Коротко


Подробно

4

Фото: Росинформ / Коммерсантъ

«Пресечь ввоз в Империю Нашу Французских товаров»

Как Россия вела первую значительную санкционную войну

В описаниях российской истории немало говорится о том, насколько возмутила Екатерину II французская революция 1789 года. Иногда упоминается и о том, что после казни короля Людовика XVI русская императрица приказала живущим в России французам принести присягу на верность монархии или покинуть страну. Но практически никогда не вспоминают о том, что 8 февраля 1793 года самодержица ввела экономические санкции против Франции, открывшие эру долгих и порой смертельно опасных санкционных игр.


«Тотчас выехать из Франции»


Из именного указа императрицы Екатерины II Сенату, 8 февраля 1793 года

Доколе оставалась еще надежда, что время и обстоятельства послужат к образумлению заблужденных и что порядок и сила законной власти восстановлены будут, терпели Мы свободное пребывание Французов в Империи Нашей и всякое с ними сношение. Видев после буйство и дух возмутительный противу Государя их, далее и далее возрастающий, с неистовыми намерениями правила безбожия, неповиновения верховной Государской власти и отчужденные всякого доброго нравоучения не токмо у себя утвердить, но и заразу оных распространить во вселенной, прервали Мы политическое сношение с Франциею, отозвав Министра Нашего с его свитою и выслав из столицы Нашей поверенного в делах Французского, к чему и то еще имели право, что как взаимные миссии заведены были между Нами и Королем, то по разрушении бунтовщиками власти его, при содержании его в страхе и неволе несвойственно уже было иметь вид сношения с похитителями Правления. Ныне, когда ко всеобщему ужасу в сей несчастной земле преисполнена мера буйства, когда нашлося более 700 извергов, которые неправедно присвоенную ими силу до того во зло употребили, что подняли руки свои на умерщвление помазанника Божия, законного их Государя, в 10 день Генваря сего года лютым мучительным образом в действо произведенное, Мы почитаем себе долгом пред Богом и совестью Нашею не терпеть между Империею Нашею и Франциею никаких сношений, каковые между Государствами благоустроенными существуют, доколе правосудие Всевышнего накажет злодеев и Его святой воле угодно будет положить предел несчастиям сего Королевства, восстановя в нем порядок и силу власти законной. Вследствие того повелеваем:

