фестиваль опера
В Нью-Йорке закончился фестиваль Монтеверди — крупное событие даже для здешней звездной сцены. Три страны представили три спектакля: "Орфей" (1607), "Возвращение Улисса" (1640) и "Коронацию Поппеи" (1643) — все, что дошло до нас из полутора десятка опер первого оперного композитора. Из Нью-Йорка — ОЛЬГА Ъ-МАНУЛКИНА.Фестиваль прошел в Бруклинской академии музыки (ВАМ), куда великий Уильям Кристи (William Christie), признанный мэтр барочной оперы, ненавидящий большие сцены, регулярно привозит свои спектакли. На встрече с публикой Уильям Кристи лаконично сформулировал принципы исполнения Монтеверди: оставить традиционные представления о кастинге (не иметь дело с бельканто, найти талантливых актеров, внешнее соответствие персонажам абсолютно необходимо), окружить себя музыкантами-специалистами (которые смогут сами расшифровать скупую партитурную запись и импровизировать), пригласить понимающего режиссера (огромные пропорции сцены, массовка — это не Монтеверди, но барочная пышность должна быть соблюдена).
Это чертеж постановки и костяк рецензии. "Возвращение Улисса" в исполнении ансамбля Les Arts Florissants, солистов Aix-en-Provence European Academy of Music и в постановке Адриана Нобля (Adrian Noble, художественный руководитель Royal Shakespeare Company, только что объявил о том, что уходит с этого поста) — блестящее доказательство тому, что тезисы Кристи верны.
Юный Телемак (Сирил Увити, Cyril Auvity) был действительно юн, а Пенелопу играла Марьяна Мияновик (Marijana Mijanovic) ахматовской графической красоты. Поначалу антибелькантовая шероховатость голосов и экспрессионистски взвинченная декламация могли шокировать, но это была, несомненно, живая музыкальная драма — то, что и представляла собой опера в начале своей истории.
Кристи вел исполнение за клавесином. Инструментовка каждой секунды звучания рассчитана, но партитура не выписана: "Это как джаз-банд, оркестр Дюка Эллингтона: Билли играет здесь, Джимми здесь, а тут не играю я",— объясняет Кристи принцип действия импровизирующего барочного ансамбля.
Все участники фестиваля толковали о шекспировском в театре Монтеверди: столкновении трагического и комического, гениальным чувстве сценического ритма. Добавим сюда чудеса барочной машинерии, позволяющей богам то и дело являться в жизнь смертного, чтобы осознать, что оперный театр Монтеверди — ближайший к Вагнеру. По сочетанию обыденного и сверхъестественного и конструкции мифологического оперного мироздания "в несколько этажей", причем дверь, ведущая из земного мира на Олимп (Валгаллу) или в Аид (Нибельгейм), постоянно остается распахнутой.
Дизайнер Энтони Уорд (Anthony Ward) и режиссер Адриан Нобль реализовали эту конструкцию простыми, но феерически красивыми приемами. Зевс спускался на волшебном ковре, окруженный золотыми нитями, Посейдон вертел в руках игрушечный кораблик, обрекая команду на гибель в волнах, Минерва качала Телемака на небесных качелях на фоне голубого волнующегося полотна.
"L`Incoronazione di Poppea" Нидерландской национальной оперы, поставленная в 1993-м (один из первых спектаклей Пьера Ауди (Pierre Audi) на посту художественного руководителя театра), была более монументальна и сурова, как приличествует первой опере на исторический сюжет. Мощная стена, рассекающая сцену, и огромные валуны — глыбы разных пород, привезенные из Европы, были скупым фоном драмы (дизайнер Майкл Саймон (Michael Simon), причудливые костюмы Эми Вада (Emi Wada)) обозначали ее стадии. Волшебные эффекты не были забыты: золотой дождь, вспыхивающий костер, но нервным узлом постановки были человеческие страсти в соблазнительно опасной ситуации двойственности полов. Партия Нерона, написанная для кастрата, отдана женщине (Бригит Бэлли, Brigitte Balleys), отвергнутого любовника Оттона поет контратенор (Майкл Чанс, Michael Chance), и все любовные дуэты разворачиваются в постоянном смещении сексуальных ролей. После этих двух триумфов "Орфей" Чикагской оперы в постановке Дайаны Паулус (Diane Paulus) выглядел так же плоско и одномерно, как больнично-белая современная гостиная, куда по замыслу режиссера переместились античные герои, и приличная оркестровая игра под управлением Джейн Гловер (Jane Glover) спектакль не спасла.
За последние десятилетия оперы Монтеверди прочно утвердились в Европе. Но не в Америке. "Full Monte" в Нью-Йорке — полное собрание опер Монтеверди и полные залы на фестивале — возможно, знак грядущего торжества барочной оперы на американской сцене.