Об итогах минувшего теннисного сезона корреспондент Ъ АЛЕКСЕЙ Ъ-ДОСПЕХОВ беседовал с известным российским специалистом по теннису АННОЙ ДМИТРИЕВОЙ.
— Начнем с мужчин. Нынешний теннисный год опять принес титул первой ракетки мира Ллейтону Хьюитту. В то же время нельзя, наверное, сказать, что австралиец явно доминирует: четыре турнира Большого шлема — четыре разных победителя...
— Очевидно, что сейчас происходит процесс смены поколений. А в такие периоды всегда появляется несколько лидеров. Кто будет доминировать, станет ясно, когда все эти представители молодого поколения, из которых одни засверкали чуть раньше, другие чуть позже, достигнут теннисной зрелости и выйдут на свой максимальный уровень. Вот тогда мы сможем говорить о появлении настоящего лидера.— Хьюитт, значит, действительно еще не лидер?
— Его результаты убедительнее, чем у всех остальных. Но игра Хьюитта не производит впечатления игры лидера. Вот в этом и парадокс.
— Чего ему не хватает, на ваш взгляд?
— Очень многого. Вот если бы у Марата Сафина была хотя бы десятая часть характера Хьюитта, он был бы стопроцентным лидером. Марат должен повзрослеть, интеллектуально, что ли, развиться. Я не могу сказать, что Хьюитт какой-то невероятный интеллектуал. Но он умеет владеть собой. А умение владеть собой и нацеливать все свои возможности на главное соревнование — это и есть психологическая подготовка. Ее-то Марату пока и не хватает. А по своим физическим данным и даже техническим возможностям он должен был стать лидером год или полтора назад. В общем, повторю, Сафин нуждается в зрелости интеллектуальной и психологической... Правда, когда она наступит, расцветут и Поль-Анри Матье, и Энди Роддик. А есть еще Хуан-Карлос Ферреро, Роже Федере, быть может, не сказал еще своего последнего слова и Густаво Куэртен. Вот когда они все выйдут на свой пик, то среди них, наверное, определится лучший. Сегодня же правильнее говорить именно о смене поколений.
— Именно о процессе смены?
— Конечно. Все-таки старая гвардия позиции окончательно не сдала. Андре Агасси с Питом Сампрасом играли финал на US Open, показав молодым, которые разбираются между собой, что с ними по-прежнему стоит считаться.
— Для многих пример Хьюитта служит доказательством того, что в современном мужском теннисе, чтобы добиваться успехов, не обязательно быть гигантом почти двухметрового роста и обладать пушечной подачей. Или австралиец просто счастливое исключение из правила?
— Ну, Хьюитт не один такой. Скажем, Себастьян Грожан тоже не гигант, но выступает очень хорошо. Просто своих побед этим теннисистам приходится добиваться другим путем, более сложным. Они не могут позволить себе ни минуты, даже секунды слабости. Тому же Хьюитту необходимо брать от своей игры все, что можно. И еще — следить за соперником. Как только тот чуть дрогнул (а в игре такое обязательно происходит), он должен этот момент использовать. Хьюитт научился этому очень рано. Собственно, в этом и заключается его заслуга. Да, он понимает игру — причем до нюансов, чувствует ее, но мощи ему явно не хватает. У него нет сильной подачи — короче говоря, нет целого ряда компонентов, которые составляют современный теннис. Есть скорость, однако на одной скорости тяжело выиграть. Зато вместо нервов — стальные канаты. Хотя и они иногда дают уже сбой...
— Герой финала Кубка Дэвиса Михаил Южный, по-моему, тоже здорово прогрессирует?
— Да, прогрессирует. У Михаила нет таких великолепных физических данных, как у Сафина, но есть другие ценные качества. В конце концов, вспомните — он боролся на равных с Хьюиттом на Wimbledon, дважды выиграл у Роддика. Так что американец может стать его "клиентом".
— Вам не кажется, что современный теннис, его ритм чрезвычайно жесток по отношению к звездам. Посмотрите, Сампрасу чуть за 30, а он уже всерьез думает о завершении карьеры, Евгению Кафельникову 28, а он уже ощущает себя ветераном...
