Врачебная тайна

В каких случаях Минздрав РФ не ответит

Драмы в письмах

За шесть лет сотрудничества Русфонда с горячей линией Минздрава РФ мы переслали туда 1863 просьбы о помощи. Мы направляем на горячую линию просьбы об оплате лечения взрослых, потому что мы — фонд помощи детям. Или просьбы об организации лечения в клиниках, которые не являются нашими партнерами. Или если речь идет о диагнозах, которые не вписываются в наши программы помощи. В итоге Минздрав РФ ответил на 1206 писем, то есть на 65% обращений.

Ответы федеральных медицинских чиновников можно условно разделить на три типа: распоряжение региональному департаменту здравоохранения заняться лечением ребенка; направление в реабилитационный центр «Детство» (единственный в стране федеральный центр для детей с неврологическими болезнями); ответ на просьбы о лечении за границей — с приложением перечня документов, требующихся для рассмотрения просьбы.

Однако с начала 2018 года мы стали получать из Минздрава РФ и вот такие ответы: «В соответствии со статьей 13 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну. Учитывая, что к данному обращению не прилагаются документы, подтверждающие, что Вы являетесь законным представителем… (имя и фамилия ребенка.— Русфонд), обсуждение вопроса об оказании медицинской помощи пациенту не представляется возможным».

Самое интересное, что все просьбы, на которые Минздрав РФ не может ответить Русфонду из-за «врачебной тайны», касаются только лечения больных детей за границей. В любом другом случае никакой врачебной тайны, получается, нет.

Одна из последних подобных просьб — письмо из Казани от Леонида Ю., отца двухлетней Саши. У девочки лимфатико-венозная мальформация в области шеи. Леонид просил оплатить лечение дочери в Германии, поскольку, как сообщил ему один из российских специалистов, в нашей стране никто не даст гарантии благополучного исхода операции при данном виде и расположении опухоли. Кроме того, нет возможности удалить опухоль щадящим методом — через прокол кожного покрова. 1 октября мы переслали просьбу на горячую линию Минздрава РФ, а уже 3 октября пришел ответ, что информация о лечении Саши, по сути, засекречена. И что заявитель, то есть отец девочки, письменно проинформирован о том, что ему делать. Мы связались с Леонидом и выяснили, что никакого ответа из Минздрава РФ он не получил.

Если до 2018 года чиновники Минздрава РФ в своих ответах родителям больных детей, надеющихся, что государство организует лечение ребенка в зарубежной клинике, хотя бы давали список необходимых документов для рассмотрения возможности организации лечения за границей, то сейчас все намного проще? С родителями никто не связывается? А Русфонду отвечают, что знать о решении Минздрава нам не положено?

Да, похоже, так.

За десять месяцев 2018 года Русфонд отправил в Минздрав РФ 136 просьб о помощи, получил 117 ответов. Из них 15 ответов (13%) — про врачебную тайну. Все они касались просьб о заграничном лечении.

Александр Гранкин, координатор информационного отдела Русфонда

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...