ваше предположение (про обналичивание)?

— Следователю говорил.

— Мы уже это обсуждали,— вмешивается судья.

— Сколько раз общались с Итиным? — спрашивает Лысенко.

— Один раз.

— Все ли деньги вы передавали Масляевой?

— Да.

— Все ли деньги Масляева доставляла в кассу?

— Этого я не знаю.

— Кто вам переводил деньги?

— Я не знаю.

<...>

11:24. Судья читает показания Синельникова. «Летом 2011 года мне позвонила Масляева <...> Осенью 2011 года я приехал в Москву на открытие первого спектакля ''Метаморфозы'', где познакомился с Итиным <...> Итин пояснил, что я должен буду сотрудничать <...> по подготовке спектаклей <...> я должен был получать вознаграждения 8-10% <...> Затем мне позвонила Масляева <...> Сказала, что я должен выполнить работу для ''Седьмой студии'', но какую, она не сказала <...> Потом позвонила Масляева, сказала, что никаких работ делать не нужно, что нужно снять деньги под процент, который обсуждался с Итиным — 7-8% <...> Всего за указанный период я заключил 15-17 контрактов, по которым я получал денежные средства, обналичивал их и передавал Масляевой. <...> Всего через мой счет прошло 15-20 млн руб.»,— зачитала судья Аккуратова показания Синельникова.

11:12. Далее вопрос задает адвокат Юрий Лысенко. Но прежде он ходатайствует об оглашении показаний Синельникова, поскольку есть противоречия. По словам Лысенко, в суде Синельников сказал, что Итин говорил об обналичивании под определенные проценты. При этом в показаниях на следствии Синельников сказал, что он обсуждал с Итиным организацию конкретного спектакля. Речь про проценты шла именно про постановку, а про проценты по обналичке с Синельниковым говорила Масляева, говорит Лысенко.

11:10. Заседание возобновляется. Свидетель Синельников подходит к кафедре. Вопросы ему задает Малобродский.

Свидетель обвинения по делу «Седьмой студии» Валерий Синельников

Фото: Ольга Добрина

— Вы сказали, что вы реальный театральный предприниматель. Какими возможностями вы располагали в тот момент: складская база, мастерские и так далее?

Синельников говорит, что мог сделать спектакль любой сложности.

— Вы говорили, что платежи дробились. Какая была необходимость дробить ваши платежи, если вы ничего не делали?

— Думаю, что этот вопрос не ко мне, а к тем людям, которые отдавали мне договора и решали дробить или не дробить платежи.

10:48. Судья продолжает задавать вопросы.

— Известен ли вам период работы в «Седьмой студии» Итина?

— С 2011 года, а по какой период, мне сложно сказать <...>.

— Период работы Малобродского?

— Нет. <...>

— Известна ли вам Апфельбаум Софья Михайловна?

— Фамилия такая знакома. Неоднократно слышал ее со слов Масляевой, знаю, что она руководитель театра… Нет, тогда она была в правительстве, в Минкульте, путается свидетель, отвечая на вопросы судьи.

Защита просит перерыв на пять минут, чтобы согласовать позицию.

10:45. Затем свидетель рассказывает, что все договоры были в двух экземплярах, к некоторым прилагалась спецификация. По его словам, подписание договоров на спектакли было до проведения самих спектаклей. «Подписывался договор, обналичивались через меня деньги, я их привозил», — рассказывает Синельников. Он говорит, что также забирал акты и спецификации, что все документы у него были в порядке.

— Документы, где вы подписывали, они где?

— Я так понимаю, в Следственном комитете.

— Они были изъяты?

— Они были изъяты во время обысков.

— Какие документы вы приводили в порядок?

— Когда налоговая написала мне о предоставлении отчета за деятельность с 2011 по 2014 год с «Седьмой студией», я попросил, чтобы мне представили документы из «Седьмой студии»?

— А почему вы свои документы сразу не отдали налоговой?

— Потому что документы в «Седьмой студии» переделывались после аудита. Мне нужно было узнать, какие конкретно документы лежат в «Седьмой студии». <...> Мне нужно было привести свои документы в порядок, чтобы было соответствие,— говорит Синельников.

10:39.

Далее свидетель рассказывает, что в сейфе «Седьмой студии» лежала карта «Альфа-банка», ей могли пользоваться «все кто угодно».

— Откуда вы об этой карте знаете? — уточняет прокурор Игнатова.

— Со слов Масляевой.

— Она сообщила, что в сейфе есть какая-то карта, с которой можно снимать деньги?

— Да, я не думаю, что это большой секрет.

10:38. Защита просит перерыв на пять минут. Но судья продолжает допрос. Она спрашивает, как долго Масляева работала в «Седьмой студии».

— Я могу ошибаться, может быть до середины 2013 года.

Почему она ушла, Синельников точно не помнит. По его словам, руководство «Седьмой студии» требовало от Масляевой денег, а потом отчета по ним. «Как правильно сформулировать? Сейчас, секундочку,— размышляет вслух свидетель.— Нет, не могу сформулировать, но конфликт именно из-за этого начался».