  1. Действие торгового договора между Нами и покойным Королем Французским Людовиком XVI, в 31 день Декабря 1786 года заключенного, до вышеписанной эпохи восстановления порядка и власти законной во Франции прекратить.
  2. До того же времени запрещается впускать в порты Наши на разных морях находящаяся суда под флагом национальным Французским; равным образом запрещается и Нашему купечеству и хозяевам кораблей посылать торговые их суда во Французские порты.
  3. Бывших Французских Консулей, Вице-Консулей, Агентов и прочих к сим принадлежащих выслать из обеих столиц Наших и из прочих мест, где они находятся, объявя им, что дается каждому из них для распоряжения дел срок трехнедельный, по истечении которого обязан он непременно оставить место настоящего своего пребывания; в полагаемое же в паспортах их время и вовсе границы Российские очистить; которые же из купцов, торг свой действительно в России отправляющих, имев на себе звания или должности Вице-Консульские, пожелают остаться для торговых промыслов, с таковыми поступить, как ниже в 6 статье сказано.
  4. Сходно тому и Нашим Консулям, Вице-Консулям и принадлежащим к ним, да и вообще всем Российским обоего пола предписывается тотчас по получении указов, к ним посылаемых, выехать из Франции; а как таковые указы, по пресечении беспосредственного сношения, могут не дойти в руки Консулей Наших, то не меньше обязаны они, как и все прочие Наши подданные, по издании сего в иностранных ведомостях, исполнить от Нас повеленное, не ожидая новых подтверждений.
  5. Всех Французов без изъятия обоего пола, купеческие и мещанские промыслы имеющих, художников, ремесленников, в услужении у частных людей находящихся, разумея тут учителей и учительниц и прочих, признающих нынешнее в земле их правление и оному повинующихся, не терпеть в Империи Нашей и из всех мест, где они находятся, выслать, дав каждому из них трехнедельный срок для распоряжения домашних его дел с обязательством оставить границы Российские в течение времени, назначаемого в его паспорте, и впредь не въезжать в оные под страхом неизбежного по законам Нашим наказания.
  6. Изъемлются из сего те Французы обоего пола, которые по призыве их пред надлежащее Правительство для объявления им воли Нашей окажут искреннее их намерение и желание отрешиться присягою... от правил безбожных и возмутительных, в земле их ныне исповедуемых, введенных похитителями правления и власти, признают злодеяние последнее, над особою Королевскою сими извергами учиненное, во всем том омерзении, каковое оно возбуждает во всяком добром гражданине или человеке, и докажут чистосердечное их убеждение в том; чтоб, исповедуя веру Христианскую, каждому из них природную, быть верными и послушными Королю, который по праву наследства получит сию корону, а притом тут же обяжутся во все время пребывания их в России до восстановления порядка в отечестве их прервать всякое сношение с одноземцами своими, повинующимися нынешнему незаконному и неистовому правлению. Все таковые обоего пола Французы могут свободно остаться в России под защитою Наших законов, пользуяся безопасно торгами, промыслами, ремеслами и прочими дозволенными упражнениями; а дабы не возомнили иные, что могут учинить подобное отрицание и присягу для единого вида притворно, с намерением сокрыть оное и свои имена от своих единоземцев, тут же им объявить, что помянутое их отрицание с именами подписавшихся обнародовано будет в Российских и иностранных ведомостях...

«Собственных Российских произрастений»


Из именного указа императрицы Екатерины II действительному тайному советнику графу А. А. Безбородко, 17 февраля 1793 года

По прекращении действия торгового договора, между Нами и покойным Королем Французским существовавшего, доколе во Франции порядок и власть законная в особе Короля восстановится, Мы почитаем за нужное пресечь ввоз в Империю Нашу Французских товаров и торг оными тем более, что большая часть из них служат единственно к излишеству и разорительной роскоши, другие же могут заменены быть продуктами и рукоделиями как собственными Империи Нашей, так и доставляемыми из иных мест, с которыми подданные Наши дозволенную и выгодную производят торговлю. В следствие чего, дабы таковое о Французских товарах запрещение могло возыметь надлежащее действие и всякие в том злоупотребления упреждены и отвращены были, повелеваем вам в Комиссии о Коммерции обще с Присутствующими в оной (членами комиссии.— «История»), собрав немедленно все по сему делу сведения, рассмотреть оные и представить Нам мнение о всех нужных распоряжениях, во исполнение таковой воли Нашей к сокращению мотовства и ко ободрению в умножении собственных Российских произрастений и рукоделий на пользу Государства клонящихся.

Из именного указа императрицы Екатерины II Сенату, 8 апреля 1793 года

...Признали Мы за нужное пресечь ввоз в Империю Нашу Французских товаров, как на Российских и на иностранных судах, так и сухим путем... А дабы таковое учреждение Наше, на пользу Верноподданного Нам народа издаваемое, в точности исполнено было и всякие злоупотребления и подлог в провозе запрещаемых товаров, под названием будто бы в других местах выделываемых, отвращены были, распространили Мы помянутое запрещение и вообще на многие товары, как то в прилагаемой при сем Нами утвержденной росписи до издания нового тарифа пространно означено...

