В джазе только гангстеры

Кино об экономике США накануне Депрессии

14 февраля не только День всех влюбленных — это день знаменитой гангстерской разборки. А великая комедия "В джазе только девушки", чьи герои видели ту разборку,— отличный рассказ об экономике США накануне Великой депрессии.

Фото: Mary Evans /DIOMEDIA

АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВ

Кофейные напитки крепостью от 40 градусов

Один из главных героев комедии всех времен и народов с роскошной Мэрилин Монро, герой, мелькающий в кадре едва ли не чаще всех остальных, но не попавший в титры,— алкоголь.

Когда 19 января 1920 года в Штатах вступил в силу сухой закон, экономические аналитики предсказывали, что он окажет положительное влияние на многие сферы национальной экономики. Ожидался бурный рост продаж безалкогольных напитков, жевательной резинки, театральных билетов, одежды, товаров для дома и многого другого. Должны ведь люди на что-то пустить деньги, которые они больше не будут тратить на алкоголь?

Итальянская мафия во главе с Аль Капоне (его чертами наделен Коломбо Белые Гетры), как бы сейчас сказали, делила рынок бутлегерства с ирландской мафией Джорджа Багса Морана. У семи человек из банды Морана на надгробиях выбита одна дата смерти: 14 февраля 1929 года (кадр из фильма «Бойня в День святого Валентина», 1967)

Фото: Mary Evans/DIOMEDIA

Ничего подобного, однако, не произошло. Аналитики, как всегда, объяснили, что их просто неправильно поняли. В реальности же сухой закон привел к бурному росту преступности — кражам, кражам со взломом, грабежам, убийствам, но особенно к росту преступлений, связанных с нелегальным оборотом спиртного.

Один из главных героев великой комедии с роскошной Мэрилин Монро, мелькающий в кадре едва ли не чаще всех остальных, но не попавший в титры,— алкоголь

Фото: INTERFOTO/ТАСС

За время действия сухого закона число заключенных в федеральных тюрьмах выросло на 366%. Более половины отбывали срок за преступления, связанные с алкоголем и наркотиками. В экономике же самыми процветающими и прибыльными (и незаконными) секторами оказались торговля спиртным, игорный бизнес и проституция.

На федеральном уровне ущерб от действия сухого закона измерялся миллиардами долларов, недополученных в бюджет, и сотнями миллионов, расходуемых на проведение закона в жизнь.

Март 1929 года: таможенники исследуют спиртное, изъятое на корабле, прибывшем из Гаваны

Фото: Bettmann/Getty Images

Кроме непосредственно производителей спиртного от новой законодательной инициативы пострадали (или перешли в тень) компании смежных отраслей. В частности, спад переживала ресторанная индустрия, чьи доходы сильно зависели от алкоголя. Для индустрии развлечений, вопреки прогнозам, тоже наступили не лучшие времена. Неудивительно, что героям "В джазе только девушки" Джо и Джерри, саксофонисту и контрабасисту, приходится играть "на похоронах" у гангстеров: с легальной работой напряженка.

Я не позволю тебе заложить мое пальто и просадить деньги на бегах!

Февраль 1929-го. С начала года потихоньку растут цены на еду, но это пока никого особо не беспокоит. В августе наступит промышленный спад, который заметят лишь немногие из аналитиков. А в октябре рухнет биржа и разразится Великая депрессия.

Впрочем, и до ее начала далеко не все американцы (Джо и Джерри тут не исключение) замечали, что страна процветает. 40% национального богатства принадлежали 1% населения (типичных представителей этого процента мы увидим во второй половине фильма, в отеле во Флориде). 5% самых богатых американцев получают треть всех доходов. В общем, процветание распределено крайне неравномерно. Наши саксофонист и контрабасист не попадают ни в 1%, ни в 5%. И вряд ли их может утешить тот факт, что средний британец почти вдвое беднее их (точнее, на 88%, исходя из паритета покупательной способности), а средний испанец — вчетверо.

