Крупица наук

Гомеопатия как искусство и выгодное дело

Родоначальница классической гомеопатии в России Любовь Лурье счастлива тем, что она теперь художник: золотой век гомеопатических клиник в России уже прошел. Прием врача баснословно дорог, себестоимость лекарств стремится к нулю, но самих гомеопатов нынче пруд пруди: легче консультировать друг друга, чем пациентов.

Любовь Лурье уверена: гомеопатия помогает даже тем, кто в нее не верит

Фото: Петр Кассин, Коммерсантъ  /  купить фото

ИЛЬЯ НОСЫРЕВ

Рождение советской гомеопатии

Любовь Лурье — семьдесят, но на вид я не дал бы ей и пятидесяти пяти: это, возможно, самый серьезный аргумент в пользу гомеопатии. "Я не принимаю никаких обычных лекарств с 1995 года,— говорит она.— А заниматься делом своей жизни начала еще раньше, в 1977-м. Через меня в Россию пришла классическая гомеопатия". Это правда: когда министр здравоохранения СССР Борис Петровский требовал запретить практику, которую называл позорной, Лурье была в числе пионеров, пытавшихся овладеть проникавшими из-за рубежа крупицами знаний.

В те годы гомеопатам приходилось шифроваться почти как первым христианам при злых римских императорах. "Я закончила Первый медицинский и распределилась как хирург головы и шеи в онкологический центр в Железнодорожном проезде. Место было тяжелое: люди страдали и умирали, и вскоре я сама заболела гайморитом и уже не могла простаивать по девять часов на операциях. Заведующий был тайным гомеопатом: работал в единственной на всю Москву профильной поликлинике. Он мне сказал: я тебя вылечу, только никому не говори. Меня два года мучили антибиотиками, а он мне назначил два сорта крупинок и один порошочек, и через неделю я была здорова. Это был шок для меня! Я решила: если есть такой способ, который смог мне помочь, я его обязательно выучу. Ушла с работы и нашла людей, которые помогли мне прийти к гомеопатии".

В перестройку Лурье с друзьями открыла Гомеопатический центр на 1-й Владимирской улице и курсы для желающих овладеть тайнами этой науки. В Россию сразу же зачастили доктора из Европы — проводили приемы, показывали книжки. Пришлось открывать собственное издательство, чтобы переводить и печатать учебники. Оно существует до сих пор.

Лечащий океан

Выучившая уже два поколения гомеопатов, она — прирожденный педагог: речь журчит, зачаровывает, и поневоле начинаешь любоваться ее благородным профилем, который хорошо смотрелся бы в галерее великих физиологов прошлого — рядом с портретами основоположника френологии Галля, первопроходца физиогномики Ломброзо и, конечно, отца гомеопатии Ганемана.

А может, хватит об этом Ганемане? Все, кто пишет про гомеопатию, непременно начинают объяснять, что был-де двести лет назад такой немецкий доктор, который заметил, что, если дать здоровому человеку коры хинного дерева, это вызовет у него симптомы, схожие с картиной малярии. И это привело его к нетривиальной мысли о том, что больных малярией и надо пользовать этой самой хиной. Словом, лечить подобное подобным. Многое из того, во что верил сам Ганеман, уже устарело, и когда гомеопатов попрекают этими древностями, они лишь устало отмахиваются: это как если бы современных биологов высмеивали за фразу Дарвина о том, что древние люди "жили на деревьях и имели бороды".

Конечно, современная гомеопатия по-прежнему строится на основном законе, выведенном Ганеманом. "Обычные врачи лечат по принципу противоположности. Если у пациента болит голова, врач дает ему болеутоляющее. Если кровотечение, то кровеостанавливающее. Такое назначение дают всем, неиндивидуально, и от этого очень много осложнений. Ведь любая боль — это сигнал от органов: что-то не в порядке. Как иначе они могут нам об этом сказать? Если закрыть симптом, орган будет искать другие пути, как выразить жалобу: вылечили головную боль — вот вам проблемы с желудком, вылечили желудок — сыпь на коже",— поясняет Лурье.

Но, признавая важность закона подобия, Лурье учит толковать его как можно шире: лекарством может быть что угодно, и чем сильнее жизнь человека похожа на материал, из которого оно изготовлено, тем сильнее эффект. "Например, некоторым пациентам я даю лекарство из устричной раковины. Смотрите: внутри раковины живет моллюск, а внутри него может скрываться жемчужина. Устрицы рождаются в океане в виде монад: после оплодотворения их уносит в океан, и единственное, что у них есть,— это нога. И пока эта нога не прикрепится в скале, у моллюска не образуется раковина. Все это имеет параллели с проблемами некоторых пациентов. Когда им плохо, они хотят свернуться калачиком, накрыться одеялом, словом, оказаться внутри раковины. Такие люди боятся не найти свое место в жизни, и из-за этого у них бывают насморки и гаймориты".