  1. Запрещается ввозить и выписывать в Империю Нашу чрез портовые или пограничные Таможни все товары, именованные в вышесказанной росписи, и противное тому да почтется за контробанд, законному взысканию подлежащий.
  2. Запрещается и вообще всякие вещи, хотя бы они в сей росписи не были именованы, привозить или выписывать из Франции водою или сухим путем, объявляя по тому же таковые выписываемые вещи контробандом…
  3. Для отвращения всякого подлога и сомнения в мануфактурных товарах, которых привоз в Империю Нашу водою и сухим путем дозволен из земель иностранных, Нам дружественных, повелеваем пропускать таковые мануфактурные товары чрез портовые и пограничные Таможни не инако, как по предъявлении точных письменных свидетельств, что товар сей есть произращения или выделки из такого именно места, и с означением количества его и времени отправления оного. Свидетельство таковое долженствует быть за рукою и печатью Российского Консула, где оный имеется; а где нет Консула, от Магистрата или городового Начальства того места. Без такового же свидетельства ввозимые товары да почитаются за контробанд...
  4. Запрещаемые сим указом товары, буде пойманы или отысканы будут, долженствуют быть истреблены...

«Мы почитаем себе долгом пред Богом и совестью Нашею,— писала Екатерина II,— не терпеть между Империею Нашею и Франциею никаких сношений, каковые между Государствами благоустроенными существуют»

Фото: РГАКФД/Росинформ, Коммерсантъ

Роспись товарам и вещам, которых привоз в Российскую Империю как водою, так и сухим путем из чужих краев запрещается

Башмаки мужские, женские и детские, также туфли и кеньги всякие…

Булавки и шпильки всякой величины…

Бусы всяких сортов…

Вина Шампанские, Бургундские и прочие, под статьею Французских вин в общем тарифе поименно означенные, также Эльзасское белое и красное вино, в том же Тарифе включенное под статьею Немецких вин.

Всякие вина виноградные, налитые на вишни, груши и прочие фрукты.

Водка Французская ординарная и двойная…

Часы карманные золотые, серебряные, томпаковые и из прочего металла…

Всякие мелочные дорогих цен вещи…

Кресты, серьги, перстни и кольца золотые, серебряные и всякие.

Гребни роговые, также из слоновой и рыбьей кости и черепаховые…

Деготь всякий…

Железо или чугун в пушках, бомбах, ядрах, досках половых, в котлах и в другом отливном мастерстве, кроме выписываемых пушек по указам…

Задвижки железные и стальные…

Замки висячие всякой величины…

Зеркала и зеркальные стекла всякой величины…

Кареты и коляски, старые и новые, также одноколки, сани и всякие повозки, какого бы они звания ни были, кроме тех дорожных, в которых приедут хозяева оных…

Конфекты…

Кружева…

Куклы всякие…

Обои бумажные…

Помада всякая…

Табакерки и коробочки…

Шапки всякие.

Шелковые товары…

Шляпы всякие.

«Так и из Голландии приходящие»


Из именного указа императрицы Екатерины II генерал-прокурору, 20 мая 1796 года

Задержанные здесь в прошлом 1795 году Голландские купеческие корабли (после занятия Голландии французскими войсками.— «История») с находившимися на них морскими служителями повелеваем отпустить свободно, куда пожелают; но при том запрещаем впредь принимать в порты Наши суда, как собственно Голландские, так и из Голландии приходящие, поступая с ними в случае прибытия их так точно, как предписано о судах Французских.

Из именного указа императора Павла I Сенату, 16 января 1797 года

Всемилостивейше дозволяем привозить ко всем Российским портам всякие из Голландии товары в тарифе и указах не запрещенные, на судах, нейтральным Державам принадлежащих, собирая с тех товаров положенную пошлину...

«Разрыв с Англиею, нарушая матepиaльное благосостояние дворянства, усиливал в нем ненависть к Павлу, и без того возбужденную его жестоким деспотизмом»

Фото: Росинформ/Коммерсантъ

«Принадлежащие Гамбургским жителям арестовать»


Из именного указа императора Павла I Сенату, 21 марта 1799 года

Находя с некоторого времени наклонность Гамбургского правления к правилам анархическим и приверженность к правлению Французских похитителей законной власти, Повелеваем: находящиеся в Портах Наших все торговые суда, принадлежащие Гамбургским жителям, арестовать, и сколько таковых в котором Порту окажется, Нам донести.