— Почему жесток? Так происходит в любой профессии. Когда человек живет ею, отдает тяжелой работе всего себя, он быстро сгорает. Но теннис пользуется такой популярностью в мире не в последнюю очередь из-за того, что суперзвезды играют круглый год каждую неделю. В каком еще виде спорта (может быть, кроме футбола) такое возможно?
— И все равно, когда молодые люди записывают себя в ветераны, это выглядит немного жутко. В футболе и хоккее сейчас до 40 лет часто играют.
— В теннисе выход ведь тоже нашли. Звезды сами могут выбирать себе график. В год они обязаны играть в 13 турнирах, остальные — по желанию. Просто в этом случае надо уметь распределять силы на дистанции, уметь заставлять себя тренироваться в полную силу, даже если в соревнованиях не выступаешь. А те, кому тяжело себя, как говорят, организовать, предпочитают наигрываться на турнирах.
— Феномен Агасси в этом умелом распределении сил?
— На каком-то этапе он понял: все время путешествовать, будучи лишенным дома, точки опоры, разговаривая с близкими только по телефону,— это бессмыслица, от которой надо уйти. Мне запомнилась одна фраза, которую Агасси сказал недавно во время турнира в Санкт-Петербурге: "Я увидел, что половину своего драгоценного времени трачу на то, на что я не имею права его тратить". Он четко организовал свою жизнь и, как Хьюитт, выжал из своей игры максимум — в том возрасте, в котором уже многое безвозвратно утеряно.
— Сампрас не рановато ли решил уходить? И не станет ли без него теннис гораздо скучнее?
— Если исходить из чисто теннисных параметров, я оцениваю Сампраса очень высоко. Но не могу сказать, что он является для меня харизматической фигурой. Тот же Агасси мне гораздо интереснее. И Кафельников, который мучает нас, болельщиков, заставляет тратить последние нервы, когда играет, мне дороже... Нет, я понимаю тех, кто будет скучать по Сампрасу. Но в подобных ситуациях всегда создается впечатление, что за уходящим великим игроком — пустота. А мир устроен так, что тому, кто ушел, обязательно придет на смену кто-то еще. Найдется, уверяю вас, замена и Сампрасу.
— На Masters Cup в Шанхае некоторые звезды, в том числе Агасси, ратовали за сокращение календаря сезона. Может оно состояться?
— Ну, для Агасси, возможно, и вправду желателен более короткий календарь, а вот, допустим, Федере, не исключаю, напротив, хочет играть как можно больше. Это все индивидуально.
— В женском теннисе ситуация выглядит проще: Серена и Винус Уильямс, а за сестрами — все остальные, и довольно далеко. Это, с вашей точки зрения, так?
— Да, действительно, по физическим возможностям сестры Уильямс сейчас на голову превосходят всех. Если они в хорошей форме, да даже если в средней, главное — не в разобранном состоянии, то практически непременно выигрывают турнир. В этом главная проблема женского тенниса. Но выход есть: должен появиться тонкий тактик, который способен противостоять этой мощи. Такой, как Мартина Хингис, но чуть побыстрее, с устойчивой психикой и не уставший. Ведь беда Хингис во многом в том, что она играет в профессиональный теннис с 13 лет. Мы видим, что ее нервы сдают.
— И все же, скажите честно, вы верите, что можно превзойти эту сумасшедшую силу Уильямс?
— Против лома нет приема не совсем верная поговорка. Оружие есть — мозги. Но при этом, конечно, надо стараться выходить на уровень скоростей, которые демонстрируют сестры.
— Вы видите кого-то среди нынешних девушек-теннисисток с такими задатками?
— Откровенно говоря, особенно ярких звезд не вижу. Успех Ким Клийстерс на чемпионате мира WTA скорее случайность: наверное, попросту Серена была не готова к финалу. Однако же Клийстерс — первая претендентка на роль преемницы сестер Уильямс. Правда, сезон она провела неудачно. Тренер Клийстерс шутил: мол, ей гораздо важнее гладить брючки Хьюитту, чем тренироваться. Но что тут поделать? Желание быть преданным кому-то вполне естественно для женщины и характеризует ее только с лучшей стороны. Вообще, приятная эта пара — Клийстерс и Хьюитт, несовременная, согласитесь, какая-то: слишком долго продолжаются отношения.
— А интересно, такие отношения между молодыми спортсменами — они, что называется, на пользу делу?
