«Преступление в условиях неочевидности»

Октябрьский райсуд Санкт-Петербурга поздно вечером 24 декабря продлил до 8 марта срок заключения под стражу четырем обвиняемым в поджоге редакции Федерального агентства новостей (ФАН). Организаторами поджога следствие считает журналистов. Один из них — бывший морской офицер Аркадий Орлов вину отрицает, другой — историк Вадим Лифшиц дал показания, что инициировал поджог из-за «резко критического отношения к "Фабрике троллей"», которая «тесно взаимодействует с ФАН». Несмотря на смягчающие обстоятельства и отсутствие проведения с фигурантами следственных действий, переместить их из СИЗО под домашний арест суд отказался.

Информации о заседании в Октябрьском райсуде Петербурга по делу журналистов, обвиняемых в попытке поджога офиса ФАН в ночь на 9 ноября, не было ни на сайте суда, ни в списке рассматривавшихся в этот день дел на дверях зала суда (там фигурировали лишь фамилии двух других фигурантов), назвать номер зала сотрудник, регистрирующий посетителей, отказался. Аркадия Орлова и Вадима Лифшица (учредителя и шеф-редактора экономической интернет-газеты «Вкризис.ру») обвиняют в организации поджога (см. “Ъ” от 23 ноября), кроме них в деле фигурируют водитель Игорь Васильев и Василий Кирсанов, который по версии следствия осуществил поджог (огонь был оперативно потушен охранниками ФАН). Все они обвиняются по ч. 2 ст. 213 УК РФ (хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору), что предполагает до семи лет лишения свободы. В суде стало известно, что дело передано из районного отдела в Главное следственное управление Следственного комитета России (СКР) по Санкт-Петербургу и поручено старшему следователю по особо важным делам Александру Гаврилову. О продлении меры пресечения фигурантам он ходатайствовал досрочно — первоначальный срок их ареста истекает во время новогодних каникул. Рассмотрение вопроса в отношении каждого обвиняемого по очереди судья Елена Сергеева завершила после 22 часов вечера с одинаковым результатом — они оставлены в СИЗО до 8 марта. Во всех случаях защита ходатайствовала о домашнем аресте для фигурантов, ссылаясь на их положительные характеристики, заболевания и отсутствие оснований для их содержания под стражей. Но следователь Гаврилов, отмечая «с сожалением» и «уважением» наличие смягчающих обстоятельств, настаивал на продлении ареста.

Он и прокурор в каждом заседании повторяли одни и те же доводы о возможности обвиняемых скрыться или «продолжить преступную деятельность».

Адвокат Вадима Лифшица Владислав Лапинский напомнил, что его подзащитный не только частично признал вину по делу о поджоге ФАН, но «лично явился (по вызову следователя в качестве свидетеля — “Ъ”) с показаниями о совершении им преступления 15 ноября, после чего не был задержан и пять дней до своего ареста находился на свободе», не пытаясь скрыться. В протоколе допроса от 20 ноября Вадим Лифшиц дал следующие показания: «Я резко критически отношусь к неформальному объединению людей, которых называют "Фабрика Троллей", данные люди пишут в интернете комментарии, пропагандируя диктатуру российской власти. Их политические взгляды я не поддерживаю. Мне известно, что "Фабрика троллей" тесно взаимодействует с ФАН». Как следует из его показаний, в августе 2018 года он «решил организовать поджог офиса ФАН».

Вадим Лифшиц в своих показаниях сообщил, что сам он как журналист выступает в прессе с довольно резкой критикой нынешней политической власти», но «экстремистских» призывов в своих публикациях не допускает. «Кто именно фактически осуществил поджог, я не знаю»,— говорится в протоколе допроса. Согласно показаниям, ему «помог осуществить идею поджога» знакомый по прозвищу «Старый», контактов которого у Вадима Лифшица, по его словам, не осталось, при встрече он передал исполнителю 10 тыс. на «технические расходы». Дату совершения поджога Вадим Лифшиц, по его версии, со «Старым» не обговаривал, но когда узнал из СМИ о поджоге 9 ноября, то «сразу понял», что это сделано по его заказу, после чего дал признательные показания. Отметим, что в 1990-е годы Вадим Лифшиц стоял у истоков петербургского Демократического союза, был также членом Социал-Демократической партии, помощником депутата Госдумы от ЛДПР Вячеслава Шевченко.

По просьбе защиты суд приобщил положительные характеристики журналиста и сведения о наличии у него заболеваний. «У меня нормальное состояние, но я не вижу основания для содержания под стражей: возможно, оно применяется как наказание до приговора»,— сказал суду Вадим Лифшиц. Его второй адвокат Татьяна Воронина попросила суд смягчить ему меру пресечения — «отключить интернет, надеть браслет». Она отметила, что подзащитный до сих пор не получил необходимые лекарства. «Эти браслеты не гарантируют что обвиняемый не сможет поддерживать контакты, к тому же в деле есть одно неустановленное лицо»,— возразил следователь. «Прокурор трижды сказал, что, находясь на свободе, Лифшиц сможет скрыться. Следовательно, прокурор согласен с оставлением его под домашним арестом»,— сказал адвокат Лапинский. Прокурор в ответ исправил формулировку, настояв на сохранении содержания в СИЗО.

Аркадия Орлова в суд привезли из больницы СИЗО-6 в Горелово и поместив в железную клетку заставили надеть марлевую повязку. Он рассказал судье, что ранее перенес туберкулез и контузию, имеет ряд других заболеваний и попросил отпустить его домой. Следователь повторил традиционные возражения, отметив также, что для расследования дела «требуется большой объем следственных действий и экспертиз в течение длительного времени». Адвокат Станислав Бочаров возразил, что «никаких следственных действий» c его подзащитным уже больше месяца не ведется. «У меня нет загранпаспорта, на руках отец — инвалид первой группы, все трое основных участников дела находятся в новых "Крестах", я физически не могу скрыться и оказать давление на кого-либо, а нахождение на свободе поможет мне собрать документы о здоровье и доказательства невиновности»,— убеждал судью господин Орлов, отметив, что ему «предлагают пойти на дачу заведомо ложных показаний и признать вину», но он ее отрицает. Доводы защиты, что арест — «чрезмерно суровая мера с учетом личности» обвиняемого, услышаны не были. Следователь парировал, что инкриминируемые обвиняемому действия по организации поджога «проводились по месту жительства и домашний арест не гарантирует отсутствия продолжения преступной деятельности». Прокуратура подтвердила, что «основания для заключения под стражу не изменились». Аркадий Орлов, кашляя, объяснил судье, что неделю жил в камере при разбитом стекле, а сейчас живет на сквозняке при температуре 16 градусов.

В итоге судья решила, что «доказательств неэффективности расследования суду не представлено», как и «оснований для замены меры на домашний арест». Аналогичные решения судья вынесла в отношении Игоря Васильева и Василия Кирсанова, несмотря на их готовность сотрудничать со следствием.

Дополнительным доводом следствия был тот факт, что «преступление совершено в условиях неочевидности» и один из фигурантов не установлен. Кроме того, как заявил господин Гаврилов, следствие до сих пор проверяет причастность фигурантов к эпизоду 10 ноября по другому делу, когда в окно петербургской редакции НТВ была также брошена бутылка с зажигательной смесью. В случае с НТВ «коктейль Молотова» отскочил от окна и попал в припаркованный рядом с редакцией автомобиль.