 |
Прокурорская случайность
Утро 19 октября ничего катастрофического Николаю Аксененко не предвещало. Был, правда, один неприятный факт — надо было днем идти на допрос в Генпрокуратуру. Накануне пришлось подписать повестку, а до этого министр путей сообщения несколько раз проигнорировал вызовы в прокуратуру.
Как говорится в прошлогоднем анекдоте: "Нет ли у вас случайно лишней повестки в прокуратуру? Там сейчас собираются самые влиятельные люди".
Далеко не против всех вызывавшихся на допросы в Генпрокуратуру за последний год бизнесменов и чиновников были открыты уголовные дела. И в случае с Аксененко до прямых обвинений вроде бы дело дойти не должно было. Прокурорские чиновники жаловались в частных беседах журналистам: "Принесешь бумаги Устинову — надо предъявлять обвинение Аксененко. А он ни в какую: 'Что, накопали на миллион? Мало, копайте еще'".
Генеральный прокурор известен своей осторожностью в делах, связанных с сильными мира сего, и так просто он не дает согласия на открытие уголовного дела. Но, видимо, накопали, и согласие было получено. По крайне мере, 19 октября Владимир Устинов, по словам своих подчиненных, абсолютно спокойно выслушал отчет о допросе Аксененко: "Грозит, что будет жаловаться? Это его право".
Впрочем, в Генпрокуратуре утверждают, что не собирались так быстро выносить сор из избы. Следователи намеревались сохранить в тайне до поры до времени сам факт визита к ним Николая Аксененко. Но, по словам работников прокуратуры, произошел информационный сбой — случайно об обвинении Аксененко в превышении должностных полномочий узнали несколько журналистов, приглашенных 19 октября в Генпрокуратуру на брифинг совсем по другому поводу. Действительно ли это был сбой или продуманная акция, судить трудно. В любом случае информация о допросе и предъявлении обвинения Николаю Аксененко стала достоянием общественности.
Аксененко был просто взбешен. На следующий день, 20 октября, он в МПС собрал пресс-конференцию, на которой пообещал подать в суд на ряд СМИ, сообщивших о допросе, обвинил следователей в непрофессионализме и пообещал обратиться за помощью к высшей исполнительной власти, то есть к президенту. Однако вернувшийся 21 октября из поездки в Китай Владимир Путин на защиту своего министра не встал. Более того, замглавы президентской администрации Дмитрий Козак (кстати, в свое время претендовавший на кресло Владимира Устинова) выступил с очень неприятным для Аксененко заявлением. Он высказался в том смысле, что негоже апеллировать к исполнительной власти, когда в дело уже вступила власть прокурорская.
В понедельник, 22 октября, примерно в час дня перед вылетом следственной бригады в Мурманск Владимира Устинова принял президент. Что конкретно говорил генпрокурор Владимиру Путину, неизвестно. Но сложилось впечатление, что президента убедили в законности действий следствия в отношении министра путей сообщения. Погрустневший Аксененко в три часа дня поехал в "Александер-хаус", где рабочая группа бюро РСПП по реформированию МПС во главе с Олегом Дерипаской проводила "круглый стол". Мероприятие как мероприятие, разве что между делом министр заявил, что надо чаще встречаться с бизнесменами, а не со следователями.
На следующий день Николай Аксененко неожиданно ушел в отпуск, предварительно заявив, что не будет мешать следствию. А еще через два дня — 25 октября — Михаил Касьянов своим распоряжением назначил исполняющим обязанности министра путей сообщения первого зама Аксененко Александра Целько. Это беспрецедентный случай. Назначение и.о. (пусть и не президентским указом) при еще "живом" руководителе может означать только одно — неминуемую отставку.
Министерская ошибка
 |
Однако кое-что стало известно и без помощи Генпрокуратуры, например, из материалов аудиторских проверок Счетной палаты (СП). Аудиторы СП Владимир Пансков, Александр Кушнарь и Михаил Бесхмельницын проверяли МПС неоднократно. В поле их зрения попадали и отдельные железные дороги, и министерство в целом. Причем в их бригадах обязательно работали представители спецслужб и прокуратуры. Дело в том, что в прошлом году председатель Счетной палаты генерал-полковник Сергей Степашин заключил договоры о сотрудничестве со всеми силовыми ведомствами страны. Так что, строго говоря, Генпрокуратуре и МВД больше не нужны специальные представления СП о выявленных где-либо нарушениях в использовании бюджетных средств или госимущества. Они могут открыть уголовное дело и на основании информации, полученной непосредственно их сотрудниками.
В случае с Аксененко, как утверждают в СП, так именно и было. До самого последнего времени ни в какие спецслужбы Сергей Степашин никакой официальной информации не отправлял и, только узнав о том, что на Аксененко у Устинова "что-то есть", решил подстраховаться и направить ему представление о выявленных в МПС нарушениях.
Впрочем, как бы ни подчеркивали в Счетной палате благородство своего шефа, фактически неприятности с законом у Аксененко начались после того, как 15 июня на совместном заседании коллегий СП и МПС аудитор Бесхмельницын рассказал о тех нарушениях, которые и инкриминируются сейчас руководству МПС. А то, что после этой коллегии были отправлены представления в Минфин, ЦБ, МАП, а также соответствующие информационные письма Михаилу Касьянову и Владимиру Путину, но не в Генпрокуратуру, существа дела не меняет. Ход ему уже был дан.