10:36. Далее вопросы задает прокурор Игнатова.

— Общались ли вы с супругой Итина?

— Общался по телефону. Возможно, даже переписка была,— отвечает Синельников.— Это началось за два года до того, как начался процесс. Мне пришло предписание предоставить налоговые декларации. Первая, кому я позвонил, была Масляева. Она сказала, что все выяснит и перезвонит. Она позвонила и сказала, что общаться теперь мне надо с супругой Итина. По его словам, он просил предоставить договоры «Седьмой студии».

«У меня была разница, я с ней не был согласен»,— отмечает Синельников. Как он рассказал суду, они (Итины) нанимали юриста, он с ним общался, исправлял договоры, отправлял в налоговую.

— С кем Масляева согласовывала свою деятельность? — продолжает прокурор Игнатова.

— Либо с Итиным, либо с Серебренниковым или Малобродским.

— Вам известно, она точно согласовывала или нет?

Малобродский возражает и просит занести возражение в протокол. Он говорит, что прокурор добивается нужного ей ответа, хотя на прошлом заседании судья снимала все повторяющиеся вопросы. После замечания Малобродского прокурор не переспрашивает Синельникова, а задает вопрос про «Гоголь-центр». Но теперь возражает адвокат Карпинская. Она говорит, что деятельность в «Гоголь-центре» не входит в состав обвинения. Судья просит ответить.

— С расчетного счета «Гоголь-центра» мне пришло около 2 миллионов на спектакль «Дон Жуан»,— отвечает Синельников.

10:30. Далее свидетель говорит, что знаком с Масляевой с того времени, как она занимала должность главного бухгалтера брянского театра. Он говорит, что отношения у них были дружеские.

Судья Аккуратова продолжает задавать вопросы.

— Знаком ли вам Педченко?

— Да.

— Откуда его знаете?

— Он был помощником или другом Масляевой.

— Знаете ли вы о сотрудничестве Педченко с АНО «Седьмая студия»?

— Нет.

10:29. Вопросы задает судья Аккуратова. Она просит сообщить, кто кем работал в «Седьмой студии». Синельников путается, он не может вспомнить, какую должность в компании занимал Итин.

— Точно не знаете, гендиректор Итин или нет? — спрашивает судья Аккуратова.

— Нет, точно не помню.

— А Малобродский тогда кто?

— Хороший вопрос. Нет, не могу объяснить.

— Других работников «Седьмой студии знаете»?

— Она была либо секретарь, либо… Марина Войкина.

Здесь свидетель вновь ошибается. Речь идет о Ларисе Войкиной, еще одном бухгалтере «Седьмой студии».

— Войкину вы считали секретарем?

— Секретарем, делопроизводителем, бухгалтером.

— Филимонову знаете?

— Масляева говорила, что это ее помощница. Она была не сразу, а уже потом.

— Какой характер отношений?

— Мы с ней общались на предмет редактирования договоров. Общались по электронной почте.

— Вы говорили, что примерно 17 договоров вы заключили?

— Да.

— Свою печать вы никому не оставляли?

— Нет.

— Значит ли это что вам поступало 17 платежей?

— Нет. Платежей было больше. По каждому договору было по два-три платежа.

10:23. — Какие взаимоотношения с Малобродским у вас были? — прокурор Игнатова задает вопрос о спектакле «Дон Жуан». Она говорит, что Синельников сотрудничал с Малобродским.

Поднимается адвокат Карпинская говорит, что у нее записано, что ранее Синельников говорил, что общался с Итиным. Судья просит пояснить, с кем же он общался по спектаклю «Дон Жуан».

— У меня был контакт с Малобродским в «Гоголь-центре». Я прошу прощения, я оговорился. Я не прав. Итин имеет отношение к «Гоголь-центру» как гендиректор,— говорит Синельников.

Свидетель окончательно запутался, кто, где и какие должности занимал. Затем он все же исправляется. Говорит, что ошибся. В «Гоголь-центре» по «Дон Жуану» он работал с Малобродским. По словам Синельникова, он обналичивал деньги для спектаклей по ставке в 10%.

Затем разговор заходит о «Платформе». Синельников сообщает, что работал по 17 спектаклям.

У прокуроров закончились вопросы. Судья спрашивает, есть ли вопросы у подсудимых. Те говорят, что пока нет. У защиты также пока нет вопросов.

10:16. По словам Синельникова, при передаче денег была только Масляева, деньги он передавал только ей.

10:14. Теперь вопросы задает прокурор Надежда Игнатова.

— Вы точную сумму не знаете или не помните?

— Я точную сумму не знаю.

— Кем подписывались договоры со стороны «Седьмой студии»?

— Мне подавались договоры за подписью Итина.

— У вас была возможность исполнить эти договоры?

— Вполне. В полном объеме.