Богатым людям, в отличие от полунищих музыкантов, сухой закон выпивать не мешал (кадр из фильма «Бойня в День святого Валентина»)

Фото: Mary Evans/DIOMEDIA

Джо и Джерри не только живут бедно, но еще и опутаны долгами — задолжали за квартиру, которую снимают вдвоем (а это примерно $45 в месяц), за прачечную; девушкам-танцовщицам они тоже должны. Хороший стейк в магазине, не в ресторане, стоит 42-48 центов за фунт (без малого полкило), свежее молоко — 14 центов за кварту (чуть меньше литра), масло — 58 центов за фунт (можно вдвое дешевле взять маргарин), сыр — 38 центов за фунт, яйца — 50 центов за дюжину, макароны — 20 центов за фунт, рис — 10 центов за фунт, картофель — 2-3 цента за фунт, сахар-рафинад — 6-7 центов за фунт, бананы — 33 цента за дюжину.

Музыканты Джерри (Джек Леммон) и Джо (Тони Кёртис) готовы браться за любую работу, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Ничего удивительного, что скоро они станут Дафной и Джозефиной, бывшими студентками несуществующей консерватории

Фото: Hulton Archive/Getty Images

Бензин стоит около 20 центов за галлон (4,55 литра). То есть "налейте на 40 центов", первоначальная просьба заправщику, соответствует примерно девяти литрам бензина.

Где взять деньги? Можно, например, в ломбарде, заложив пальто или контрабас (вывеска ломбарда мелькает в кадре в начале фильма). По тогдашним оценкам Министерства труда США, "большой процент клиентов компаний, выдающих мелкие кредиты, вынуждены брать деньги в долг из-за крайне тяжелой ситуации" и не имеют возможности торговаться по процентным ставкам "из-за давящих на них обстоятельств".

Ставки, по которым работали ломбарды, колебались в 1929 году от 12% до 120% годовых, средним показателем было 36%. Так называемые нелицензированные брокеры (проще говоря, гангстеры) давали деньги в долг под 240-480%.

Джек Леммон, уже в облике Дафны, попробует поработать по специальности

Фото: Corbis via Getty Images

На бегах, конечно, можно выиграть в 15-20 раз больше, чем поставил. Или не выиграть.

Джерри упоминает, что хочет залечить зуб, потратив на дантиста $4. Дантист — высокооплачиваемая профессия. В среднем зубной врач тогда зарабатывал $350 в месяц (согласно "Справочнику по статистике труда", изданному в 1931 году Бюро трудовой статистики США). Хотя бы по четыре зуба за рабочий день нужно пломбировать, чтобы так хорошо получать.

О заработках дантиста, неважно — детского или взрослого, контрабасисту и саксофонисту не приходилось грезить даже в самых смелых мечтах

Фото: Universal Images Group/DIOMEDIA

Музыканты зарабатывают меньше. В 1929 году средняя месячная зарплата семьи, глава которой музыкант (а остальные едва ли хоть кем-то работали), составляла $199 в месяц. Это цифра для штата Нью-Джерси. Вряд ли разница с Чикаго, штат Иллинойс (а именно он стал местом действия знаменитой гангстерской разборки 1929-го — и местом действия фильма) была особенно серьезной, но только статистика относится к музыкантам, имеющим постоянное место работы. У Джо и Джерри такового нет уже четыре месяца. Поэтому неудивительно, что друзья-музыканты с радостью хватаются за любую возможность подзаработать. Например, сыграв на танцульках в университете и получив по $6 за вечер на брата. Хорошие ли это деньги для 14 февраля 1929 года?

Дафна-Джерри настолько вживается в роль, что готова принять предложение пожилого миллионера — в надежде на скорый развод и алименты, которые, в отличие от брака, на всю жизнь

Фото: United Archives/DIOMEDIA

Секретарши Сига Полякова, агента, через которого Красотка Сью ищет двух девушек для своего оркестра, могли зарабатывать (опять же опираемся на цифры для штата Нью-Джерси) до $230 в месяц. В индустрии развлечений секретаршам почему-то платили больше, чем на заводах. Нелли, например, готовясь к романтическому вечеру с Джо, оставила $4 в парикмахерской, купила халатик (три четверти халатиков или платьев для дома стоили в тот момент в розницу от $1,5 до $3), испекла его любимый яблочный пай. То есть, даже без учета пая, потратила деньги, которые Джо считает хорошим дневным заработком. С подобным доходом Нелли принадлежала к верхней части среднего класса. Что доказывает и наличие автомобиля. А вот с халатиком барышня, кажется, поторопилась. После краха биржи в октябре цены на одежду, как и на многое другое, пойдут на спад.

