выборы
Предвыборная кампания в Германии вышла на финишную прямую — парламентские выборы состоятся в воскресенье, 22 сентября. Специальный корреспондент Ъ в Германии АНТОН Ъ-ЧЕРНЫХ попытался выяснить, что может помочь главным кандидатам на пост канцлера в борьбе за голоса избирателей.Как честно рассказал Ъ глава избирательной комиссии ФРГ Йоханн Хален (Johann Hahlen), возможностей повлиять на ход выборов ни у него, ни у его коллег нет. По его словам, из 47 политических организаций, которые хотели участвовать в выборах в бундестаг, допущены были только 24. Зато в Германии снять кандидата, уже зарегистрированного на выборах, можно только в том случае, если он кого-нибудь убьет. А потому все решится в воскресенье на 80 тысячах избирательных участков, которые уже почти готовы к голосованию. Следить на них за тем, чтобы все было честно, станут простые немцы. По сравнению с выборами 1998 года работы у них станет меньше: в целях экономии немецкие власти сократили число избирательных округов, а заодно и число мест в бундестаге (с 656 до 598).
Убедившись в том, что в избиркоме не знают такого понятия, как вброс бюллетеней, и намерены исключительно честно считать все поданные голоса, корреспондент Ъ понял, что судьба Германии решится не здесь. И отправился туда, где кипит предвыборная жизнь,— на митинг лидера оппозиции, баварского премьера Эдмунда Штойбера (Edmund Stoiber) в Штутгарт, столицу земли Баден-Вюртемберг.
На центральной площади города, украшенной символикой ХДС/ХСС, собралось несколько тысяч сторонников консерваторов, их противников, бомжей и журналистов. Обстановка была радостная: люди улыбались друг другу и портрету Эдмунда Штойбера и пили пиво. На площади рядом с трибуной расположился оркестр, и музыканты тоже пили пиво при каждом удобном случае. "Оркестр поддерживает Штойбера?" — спросил я дирижера и приветливо помахал ему флажком с надписью ХСС. "За деньги оркестр поддержит кого хочешь",— ответил дирижер. В это время на площадь подошли социал-демократы, раздались свист и крики. Дирижер взмахнул рукой, и за музыкой свиста стало не слышно — за это оркестру и платят.
Вскоре на трибуну вышли местные руководители христианских демократов, которые сообщили, во-первых, что кандидат Штойбер задерживается, а во-вторых, что канцлер Герхард Шредер (Gerhard Schroeder) не может победить безработицу. И пока не приехал баварский премьер, они продолжали заводить толпу выкриками вроде "Мы идем на Берлин!" и "Баден-Вюртемберг за Штойбера!". Перед самым приездом господина Штойбера на сцену вышел экс-бургомистр Штутгарта Роммель (Rommel) — сын знаменитого фельдмаршала второй мировой. Он сразу попросил не кидать в него яйцами (такое было во время его предыдущего появления перед избирателями), а затем тоже призвал голосовать за ХДС/ХСС.
Затем на трибуне наконец появился главный виновник торжества. Он стоял в плотном кольце телохранителей и соратников. Площадь взревела, господин Штойбер поздоровался и начал рассказывать, чем он лучше нынешнего канцлера. Его речь продолжалась почти полтора часа, за которые он прерывался всего несколько раз. Не смогли остановить господина Штойбера и помидоры, полетевшие в него после какого-то особо удачного пассажа: охранники успели раскрыть перед оратором зонты, и его голос даже не дрогнул. Телохранители так и простояли с открытыми зонтами в руках до конца митинга.
А баварский премьер говорил о безработице, которую не смог победить Герхард Шредер. И об иммигрантах, которые приезжают в огромных количествах и мешают немцам, а нынешний канцлер ничего не делает для их интеграции в общество и приглашает новых. И о международном терроризме, который ему тоже удалось ценой некоторых усилий связать с канцлером Шредером (ведь именно во время правления Шредера на территории Германии были спланированы теракты, осуществленные 11 сентября). И о Саддаме Хусейне, производящем оружие массового поражения, пока Герхард Шредер говорит о вреде военной операции против Багдада (как известно, именно резкие антиамериканские высказывания нынешнего канцлера позволили ему менее чем за две недели до выборов опередить в рейтингах консерваторов). Уже давно стемнело, а господин Штойбер все продолжал говорить, сбиваясь с одной темы на другую, жестикулируя и срываясь на крик. И несмотря на то что почти все знали заранее, о чем будет говорить кандидат в канцлеры, речь его не давала никому уйти. Это был хорошо поставленный завораживающий спектакль, отрепетированный за последние месяцы десятки раз. "Проголосуйте за меня! Я хочу быть не таким, как Шредер! Я вас не подведу!" — повторял как заклинание Эдмунд Штойбер. Толпа восторженно кричала: "Да!"