«В разговоре с гендиректором Итиным изначально я начал говорить о ставке в 10%. Итин настаивал на 8%. Сошлись на сумме 8,6%. В дальнейшем я брал себе 9%»,— рассказывает Синельников о процентной ставке по обналичке.

10:10. Синельников говорит, что он хотел практически участвовать в деятельности «Седьмой студии», но на все его вопросы, по его словам, ему отвечали, что этого не требуется.

«Только для обналичивания»,— подчеркивает Синельников свое участие в театральной компании.



— Какой объем денежных средств поступил на ваш счет и был обналичен для «Седьмой студии»? — спрашивает прокурор Лавров.

— Предположительно в пределах 25 миллионов рублей.

10:08. — Помимо Масляевой и Итина, в АНО «Седьмая студия» вы с кем-нибудь еще договаривались? — продолжает допрос прокурор Лавров.

— Я был знаком с Малобродским,— отвечает Синельников.

— С Малобродским у вас работа какая-то велась?

— Нет. Но у меня был подобный случай в «Гоголь-центре» с Итиным.

— С Итиным? — переспрашивает судья Аккуратова.

— Да. Был спектакль «Дон Жуан»,— говорит Синельников. По его словам, с Серебренниковым он никак не пересекался.

— Зачем нужно было обналичивать денежные средства? — спрашивает прокурор Лавров.

— Мне было это понятно. Я не задавал вопросов.

— Кто контролировал процесс обналичивания со стороны руководства «Седьмой студии»?

— Весь контроль осуществлялся руководством. Гендиректор — это Малобродский. Итин — вторая инстанция как генпродюсер и Серебренников.

Здесь свидетель очевидно путает должности Итина и Малобродского.— “Ъ”.

10:02. — Работа по составлению договоров велась лично с Масляевой. В Петербурге я получал по электронной почте договор, редактировал его, если были ошибки, затем я получал окончательный вариант, затем по нему приходили деньги, я их обналичивал, затем приезжал в Москву и передавал Масляевой,— говорит Синельников.

10:01. Вопросы задает прокурор Лавров.

— С какого года являетесь индивидуальной предпринимателем, когда начали работать с «Седьмой студией»?

— ИП я с 2008 года. С 2011 года работаю с «Седьмой студией».

По словам Синельникова, летом 2011 года ему позвонила Масляева с предложением приехать в Москву и пообщаться с гендиректором «Седьмой студии» для составления договоров. Она называла фамилию Итина, сказал Синельников. Он сообщил, что в вечер премьеры концерта «Ария» Масляева познакомила его с Итиным.

— Разговор у нас состоялся в кабинете один на один, то есть были Итин и я. Мне было предложено составление договоров на обеспечение деятельности «Седьмой студии». В ходе разговора я понял, что моего участия не будет, речь шла о заключении фиктивных договоров для обналичивания денег,— продолжает отвечать на вопросы прокурора Синельников.

9:58. Синельников отвечает судье, что лично знаком с Итиным и Малобродским. Он уточняет, что за время общения у него сложились с ними только «рабочие, деловые» отношения. В настоящее время он с ними не общается.

9:53. В зал входит высокий мужчина средних лет. У него седые волосы до плеч, он одет в синий пиджак и джинсы.

9:49. Заходит судья Ирина Аккуратова. Проверяется явка: нет представителей Минкультуры, присутствует свидетель обвинения Валерий Синельников. Нины Масляевой все еще нет.

9:49. В зале заседаний свободны только два последние ряда скамеек, остальные все заняты.

9:47. Всех приглашают в зал. На сегодняшнее заседание пришел журналист, главный редактор сайта Carnegie.ru Александр Баунов.

9:46. На четвертом этаже появились прокуроры Олег Лавров и Надежда Игнатова, которые проходят в зал.

9:43. В суде появилась Ксения Карпинская. Все подсудимые и защитники в сборе, но заседание пока не начинается.

9:36. Приехал Алексей Малобродский. Нет его адвоката Ксении Карпинской, по причине болезни которой перенесли предыдущее заседание.

9:24. Прибыл Кирилл Серебренников.

9:19. В 9:16 в суде появились Софья Апфельбаум с адвокатом Ириной Повериновой и прокурор Надежда Игнатова. В 9:18 пришел Юрий Итин.

9:07. Первым пришел адвокат Юрий Лысенко. Он стоял у здания Мещанского суда еще до его открытия — в 09:00. Нины Масляевой пока не видно.


Фигурантами по делу проходят пять человек. Среди них — режиссер Кирилл Серебренников, директор Российского академического молодежного театра (РАМТ) Софья Апфельбаум, бывший директор «Гоголь-центра» Алексей Малобродский, экс-гендиректор «Седьмой студии» Юрий Итин и продюсер Екатерина Воронова (находится в международном розыске). Их обвиняют в хищении не менее 133 млн руб., выделенных на проект «Платформа» с 2011 года по 2014 годы. Все фигуранты отрицают вину.

Роман Дорофеев, Анна Токарева, Юлия Алексеева, Михаил Беляев


Материалы по теме:

Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Профиль пользователя