1926 год. До Великой депрессии еще далеко, и профессия позволяет прокормиться. Но надо оставаться в форме — девушки-стенографистки тренируют навык даже в отпуске

Фото: Universal Images Group/DIOMEDIA

У самого Сига, после того как он выплатил зарплату секретаршам, оплатил аренду помещения и бесконечные телефонные переговоры с коллегами из других артистических агентств, остается на руках немногим больше, чем у его подчиненных и подопечных,— от $260 до $460. А как нужно крутиться за эти деньги, а?!

Мальчик в отеле, пристающий к Джо, принявшему образ Джозефины, или его коллега, нажимающий кнопки в лифте, получают в месяц примерно $130. Впрочем, многие рабочие о подобных заработках могли тогда только мечтать.

Чикагский универмаг: предприимчивый хозяин устроил кресла в детской парикмахерской на спинах лошадок — вроде тех, на которых катаются на карусели. В прямом смысле слова хочешь жить — умей вертеться

Фото: Corbis via Getty Images

Все арестованы

Операцией по ликвидации "похоронного бюро", где наливают спиртное, руководит детектив Маллиган (актер — Пэт О`Брайен). Население Чикаго в 1929 году — 3 157 000 человек, а в городах-миллионниках полицейские получали зарплату выше средней по стране. Годовой оклад Маллигана мог составлять $3600-4700. Неплохая сумма для законопослушного гражданина и смехотворная для закононепослушного.

Для американского зрителя, хоть немного знающего историю родной страны, в фамилиях как персонажа, так и исполнителя этой роли содержится важный для сюжета намек. Полицейский — этнический ирландец. Вы скажете: "Ну, ирландец и ирландец. Какая разница? В американской полиции, кажется, много ирландцев". И я скажу: "Разумеется. А почти все преступники, которых он преследует, почему-то этнические итальянцы". Вы скажете: "Ну, итальянцы и итальянцы. Какая разница? Главное, что он честный и неподкупный страж закона, устраивает облавы на подпольные заведения, проводит аресты, гоняется за мафией по всем США, почему он должен разбираться в национальности преступников?"

Ответ поможет получить еще один персонаж — Чарли Зубочистка (актер — Джордж Стоун). Это он рассказывает инспектору Маллигану о "похоронном бюро" Моцареллы, служащем ширмой для подпольного бара. Это благодаря ему Коломбо Белые Гетры терпит большие убытки и, чтобы отомстить, устраивает расстрел в гараже. Итак, Чарли Зубочистка — информатор полиции. Он стучит инспектору, даже зная, что может за это поплатиться жизнью. Зачем? Неискушенный зритель, особенно испорченный советско-российским представлением о том, кто может быть стукачом, не задает себе этого вопроса. А зря. Чарли на окладе у полиции? Нет, конечно, у него и так неплохо с деньгами, он серьезный человек в мафии, раз его знает и ценит самый-самый большой преступник, Маленький Бонапарт. Инспектор Маллиган поймал Чарли на каком-то правонарушении и завербовал? А что же он тогда не завербует Коломбо, Маленького Бонапарта и вообще всю чикагскую мафию, раз он такой гений вербовки? Стучит из идейных соображений, чтобы сделать Америку великой? Гражданская совесть не позволяет молчать? Это даже не смешно.

В имени Чарли и внешности актера нет подсказки, как с инспектором. Но подсказка есть в реальной истории.

Бойня в гараже 14 февраля 1929 года была, выражаясь современным языком, спором хозяйствующих субъектов.

Высокоприбыльный рынок торговли нелегальным спиртным в Чикаго до того момента контролировали две основные бизнес-структуры. Итальянская мафия во главе с не нуждающимся в дополнительной рекламе Аль Капоне (с него списан Коломбо Белые Гетры) и ирландская мафия во главе с Джорджем Багсом Мораном. У семи человек из банды Морана на надгробиях выбита дата смерти "14 февраля 1929 года".

