В Россию просятся семь тысяч вдов

Правозащитники подняли проблему возвращения из Сирии семей боевиков

В Сирии находятся несколько тысяч российских женщин, вывезенных мужьями на территорию, подконтрольную запрещенной в России организации ИГИЛ. Об этом заявила член совета при главе Чечни по правам человека Хеда Саратова. Она подчеркнула, что с начала года не удалось вернуть на родину ни одной женщины. Сейчас МИД РФ и уполномоченный по правам ребенка в РФ Анна Кузнецова занимаются вопросом возвращения детей россиянок, осужденных в Ираке за сотрудничество с ИГИЛ (террористическая организация, запрещена в России). За каждого из 115 детей России придется заплатить пошлину.

Фото: Reuters

Член совета при главе Чеченской Республики по правам человека Хеда Саратова призывает российские власти помочь женщинам, которых мужья вывезли в Сирию, на территорию, подконтрольную террористической организации ИГИЛ. «Мы на связи с людьми, которые находятся там. Проводник, который вывозил россиянок в безопасное место, мне сказал, что только в Идлибе находятся 7 тыс. российских вдов. Среди них с Северного Кавказа — 3–3,5 тыс. женщин. И у каждой до 4–5 детей»,— заявила накануне журналистам госпожа Саратова. Она подчеркнула, что вывозом этих женщин никто не занимается. У россиянок, по словам правозащитницы, один выход: заплатить €2 тыс. проводнику, который их довезет до территории курдов, и дождаться, когда их заберут представители России. Но в этом году российские власти не забрали еще ни одной женщины, отмечает госпожа Саратова. Она поясняет, что год назад этим занимался представитель Чечни в Совете федерации РФ Зияд Сабсаби: «А сегодня спецслужбы — ФСБ — заявили нам, что это неправильно». По словам госпожи Саратовой, к ней обратились 700 родственников оказавшихся в Сирии женщин. Это жители Северного Кавказа, Пензенской, Воронежской областей, Татарстана, Бурятии, Башкирии, Пермского края и других регионов.

Напомним, в начале 2017 года президент РФ Владимир Путин сообщил, что в Сирии на стороне боевиков воюют «до 4 тыс. человек из России и тысяч пять из республик СНГ». В сентябре 2018 года Минобороны России объявило, что за три года операции в Сирии было уничтожено 87 тыс. боевиков, в том числе 4,5 тыс. человек из России и стран СНГ. А в конце сентября глава комитета СФ по обороне и безопасности Виктор Бондарев заявил, что количество убитых боевиков — «порядка 100 тыс.». О необходимости возвращения домой из Сирии российских женщин и детей заговорили летом 2017 года. Тогда глава Чечни Рамзан Кадыров рассказал, как к нему обратилась мать четырехлетнего Билала Тагирова, увезенного отцом в Сирию, а его поисками занялся сенатор от Чечни Зияд Сабсаби (см. “Ъ” от 16 августа 2017 года). Выяснилось, что случай Билала далеко не единственный. В итоге до конца 2017 года в Россию были возвращены более 90 женщин и детей, сообщил в середине декабря прошлого года господин Кадыров, отметив, что готовится отправка еще 40 человек. Женщины прилетали в аэропорт Грозного, писали явку с повинной и уезжали в свои регионы. По словам госпожи Саратовой, только в Дагестане вернувшихся женщин обвинили по ст. 208 УК РФ (участие в незаконном вооруженном формировании). Суды назначали им от пяти до восьми с половиной лет лишения свободы с отсрочкой наказания до достижения их детьми 14-летнего возраста.

8 ноября этого года директор ФСБ Александр Бортников заявил о росте «масштабов возвращения по гуманитарным каналам из зон вооруженных конфликтов жен и вдов боевиков, в том числе с малолетними детьми».

«Не секрет, что эти женщины и даже дети используются главарями террористов в качестве вербовщиков, террористов-смертников либо исполнителей терактов, а также связников»,— заявил господин Бортников.

