Бюджет на новый черный день

Нефтедоллары подождут реформ

Страх перед нефтью по $30 и полным проеданием резервов помогли Минфину в 2017 году завершить консолидацию федерального бюджета. Основой финплана на новую трехлетку стало бюджетное правило, призванное пресекать любые попытки увеличения урезанных расходов. Критики Минфина говорят, что правило будет забирать у экономики все ресурсы для роста, которые понемногу появляются при нефти по $50–60 за баррель. Ведомство в ответ дает понять, что проработанных реформ, на которые было бы разумно потратить нефтедоллары, по-прежнему нет — так что минимум до появления нового правительства с новыми идеями допдоходы предпочтительнее копить.

Фото: Reuters

После самого жесткого с 1999 года фронтального сокращения расходов на будущую трехлетку у Минфина получился по-бухгалтерски красивый бюджет. Дефицит 2018 года всего в 1,3% ВВП позволяет главе ведомства Антону Силуанову с гордостью говорить о высокой надежности бюджетной конструкции. Напомним, расходы казны сокращены не только в реальном (с 18,1% в 2017-м до 17% ВВП в 2018 году и всего до 15,6% в 2020-м), но и в номинальном выражении. Под урезание попали и крупнейшие разделы казны «Социальная политика» и «Национальная экономика». После 1,3% ВВП в следующем году дефицит должен сократиться до 0,8% в 2019 и 2020 годах. Бюджет, таким образом, станет фактически сбалансированным — давняя мечта Минфина о дефиците менее процента наконец сбудется.

Реалистичность конструкции (как минимум в части доходов) небесспорна. Бюджет сверстан из консервативного прогноза цены нефти $43,8 за баррель (фактическая цена Urals за 11 месяцев этого года — $52,2). Главный автор прогноза министр экономики Максим Орешкин обещает, что из-за продления сделки ОПЕК+ оценка на 2018 год будет повышена до уровня выше $50 за баррель, Центробанк в середине декабря уже увеличил ее до $55. Так что поступления, похоже, будут выше заложенных, по оценке Антона Силуанова — до 2,8 трлн руб. сверх плана при нефти по $60 за баррель.

Однако в доходы эти поступления не попадут — из-за бюджетного правила, которое можно назвать единственной проведенной структурной реформой и главным достижением Минфина последних лет. Эти деньги сначала пойдут на замещение трат резервов, из которых будет закрываться дефицит, а далее — пополнят Фонд национального благосостояния. Напомним, постоянное бюджетное правило было принято летом этого года на фоне снижения цены нефти ниже $50 и желания властей пополнить опустошенные в кризис резервы. Правило закреплено в Бюджетном кодексе, править который без воли Минфина весьма затруднительно.

Интересно, что жесткость его норм только нарастает. В 2017 году действовал его временный вариант — Минфин скупал на рынке доллары в резервы за счет нефтяных допдоходов исходя из цены отсечения $40 за баррель — всего валюты было куплено на 830 млрд руб. В 2018 году формула изменится — интервенции будут зависеть от фактического, а не прогнозного курса рубля и могут вырасти до 2–2,8 трлн руб. «Мы будем больше покупать валюты, чем при старой формуле,— до 70% нефтегазовых доходов, сейчас — порядка 30–40%»,— пояснял Антон Силуанов. В 2019 году правило еще ужесточится — расходы не должны будут превышать суммы ненефтегазовых и нефтегазовых доходов (подсчитанных из базовой цены на нефть), трат на обслуживание госдолга и бюджетных остатков — пока в переходном 2018 году к этой сумме добавляется 1% ВВП.

Такая определенность заставляет экспертов-критиков бюджетного правила говорить о необходимости его смягчения (действующие чиновники принятые решения оспаривать не решаются, однако если счет допдоходов пойдет на триллионы, несогласные могут появиться). Самый известный сторонник смягчения — глава Центра стратегических разработок (ЦСР) Алексей Кудрин, предлагающий поднять цену отсечения до $45 за баррель. Он считает, что сохранение $40 неизбежно повлечет повышение налоговой нагрузки — поскольку доходная база бюджета сокращается, а средств на пенсии и медицину стареющему населению будет требоваться все больше. Сторонники смягчения говорят и о том, что оно будет изымать все ресурсы, необходимые для экономического роста. Эксперты РАНХиГС и Института Гайдара в своем заключении на бюджет называли сокращение расходов на трехлетку искусственным и нереалистичным — денег, по их мнению, не хватит не только на развитие, но даже на справедливое выполнение соцобязательств.

Неофициально в Минфине говорят, что вовсе не хотят быть душителями расходных идей. По логике ведомства, жесткий бюджет может даже способствовать росту — поскольку сокращение эмиссионного, по сути, дефицита бюджета работает на снижение инфляции и ставок по кредитам, что и создает условия для частных инвестиций. Но главное, говорят в Минфине, пока не видно проработанных реформ, на которые было бы разумно потратить конъюнктурные доходы. Пенсионный возраст, размен снижения НДС на рост страховых взносов, проектное финансирование — эти инициативы заморожены. Реформы, впрочем, обещаны — для будущего президента, как известно, готовятся сразу три программы — ЦСР, Минэкономики и Столыпинского клуба. Как в случае одобрения в них впишется бюджетное правило, нам вскоре, вероятно, предстоит узнать.

Вадим Вислогузов

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...