Из именного указа императора Павла I Сенату, 5 октября 1799 года

Город Гамбург, удовлетворя совершенно требованиям Нашим, выдав Английскому в том городе Посланнику Ирландского бунтовщика Наппер Тандия (James Napper Tandy — ирландский революционер.— «История») с товарищами и изгнав всех подозрительных Французов, соделался паки достойным благоволения Нашего; для чего, забывая прошедшее, Повелеваем все сношения с городом Гамбургом восстановить по прежнему.

Из именного указа императора Павла I Адмиралтейств-Коллегии, 5 октября 1799 года

Хотя указом Нашим и предписали Мы Коллегии сей от 21 числа прошлого Марта, по случаю наклонности Гамбургского Правления к правилам анархическим Французских похитителей власти, все суда, принадлежащие жителям Гамбургским, находящиеся в Портах Наших, арестовать, равно и попадающие в море брать в приз (захватывать.— «История»); но как уже Гамбургское Правление во всем требование Наше удовлетворило, почему и Повелеваем: всех служителей, взятых поныне на судах, жителям Гамбургским принадлежащих, из ареста освободить и судов таковых в приз более не брать; позволяя при том им впредь по прежнему как плавание иметь на водах Наших, так и в Порты Наши заходить невозбранно.

«Со всеми подданными Короля Испанского»


Из манифеста императора Павла I, 15 июля 1799 года

Объявляем всем верным Нашим подданным. Восприяв с союзниками Нашими намерение искоренить беззаконное правление, во Франции существующее, восстали на оное всеми силами. Бог сниспослал благодать Свою на ополчение Наше, ознаменуя до самого сего дня все подвиги Наши успехами и победами.

В малом числе Держав Европейских наружно приверженных, но в самой истине опасающихся последствий мщения сего издыхающего ныне богомерзкого правления, Испания обнаружила более прочих страх и преданность ее ко Франции, не содействием с нею, но приуготовлениями к оному. Употребя тщетно все способы к открытию и показанию сей Державе истинного пути к чести и ко славе совокупно с Нами, но видя ее упорно пребывающею в пагубных для ее самой правилах и заблуждении, изъявили Мы наконец ей негодование Наше, отослав пребывающего при Дворе Нашем Испанского Поверенного в делах Ониса. Теперь же узнав, что и Наш Поверенный в делах, Советник Бицов, в положенный срок принужден был выехать из владений Короля Испанского, принимая сие за оскорбление Величества Нашего, объявляем ему войну; Повелеваю, во всех Портах Империи Нашей наложить секвестр и конфисковать все купеческие Испанские суда в оных находящиеся, и послать всем Начальникам сухопутных и морских сил Наших повеление поступать неприязненно везде и со всеми подданными Короля Испанского.

Из именного указа императора Павла I Адмиралтейств-Коллегии, 12 августа 1799 года

По причине установленных и терпимых Правительством в Копенгагене и во всем Датском Королевстве клубов, коих основания одинаковы с теми, которые произвели во Франции всенародное возмущение и низвергли законную Королевскую власть, Повелеваем: Нашей Адмиралтейств-Коллегии возбранить вход во все Российские порты военным и коммерческим судам, Дании принадлежащим, равно и подданным сего Королевства.

«Английские товары в продаже запретить»


Из именного указа императора Павла I Коммерц-Коллегии, 22 ноября 1800 года

Состоящие на Российских купцах долги Англичан повелеваем впредь до расчета платежом остановить; а имеющиеся в лавках и магазинах Английские товары в продаже запретить и описать; об исполнении чего Коммерц-Коллегии учинить немедленное распоряжение обще с Президентом Санктпетербургского Ратгауза.

(Разрыв торговых отношений с Великобританией произошел после занятия англичанами острова Мальты, что великий магистр Мальтийского ордена Павел I счел личным оскорблением.— «История»).