Накануне Великой депрессии 5% самых богатых американцев получали треть всех доходов (к слову, о гангстерах: Коломбо Белые Гетры должен был быть мультимиллионером). И могли позволить себе решительно все

Фото: Entertainment pictures/DIOMEDIA

Одним из методов конкурентной борьбы было натравливание своих людей в чикагской полиции на заведения конкурентов. Более того, парни Морана, сидевшие в гараже (он же оптовый склад спиртного), не открыли первыми огонь по вошедшим в помещение людям, так как парни Аль Капоне были одеты в полицейскую форму. Не будем вдаваться в то, откуда они ее взяли.

В общем, наш доблестный страж правопорядка и гроза любителей итальянской оперы Маллиган мог быть на самом деле коррупционером и этническим преступником.

Яхта, салон-вагон, домик у моря

Посмотрим, как в фильме показан уровень жизни избранного 1%.

На X съезде любителей итальянской оперы в отчетном докладе Маленький Бонапарт сообщает, что за истекший финансовый год им удалось заработать $120 млн без учета налогов. И добавляет: "Мы не платим налогов".

Если любители слушать "Травиату" занимались только спиртным, цифра выглядит достаточно правдоподобной. Реальный Аль Капоне в ту эпоху на виски, игорном бизнесе и проститутках делал $60 млн в год. И тоже не платил налоги, за что в конце концов и сел в тюрьму. Его экранное воплощение Коломбо Белые Гетры, разумеется, должен был быть мультимиллионером. Вот только молодые девицы почему-то не замечают этого факта.

Встретить у роскошного флоридского отеля миллионера — не фокус. А вот познакомиться с ним — дело техники

Фото: Entertainment pictures/DIOMEDIA

В отличие от Коломбо, у Осгуда Филдинга III нет точного прототипа. У Пола Гетти было пять детей от пяти жен (против семи у Филдинга), но он слишком молод для 1929 года: ему тогда было 25. Джон Д. Рокфеллер, первый в истории человечества долларовый миллиардер, был в 1929 году типичным старым хрычом и имел привычку зимовать во Флориде, но не был многоженцем и не топил по пьяной лавочке яхт.

Кстати, о яхте. Поскольку в 1929 году слово "миллионер" чаще всего обозначало человека, сумевшего сделать 1 (один) миллион долларов, а не много, то и цена роскошной яхты, показанной в фильме, может показаться странной по сегодняшним меркам. Portola, скорее всего, стоила накануне Великой депрессии не более $100 тыс. Точного ценника американская статистика не сохранила, но президентская яхта Sequoia обошлась двумя годами позже американским налогоплательщикам в $200 тыс.— цену госзаказа можно смело делить пополам, если аналогичный делает бизнесмен на свои деньги.

Из-за мощного сексуального подтекста картины «В джазе только девушки» (неслучайно в американском прокате она шла под названием «Некоторые любят погорячее») цензура вынесла вердикт: фильм не соответствует принятым нормам морали

Фото: Entertainment pictures/DIOMEDIA

Отель Seminole-Ritz во Флориде из фильма (на самом деле отель Del Coronado в Калифорнии) — разумеется, роскошное место отдыха. Об этом свидетельствует, например, наличие ванной комнаты в номерах. А вот цена ночи в таком заведении может на первый взгляд показаться ошибочной.

В открытом в 1927 году чикагском Stevens — на тот момент самом большом отеле мира и, бесспорно, одном из самых роскошных — можно было поселиться за $3,5 в самый дешевый сингл и за $10 в очень неплохой дабл.

Так что номер, в котором жили Джо и Джерри (или Душечка и Долорес), вряд ли стоил дороже $20 за ночь. Правда, это цена только за проживание — завтраки, обеды и ужины как минимум удваивали стоимость. Старички, читающие The Wall Street Journal на веранде несуществующего отеля,— типичные олигархи той эпохи. Это они владеют яхтами, катерами, салон-вагонами, домиками у моря, это они могут дарить браслеты с бриллиантами и заказывать доставку орхидей самолетом, когда над Лонг-Айлендом нет тумана. Это для них исполнилась Великая американская мечта. Для всех остальных, желающих ее исполнить и стать миллионерами, самый реальный вариант — выйти замуж за миллионера. Даже если ты — мужчина. В конце концов, у каждого свои недостатки, верно?

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...