— Мне кажется, что всякие хорошие отношения на пользу делу. Впрочем, тренер Клийстерс так не считал и ушел от нее. Но разве можно осуждать девушку за ее выбор? Тем более если она при этом умудряется добиваться успехов и на корте. Клийстерс, к слову, после того как выиграла чемпионат мира, сказала: "Меня рано списывать со счетов".
— Помимо Клийстерс больше никого не отметите?
— На молодых надо смотреть. Но если кто-то сегодня и есть, способный побороться за лидерство, то лишь в перспективе. Та же Динара Сафина. Она высокорослая — это хорошо, но ей еще надо собрать руки и ноги воедино, научиться идеально координировать движения на корте. Я слежу за Динарой с детства, очень ее люблю, но не хотела бы давать преждевременные обещания. Посмотрим — не исключено, она и в самом деле выйдет на высочайший уровень.
— Всемирная известность брата помогает Динаре?
— Знаете, она сама не хочет пользоваться ею, даже отвергает ее. Хотя брата обожает.
— Вообще, наших девушек как никогда много в первой сотне рейтинга.
— Да. Они очень славные, очень хорошие. Но суперзвезды среди них нет — пока, во всяком случае. Впрочем, на первую десятку могут претендовать и Анастасия Мыскина, и Елена Дементьева, и Елена Бовина. Вера Звонарева достаточно устойчивая теннисистка, показывающая характер настоящего бойца и такую русскую упертость. Вдобавок тренер поставил ей очень неплохую технику. Появилась Светлана Кузнецова. Она вышла из спортивной семьи, и твердый характер ей предначертан самими генами. Между прочим, это отлично видно: когда Кузнецова на корте, она не отдает ничего своего, бьется... Сафина, Кузнецова и Бовина, которая чуть постарше,— вот эти трое на подходе к элите. Все они, полагаю, могут довольно скоро оказаться в центре внимания.
— Женский теннис развивается по пути мужского?
— Никогда так не будет. Да, Винус Уильямс подает со скоростью под 200 км/ч, но при этом она ведь не лишается своих женских качеств. Просто у всех разные конституции... Обе сестры Уильямс внимательно следят за своим имиджем, за тем, как они одеты. Они остаются женственными. А Винус с ее неустойчивым характером еще и демонстрирует типично женскую психологию... Нет, такое понятие, как искусность игры, никуда не делось. Хингис, Кафельников, Хьюитт — эти люди именно играют. Благодаря им теннис и остается привлекательным.
— Теперь ваш прогноз на будущий сезон. В мужском теннисе старая гвардия — Агасси, Сампрас — еще поборется?
— Я даже не имею права рассуждать на эту тему. Если Агасси и Сампрас продолжат выступления, то с одной целью — выигрывать. Иначе они вообще не участвуют в соревнованиях.
— Что нужно, в первую очередь, Сафину, чтобы наконец стать первым?
— Как я уже говорила, немножечко повзрослеть — все. Тут, разумеется, было бы хорошо, если бы кто-то помог Марату в этом. У него ведь нет сейчас рядом взрослого тренера. Но полагаю, что в конечном счете эта проблема будет решена.
— У женщин, насколько я понял, сюрпризов не предвидится?
— Наверное, будет опять соперничество сестер. Вряд ли случится иначе, если та же Моника Селеш смотрится на фоне Уильямс уже совершенно не интересно... Но я все-таки надеюсь, что Хингис еще сыграет. Это произойдет в том случае, если сейчас она уделит должное внимание физподготовке. Ей необходимо пересмотреть свое отношение к этой проблеме, а то она в последнее время стала просто "тетенькой".
— А не может случиться так, что в этом семейном противостоянии сестры Уильямс "съедят" друг друга?
— Нет, они слишком близки и дружны.
— А в целом теннис не потеряет в популярности?
— Нет. Он по-прежнему будет занимать особое место в спорте. В каком еще виде может быть столько сюрпризов? Где еще есть столько спортсменов, претендующих на роль лидера? И потом, теннис и в самом деле уникальная игра в том смысле, что на корте приходится принимать сложнейшие решения в сжатые до минимума сроки на глазах тысяч зрителей. И принимать не один-два раза за матч, а постоянно. Болельщики, поверьте, эту уникальность прекрасно чувствуют.