«Эта информация немножко неправдива»,— считает госпожа Саратова. Она отметила, что вернувшиеся женщины рассказывают о том, в каком плачевном состоянии находится ИГИЛ, как они остались там без паспортов, без еды и жили под страхом смертной казни за попытку уехать. «Женщины готовы понести наказание здесь, в России, лишь бы вырваться из Сирии»,— резюмирует госпожа Саратова. Она пояснила, что договаривается с МГУ о выступлении перед студентами жительниц Дагестана Залины Габибуллаевой и Загидат Абакаровой, которые смогли вместе с детьми вырваться из Сирии. «Надо предупредить молодежь, чтобы не наступали на эти грабли. Мы там были и видели все»,— рассказала “Ъ” госпожа Абакарова. Муж вывез ее с двумя детьми в Турцию, а затем в Сирию в конце 2014 года. Весной 2017 года он погиб, и женщина, у которой на руках было уже четыре ребенка, начала искать возможность уехать. Только в октябре 2017 года она с детьми добралась до территории курдов, откуда ее забрал господин Сабсаби. В России госпожа Абакарова была задержана и осуждена на восемь лет по ст. 208 УК РФ с отсрочкой на 13 лет до достижения ее младшим ребенком 14-летнего возраста. «Участие в НВФ состояло в том, что я готовила и стирала для мужа»,— говорит она.

В настоящее время усилия российских властей направлены на вывоз из Ирака детей женщин, оказавшихся там вместе с мужьями, воевавшими за ИГИЛ.

В этом году в Багдаде 34 россиянки были приговорены к длительным срокам за пособничество террористам. По словам уполномоченного по правам человека в РФ Татьяны Москальковой, к ней обратились свыше 100 женщин, находящихся в иракских тюрьмах: они хотят отбывать наказание на родине. Посол Ирака в РФ Хайдар Мансур Хади ранее указывал, что между странами нет соглашения, которое позволяло бы передачу осужденных.

Вопросом возвращения детей осужденных женщин занимается специальная комиссия при уполномоченном по правам ребенка в РФ. Детский омбудсмен Анна Кузнецова сообщила “Ъ”, что работа ведется совместно с МИД России и другими профильными ведомствами. Сейчас идет подготовка документов по 115 несовершеннолетним детям из 16 субъектов РФ, 55 из них не достигли четырехлетнего возраста. «Дети находятся в невыносимых условиях тюрьмы, нуждаются в срочной медицинской помощи»,— пояснила госпожа Кузнецова. Она напомнила, что в августе 2018 года специалисты центра судебно-медицинской экспертизы Минздрава РФ при содействии работников посольства России в Ираке взяли анализы ДНК у женщин и детей, находящихся в багдадской тюрьме: «У всех детей подтвержден факт родства с российскими гражданами, что дает возможность продолжить работу по оформлению документов для их возвращения в Россию. 26 октября результаты анализов переданы в МИД России». Также была организована работа по переводу на арабский язык документов на всех находящихся на территории Ирака детей, родившихся в России. Сославшись на информацию сотрудников российского МИДа, Анна Кузнецова сообщила, что свидетельства о рождении на детей, родившихся на территории Ирака, с учетом заключений ДНК-исследований предполагается оформить в посольстве РФ в Ираке. «Подготовлены и переданы в МИД России проекты заявлений женщин, находящихся в иракской тюрьме, об установлении временной опеки их родственниками над детьми до возвращения родителей в Россию»,— сказала детский омбудсмен.

Как заявила Хеда Саратова, в ходе переговоров возник вопрос об оплате расходов, понесенных Ираком на содержание детей: «По $6 тыс. на каждого ребенка, причем они (иракская сторона.—  “Ъ”) торгуются, говорят, что могут снизить сумму». Детский омбудсмен подтверждает, что России придется платить, но суммы, по ее словам, гораздо ниже: «Выплата пошлины за каждого ребенка независимо от места его рождения, размер которой по законодательству Республики Ирак составляет от $300, определяется компетентными органами данного государства».

Анастасия Курилова, Валерия Мишина

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...