Лурье два часа подряд расспрашивает пациента, выискивая сходства его качеств и проблем с животными, травами и минералами, а затем назначает лекарство, чтобы снять блок. "Пришла ко мне мама девочки-подростка. Девочка творческая, интересуется математикой, физикой, рисует очень красиво. А в классе постоянный конфликт: сегодня красит волосы в зеленый, завтра — в красный, носит неприличные чулки. Ее считают ненормальной, и она от этого страдает. И знаете, какое я ей лекарство назначила? Из осьминога! Осьминог — сильное животное: борется за жизнь, ищет, как выйти из ситуации. И к тому же меняет цвет — в точности, как она".

Почему закон подобия работает? Потому что на нем Всевышний выстроил весь этот мир, говорит Лурье. "Все подобное притягивается. Вот и вы ко мне не случайно пришли: значит, мы чем-то притянулись",— смеется она.

Не вещество, а энергия

Пока в нашей стране гомеопатию запрещали, она завоевывала Европу. Сейчас все наоборот

Фото: Ullstein bild via Getty Images

Иск Национального совета по гомеопатии против журнала "Вокруг света", причислившего гомеопатию к лженауке, Любовь поддерживает целиком и полностью: нужно защитить доктрину от посягательств людей, не способных ее воспринять. Наивные критики не понимают принципов учения и цепляются к мелочам. Сколько раз, например, в печати приводились подсчеты, разоблачающие метод разведения печени барбарийской утки в популярном препарате оциллококцинум: мол, при столь низкой концентрации действующего вещества в целой упаковке пилюль гарантированно не окажется ни единой его молекулы!

"Гомеопатические препараты специально делают так, чтобы в пилюлю не попадало ни одной молекулы: их разводят и встряхивают, разводят и встряхивают,— объясняет Любовь Еремеевна.— Дело в памяти воды. Бог создал ее, как компьютер: она запоминает все, с чем соприкоснулась. Лечит не вещество, а энергия".

Поскольку вода — основное вещество для приготовления гомеопатических средств, их себестоимость стремится к нулю. Оплачивать, по сути, приходится лишь работу "встряхивальщика", и именно в этом их важное отличие от настоящих лекарств: львиная доля средств компаний уходит на продвижение, а не на производство. А продвигать в России лучше получается у иностранных компаний: по информации журнала Vademecum, на российском рынке только один крупный отечественный игрок — производитель анаферона НПФ "Материа Медика", чей оборот в 2013 году составлял 4,15 млрд руб. Вот почему в 1990-2000-е куда выгоднее было открыть гомеопатическую клинику, чем производство препаратов: владельцы клиники уходили от прямой конкуренции с фармацевтическими компаниями, ведь они сами готовят средства, которые назначают.

Правомерный вопрос: но если гомеопатическое лекарство должно делаться под каждого пациента, какой смысл покупать коробочки из шкафа "Гомеопатия", который теперь есть почти в каждой поликлинике? Лурье осторожна в формулировках: "Нет, это не бесполезно. Если вы хотите справиться с гриппом, можете купить оциллококцинум, если ушибли ногу — траумель, где весь комплекс противовоспалительных трав. Но если приходит человек, который не может найти работу или у которого проблемы в семье, для него такие лекарства бесполезны".

Тем, что гомеопатия эффективнее похода в поликлинику, Любовь объясняет высокие цены обслуживания в своей клинике. Первичный прием стоит 20 тыс. руб., и для гомеопатических центров это почти норма. "Сюда ведь входят два месяца наблюдения и еще один прием посередине: я даю свой телефон и отвечаю на все вопросы. А разве у обычных врачей лекарства не дороги? Их надо принимать пачками, а потом еще лечить осложнения. А гомеопатическое лекарство высокой потенции достаточно принимать раз в месяц".

Для тех, кто хочет сэкономить, предусмотрен годовой абонемент: платишь $2 тыс. и потом приходишь в любой момент, если что-то заболело. Можешь включить в этот абонемент и семью: за каждого приведенного родственника платишь 20 тыс. руб.— как за первичный прием.