Что же накопал аудитор Бесхмельницын? Во-первых, он обнаружил некую черную кассу, куда поступала часть нераспределенной прибыли железных дорог, а это прямое нарушение Бюджетного кодекса. Во-вторых, без надлежащего разрешения правительства (дело ограничилось лишь одобрением бывшего первого вице-премьера Бориса Немцова) в МПС были созданы пять централизованных внебюджетных фондов, в которых были аккумулированы более 50 млрд рублей, что на 15 млрд рублей больше, чем получило МПС из бюджета в 2000 году. Все эти деньги были потрачены, по мнению СП, нецелевым образом — на вклады в банки и коммерческие предприятия, покупку квартир высокопоставленным сотрудникам МПС, премии и зарплаты чрезвычайно раздутому персоналу. Кстати, весьма лояльные руководству МПС консалтинговые фирмы Arthur Andersen и McKinsey весной этого года, проведя свою аудиторскую проверку, пришли к выводу, что, хотя по формальным показателям 2000 года министерство получило прибыль более чем в 100 млрд рублей, которые были заложены в инвестиционные программы этого года, на самом деле, если следовать международным стандартам, прошлый год закончен с убытком в 24 млрд рублей. Деньги же были потрачены на различные социальные и культурные программы МПС.
Еще более тяжким нарушением являются скидки ряду экспедиторских компаний. Аудиторы СП выяснили, что МПС предоставляло тарифные льготы на перевозку грузов из Кемеровской и ряда других областей. Как правило, в наиболее выигрышном положении оказывались фирмы Transrail (российско-швейцарское СП, в тесной связи с которым семью Аксененко обвиняла пресса) и МТК "Юнитранс" (с "Юнитрансом" сотрудничает консалтинговая компания "Финартис", возглавляемая сыном Николая Аксененко Рустамом).
Правда, скорее всего, это лишь верхушка айсберга. Вряд ли здесь за что-нибудь могла серьезно уцепиться Генпрокуратура ("Мало миллиона, копайте дальше"). За такие должностные прегрешения в худшем случае уволят, но не отдадут под суд. Слишком много людей повязаны эмпээсовскими деньгами. Судя по всему, подчиненным Устинова удалось накопать что-то куда более серьезное. Иначе не смог бы генпрокурор доказать президенту правомерность предъявления обвинения министру путей сообщения.
Один против всех
 |
Став в 1997 году министром, Николай Аксененко уволил большое число прежних замминистров и начальников дорог. Естественно, этого они ему никогда не простят. По слухам, должности железнодорожных замминистров и начальников дорог стоят очень дорого, а связей и финансовых возможностей у отставленных вполне достаточно, чтобы достойно отомстить — пусть и через несколько лет.
В мае 1999 года Борис Ельцин колебался в выборе премьера между Аксененко и Степашиным. Аксененко, как считается, лоббировал Борис Березовский, Степашина — Анатолий Чубайс. Ельцин выбрал Степашина. Став первым вице-премьером, Николай Аксененко, как утверждают знающие люди в правительстве, тут же начал выживать Степашина из Белого дома. "В правительстве у меня до всего есть дело!" — таков был тогда лозунг первого вице. Дело дошло до того, что 5 августа 1999 года, когда Степашина в первый раз пытались отправить в отставку (окончательно это удалось через четыре дня), в кабинете Бориса Ельцина помимо Александра Волошина находился и Николай Аксененко. "Так, говорите, лучше не засиживаться?" — едко попрощался с Аксененко Степашин, видимо уже решивший, на какую должность пойдет после отставки.
Уволив в сентябре 1999 года при помощи бывшего министра энергетики Виктора Калюжного и ОМОНа президента "Транснефти" Дмитрия Савельева, Аксененко вызвал гневную отповедь Анатолия Чубайса, и раньше не отличавшегося большой любовью к главе МПС, и резкое недовольство тогда еще премьера Владимира Путина. Будущего президента, находившегося с визитом в Новой Зеландии, просто не поставили в известность о происходящем, и ему пришлось лично отдуваться перед прессой. К тому же Путину вообще не могло нравиться слишком часто встречаться с человеком, которого еще недавно Борис Ельцин прочил в премьеры, а может, и в президенты.
Аксененко удалось поссориться даже с Виктором Геращенко, о котором он еще в 1999 году сказал буквально следующее: "Чтобы принимать решения, нужно хорошо знать человека. Я недостаточно хорошо знаю Виктора Владимировича Геращенко. Для принятия решения нужно время, нужно посмотреть баланс, что сделано, а не только то, что и как он говорит".
Место для нового "Миллера"
 |
Отметим также, что Николай Аксененко летом лишился защиты группировки, которая всегда его поддерживала,— Александра Волошина, Романа Абрамовича и Олега Дерипаски. Министр путей сообщения неожиданно потребовал тройного увеличения тарифов на перевозку цветных металлов и сырья для их производства. Кроме того, он не допускал олигархов из РСПП, включая Дерипаску, к делу реформирования отрасли. Дерипаска был крайне возмущен. Помириться, по данным "Власти", им удалось совсем недавно: повышение тарифов было отложено. А если еще год назад Волошин предлагал Касьянову одобрить реформу МПС по-аксененковски, утверждая, что она "хорошая", то теперь он об этом уже не говорит.
В общем, Николай Аксененко мешал многим. Как заявили корреспонденту "Власти" источники в силовых структурах, "с Аксененко — так же, как и с Ремом Вяхиревым — невозможно договориться. Слишком много у него близких людей в отрасли, и слишком много перед ними обязательств. Место нужно расчистить". Под кого конкретно расчищается место, не так уж важно. Подобрать очередного "Миллера" не так уж трудно. Когда это будет сделано, помимо "Газпрома" у президента появится еще один толстый карман — ОАО РЖД.
КОНСТАНТИН СМИРНОВ, ЛЕОНИД БЕРРЕС
 |
|