Из именного указа императора Павла I Сенату, 8 февраля 1801 года

В следствие мер, принятых со стороны Франции к безопасности и охранению Российских кораблей, повелеваем сношения с сею Державою по торговле разрешить и прежде положенные на сие запрещения отменить.

Из именного указа императора Павла I Сенату, 9 февраля 1801 года

Его Императорское Величество Высочайше повелеть соизволил объявить Государственной Коммерц-Коллегии, что запрещение, положенное на выпуск из России товаров в Пруссию, по существующей между сими Державами теснейшей связи, не на сие Государство обращается, но есть общая мера, принятая Правительством к пресечению вывоза товаров в Англию и основанная на достоверном сведении, что Англия по разрыве непосредственной ее торговли с Россиею расположилась вести оную чрез посредство других наций; а потому и распространяется сие запрещение повсеместно на все Балтийские и прочие порты, к единственному пресечению видов, Англичанами принятых.

Из указа Коммерц-Коллегии, 11 марта 1801 года

Коммерц-Коллегия слушала предложение Его Высокопревосходительства, Г. Генерала от Инфантерии, Генерала Прокурора и Кавалера Петра Хрисанфовича Обольянинова, в коем написано: по Высочайшему Его Императорского Величества повелению, честь имею предложить Государственной Коммерц-Коллегии о учинении надлежащего распоряжения, чтобы из Российских портов и пограничных сухопутных Таможен и застав никаких Российских товаров выпускаемо никуда не было без особого Высочайшего повеления и чтоб те семь кораблей, о выпуске коих объявлены были повеления Февраля 12 и 20, удержать и не выпускать впредь до особого Высочайшего разрешения... Во все Таможни и заставы, в коих действует общий тариф, а равно и к Таможенным Инспекторам послать указы, в коих строжайше им подтвердить, чтобы они, ежели где-либо только состоят еще в Российских гаванях сверх вышеозначенных семи кораблей, таковые ж оставшиеся на зимовлю или же по какому либо другому случаю корабли, нагруженные Российскими товарами к заграничному отпуску; то оных бы отнюдь за границу не выпускали впредь до особливого Высочайшего повеления...

«Желая доставить коммерции свободное и беспрепятственное обращение,— объявил подданным Александр I,— Всемилостивейше повелеваем учиненное пред сим запрещение на вывоз разных Российских продуктов и товаров снять»

Фото: Росинформ, Коммерсантъ

«Апоплексическим ударом»


Из манифеста императора Александра I, 12 марта 1801 года

Объявляем всем верным подданным Нашим. Судьбам Вышнего угодно было прекратить жизнь любезного Родителя Нашего Государя Императора Павла Петровича, скончавшегося скоропостижно апоплексическим ударом в ночь с 11 на 12 число сего месяца...

(М. А. Фон-Визин о заговоре и убийстве Павла I писал: «Разрыв с ней (Англией.— "История") наносил неизъясненный вред нашей заграничной торговле. Англия снабжала нас произведениями и мануфактурными, и колониальными за сырые произведения нашей почвы. Эта торговля открывала единственные пути, которыми в России притекало все для нас необходимое. Дворянство было обеспечено в верном получении доходов со своих поместий, отпуская за море хлеб, корабельные леса, мачты, сало, пеньку, лен и проч. Разрыв с Англиею, нарушая матepиaльное благосостояние дворянства, усиливал в нем ненависть к Павлу, и без того возбужденную его жестоким деспотизмом. Мысль извести Павла каким бы то ни было способом сделалась почти общею».)

Из именного указа императора Александра I Сенату, 14 марта 1801 года

Желая доставить коммерции свободное и беспрепятственное обращение, Всемилостивейше повелеваем учиненное пред сим запрещение на вывоз разных Российских продуктов и товаров снять и оставить отправление торговли на основании изданных Тарифов в полной силе, как оное до последнего запрещения существовало.

Публикация Светланы Кузнецовой и Евгения Жирнова


Комментировать

Наглядно

актуальные темы

обсуждение