В России гомеопатам запрещено лечить онкологические, тяжелые инфекционные или психические недуги, но кое-где в мире это не так: Лурье знает центры в Индии, где массово лечат рак. Да и в ее практике были случаи, когда она спасала пациентов, от которых обычная медицина отказалась. "В начале моей работы в Гомеопатическом центре ко мне пришел пациент, у которого был рак гортани четвертой стадии. Опухоль была ужасная, с язвами, вонючая, метастазы, шея не двигалась. За месяц ушло все, кроме первичного очага. В итоге он совершенно вылечился".

Когда врач снимает блоки жизненной энергии, клетки начинают вырабатывать свои антибиотики и противовирусные средства, которые, по словам Лурье, могут спасти от чего угодно — хоть от ВИЧ. "Очень хороший друг, израильтянин Джереми Шер, отправился в Африку, где сейчас бушует эпидемия СПИДа. Он считает, что Земля — живой организм, который болеет так же, как человек. Но если у человека это проявляется насморком или поносом, то у Земли — в виде эпидемий, войн, глобальных катастроф. И вот Джереми уверен: если он будет лечить людей там, где эпидемия, то вылечит и саму планету. Мощный дядька! И вы знаете, он уже десятки африканцев полностью вылечил от СПИДа".

Критики не хотят замечать, какой огромный шаг сделала гомеопатия со времен Ганемана. "Великий голландец Ян Схолтен, например, придумал метод лечения по таблице Менделеева: сопоставляет качества пациента с периодами и группами в таблице, находит, какой элемент использовать в качестве лекарства. Скажем, человек, которому надо дать водород, постоянно чувствует, что он слишком легкий: на границе нашего мира и другого". Семь периодов таблицы отвечают за взаимоотношения и формирование личности, за защиту и работу, творчество, власть, экстрасенсорные способности.

Можно сделать лекарства из энергии звезд, луны, солнца. Просто поставить воду в определенное время дня на солнце: вода запоминает эту энергию

А как же быть с новыми трансурановыми элементами, которые чуть не каждый год синтезируют в Дубне? "Да, их постоянно создают, и они тоже соответствуют каким-то людям и их жизненным ситуациям,— успокаивает собеседница.— Мы, кстати, договаривались с физиками поставить нашу воду рядом с синхрофазотроном, чтоб она зарядилась. Переговоры, к сожалению, кончились ничем". Но возможности диагностики и лечения с помощью элементов меркнут перед более современными: "Можно сделать лекарства из энергии звезд, луны, солнца. Просто поставить воду в определенное время дня на солнце: вода запоминает эту энергию. Джереми Шер сделал совершенно замечательный препарат из света Полярной звезды: взял телескоп и направил на воду".

Разведение на деньги

История клиники Лурье — зеркало, в котором отражается вся история гомеопатии в России. В 1989 году клиника была в основном школой, творческим коллективом: врачи засиживались за полночь, споря о том, что такое гомеопатия и как она соотносится с астрологией, алхимией, традиционной медициной. Когда в 1995-м гомеопатия окончательно получила легальный статус в системе здравоохранения РФ, в клинике случился раскол: часть начинающих гомеопатов отправилась в Грецию постигать метод Джорджа Витулкаса, а другая во главе с нашей героиней осталась в клинике, получившей название "Центр классической гомеопатии "Любовь Лурье"".

Сейчас те времена Любовь вспоминает как легендарные: "Люди костры жгли по ночам, чтобы записаться к нам на прием. Пик пришелся для меня на начало 2000-х, когда я принимала по 50 человек в день. Сейчас если три человека придут на прием за неделю, уже хорошо".

У гомеопатии относительно небольшая, но весьма стабильная ниша: в 2015 году продажи ее препаратов составляли 1,2% (9,075 млрд руб.) от всех розничных продаж аптек

Сегодня, по данным QuintilesIMS, у гомеопатии относительно небольшая, но весьма стабильная ниша: в 2015 году продажи ее препаратов составляли 1,2% (9,075 млрд руб.) от всех розничных продаж аптек. Согласно исследованию TGI, проведенному в 2008 году, гомеопатии доверяли 28% россиян. Но беда в том, что востребованность клиники падает по мере роста предложения, а ведь их в Москве десятки.

Конечно, центр "Любовь Лурье" зарабатывает не только на лечении, но и на обучении: организует и курсы первичной специализации для врачей, которые хотят переучиться на гомеопатов. "Выучилось огромное количество народу: даже у тех врачей, которые принимают у меня в клинике, есть собственные гомеопатические центры. А я уже художник",— признается Любовь, указывая на образцы любительской живописи, украшающие ее квартиру.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...