Коротко


Подробно

Фото: jp2film.com

Научная работа с перекрестными высылками

Противостояние России и Польши коснулось ученых-историков

ФСБ потребовала досрочно покинуть Россию польского историка, профессора краковского Ягеллонского университета Хенрыка Глембоцкого. По его словам, спецслужбы дали сутки на то, чтобы уехать из страны. В понедельник МИД Польши выразил официальный протест, однако российский МИД напомнил, как месяц назад Агентство внутренней безопасности Польши выслало новосибирского профессора Дмитрия Карнаухова, обвинив его в «пророссийской пропаганде». В самом историческом сообществе выражают неудовольствие тем, что научную деятельность все чаще приравнивают к политической.


Сам Хенрык Глембоцкий в понедельник рассказал “Ъ”, что 14 ноября приехал в Россию для обычной работы в архивах. Кроме того, Польский институт в Санкт-Петербурге пригласил его прочитать лекции о судьбах поляков в СССР в годы Большого террора. «Я занимаюсь темой польско-русских отношений в XIX–XX веках, впервые приехал в Россию еще в 1993 году и с тех пор множество раз возвращался,— сказал Хенрык Глембоцкий.— Я провел месяцы в архивах Санкт-Петербурга и Москвы, издал несколько книг по теме отношений между Польшей и Россией. И у меня никогда не было проблем ни с официальными ведомствами, ни со спецслужбами».

По словам Хенрыка Глембоцкого, полиция задержала его в ночь на 25 ноября на Ленинградском вокзале в Москве: «Меня передали неизвестным, представившимся сотрудниками ФСБ». Не предоставив удостоверений и отказавшись пригласить польских дипломатов, они предъявили датированный 21 ноября документ с требованием в течение четырех суток покинуть страну. «Думаю, что, если бы документ попал ко мне раньше, польское консульство постаралось бы выяснить ситуацию,— говорит историк.— Но предписание предъявили в ночь на субботу, когда все чиновники и дипломаты уже отдыхают. А на выезд оставалось меньше суток».

Профессор подчеркнул, что это решение стало для него полной неожиданностью. Сотрудники ФСБ, по его словам, не стали объяснять причину выдворения, заявив, что это не его дело. «Большинство моих тем вряд ли могут представлять угрозу для Российского государства: речь идет о событиях 100–150-летней давности,— сказал ученый.— Но теперь решение какого-то одного чиновника означает невозможность заниматься делом всей моей жизни».

В понедельник МИД Польши выразил официальный протест против «непонятного решения российской стороны». «Научная активность профессора Хенрыка Глембоцкого направлена на нормализацию отношений между Польшей и Россией»,— заявили в министерстве, добавив, что «гарантии свободного диалога польских и российских историков особенно ценны и должны защищаться, а не ограничиваться».

В ответ МИД РФ напомнил польским коллегам, что 11 октября по представлению Агентства внутренней безопасности польские власти «по абсурдным обвинениям» выслали российского ученого-историка. Российские дипломаты заявили, что высылка Хенрыка Глембоцкого является «ответом на этот недружественный акт».

Речь идет о профессоре Новосибирского государственного технического университета Дмитрии Карнаухове. Он с 2013 года проживал в Польше и преподавал в ряде местных университетов. По словам историка, он изучает «так называемый русофобский дискурс, русофобские представления о России». «События (высылка.— “Ъ”) происходили как в 1937 году,— рассказал в понедельник “Ъ” сам Дмитрий Карнаухов.— Вечером ко мне пришли домой сотрудники польских спецслужб, заковали в наручники, на машине без опознавательных знаков увезли в полицейский участок, где мне пришлось провести ночь в камере с уголовниками. Насколько я знаю, польский профессор не сталкивался с таким брутальным отношением к себе». По словам российского ученого, у него забрали мобильный телефон и отказались связать с посольством. Наутро его депортировали в Россию, несмотря на то что в Польше у него остались личные вещи и архив. Профессора Карнаухова обвинили в деятельности, «направленной против интересов Польши»,— но спецслужбы отказались представить ему доказательства, заявив об их секретности. Сейчас он пытается опротестовать решение польских властей.

«Польскому коллеге я, безусловно, сочувствую,— говорит Дмитрий Карнаухов.— Хотя есть нюанс — ни он, ни Институт национальной памяти никак не отреагировали на мое выдворение, не проявили солидарности с коллегой из России». «Когда произошло задержание господина Карнаухова, я работал в парижских архивах и попросту не знаю подробностей этой истории»,— сказал “Ъ” профессор Глембоцкий.

«Конечно, обе эти высылки явно не обоснованы и бьют прежде всего по исторической науке,— считает историк, директор фонда “Историческая память” Александр Дюков.— Я могу только надеяться, что на этом обмен любезностями закончится и польская сторона не депортирует кого-то еще». По его словам, «история должна оставаться историей, а не частью политики».

Однако других механизмов — помимо депортации — для реакции на сложные вопросы совместной истории у России и Польши, похоже, не осталось. После начала украинского кризиса были практически заморожены политические контакты, остановлена работа Группы по сложным вопросам и Российско-польского форума общественности. При этом новый повод для разногласий не за горами: уже на декабрь этого года запланировано открытие обновленного музейного центра Мемориального комплекса «Катынь» под Смоленском. Один из разделов новой экспозиции будет посвящен истории советско-польской войны (1919–1921) и судьбе красноармейцев в польском плену (1919–1922). В МИД Польши заранее не согласились с российской трактовкой событий.

Напомним, что в 2000 и 2014 годах Москва и Варшава точно так же «обменялись» дипломатами (в одном случае сотрудников посольства сперва выслала Россия, в другом первой была Польша). В 2015 году по аналогичной схеме Россию было предписано покинуть журналисту популярного польского издания Gazeta Wyborcza Вацлаву Радзивиновичу. Через неделю после того, как из Варшавы был выслан внештатный корреспондент «РИА Новости» Леонид Свиридов, корреспондента польской газеты вызвали в МИД и сообщили об аннуляции аккредитации и необходимости в течение месяца покинуть страну (см. “Ъ” от 18 декабря 2015 года).

Александр Черных, Галина Дудина


Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение