некролог
В Париже скончалась "гранд-дама французской культуры" Франсуаза Жиру. 86-летняя журналистка пришла на репетицию "Красавицы и маленького чудовища" Жерома Савари. Оступилась на лестнице, ударилась, но не придала этому никакого значения. Утром успела похвалить актеров, а вечером в госпитале впала в кому и умерла, так и не придя в сознание.
Бывший главный редактор журнала Elle, одна из создателей еженедельника L`Express, постоянная колумнистка Le Nouvel Observateur, романистка, политик и общественный деятель — этим перечнем отнюдь не исчерпывались ее ипостаси. С каждой из ролей она справлялась блестяще, что заставляло современников недоумевать: где все же прячется настоящая Франсуаза Жиру?
Сама она на такие вопросы отвечала однозначно: "Из всех моих 'жизней' самая любимая — журналистика". Она начинала стенографисткой. Жану Ренуару печатала сценарий "Великой иллюзии". Дружила с Сент-Экзюпери, Камю, Мальро. Дочь основателя Турецкого телеграфного агентства, она не могла не стать журналисткой и с первых же статей в довоенном Paris Soir определила свою судьбу. Как и подобает левой интеллектуалке, участвовала в Сопротивлении, была арестована гестапо, сидела в тюрьме. А после войны стала одной из самых могущественных дам французской журналистики и французской политики. Была госсекретарем по правам женщин, а затем и министром культуры в президентство Валери Жискар д`Эстена.
В 1953 году она создала вместе с Жан-Жаком Серван-Шрайбером знаменитый еженедельник L`Express, ставший примером сжатого, афористичного и в то же время доступного широкому читателю стиля. Это был образец нового еженедельника и новой журналистики, заточенной под реалии голлистской Франции. При этом она была не из тех журналистов, которые за пишущей машинкой выстукивают себе политическую карьеру. Она обожала редакционную работу, летучки, гранки, дедлайны и ни на что не хотела их менять. За персонажами политической жизни она наблюдала, как за рыбками за стеклом своего аквариума. Она знала, на что их ловить — на бесконечное обожание, и действовала с женской мягкостью и неженской расчетливостью.
"Красиво состариться в литературе — вот что самое сложное",— писала Жиру и, боясь, что это ей плохо удается, мало выходила из дома, разве что на заседания литературной премии "Фемина", членом жюри которой она была последние десять лет. Даря успех другим, она не боялась чужой критики. 40 написанных ей романов, из которых российскому читателю известны "Женщина с 'Мерседесом'", "Мария Кюри — почтенная женщина" и "Сомнительные удовольствия, или Письма бывшего любовника", сделали ей литературное имя. А книга "Женщины и мужчины. Философский диалог", написанная с философом Бернаром Анри Леви, стала всемирным бестселлером. "Из всех зверей она больше всего любила кошек,— вспоминают ее друзья.— Именно кошкой она хотела возродиться в новой жизни".
АСЯ Ъ-ЛАВРЕЦКАЯ