Впервые в Россию приехал господин Камю (Jean-Paul Camus), не тот, который романы "Чужой" и "Чума", а гораздо более известный — который коньяк. В ресторане "Грандъ-Опера" состоялся торжественный прием в честь господина Камю и его сына Кирилла (Cirill). Вячеслав Зайцев специально к визиту правнука основателя легендарного коньячного дома создал коллекцию "Версаль", которую показал во время ужина.
У входа в "Грандъ-Опера" толпились штатные халявщики светских банкетов. "Я из пресс-службы администрации президента",— убедительно сообщал о себе неопрятного вида господин в стоптанных сандалиях. Другой товарищ, в сером костюме и с такого же цвета подглазными мешками, ловко развернул веером сразу пять ксив с печатями разных СМИ: "Я журналист из ИТАР-ТАСС". Еще один гость назывался просто барабанщиком, но не мог предъявить ни барабана, ни палочек. Охрана была неумолима — псевдожурналист с барабанщиком остались злобно курить на улице.
В холле "Грандъ-Опера" гостей уже ждал wellcome-drink: Camus пяти-семилетней выдержки — почему-то с яблочным соком или со льдом. Народ садился за столы, время от времени подходил к барам, чтобы долить бокалы. Закусывали шоколадными конфетами, которые разносили высоченные девушки в золотых вечерних платьях от Зайцева. Главные из важных персон — политик Константин Боровой, певец Юрий Антонов, феминистка Мария Арбатова, режиссер Валентин Гнеушев, актер Сергей Шакуров, ресторатор Аркадий Новиков, телеведущая Аида Невская, актер Георгий Жженов, телеведущий Владимир Березин, актриса Ольга Будина, актриса Лариса Гузеева с супругом, совладельцем ресторана "Ностальжи" Игорем Бухаровым, сидевшие за отдельными столами, поглядывали в сторону ложи, где сидел сам господин Камю. Модельер Вячеслав Зайцев руководил девушками.
На сцену вышел молодой француз, оказавшийся сыном Жан-Поля Камю Кириллом. Сын представил отца и больше ни за что не отвечал. Жан-Поль Камю свою речь начал с сообщения, что "коньяк — это высокое искусство", а потом долго рассказывал о методах приготовления, способах употребления и семейных традициях Camus. При этом особо подчеркнул, что перед употреблением бокал с коньяком следует погреть в руках — что и без него почти все знали, но никак не могли сопоставить с льдом и соком, предлагаемыми при входе.
После чего гостям один за другим предложили попробовать несколько сортов Camus Grande VSOP (10-15-летней выдержки), "женский" коньяк Camus "Жозефина" (15-20-летней выдержки), Camus Extraordinare (выдержки свыше 20 лет), в 1999 году признанный лучшим коньяком мира. Элита сначала довольствовалась маленькими порциями в бокалах, а потом начала подходить к барам с просьбой "налить полный стакан".
Ведущий вечера Олег Назаров тут же объявил конкурс "Мисс Жозефина": дама, которая произведет на господина Камю самое сильное впечатление, получит в подарок бутылку "Жозефины". Победила актриса Ольга Будина, которая спела русскую народную песню. Следующая забава была посерьезнее. Был выставлен на торги коньяк Camus 1911 года, не продающийся в магазинах. Стартовая цена — 45 рублей, столько стоил коньяк Camus в СССР. Активными участниками торгов стали композитор Эдуард Ханок, журнал Le Gourmet и актриса Лариса Гузеева. Композитору тотчас напомнили, что недавно он с поэтом Ильей Резником удачно продал певцу Николаю Баскову песню, и теперь может сорить деньгами. В результате коньяк был куплен актрисой Гузеевой за $10 500.
— Игорь, ты на меня не обижайся,— сказала госпожа Гузеева, обращаясь к побледневшему мужу.— Этот коньяк я подарю тебе. За то, что полтора года назад ты родил мне ребенка.
К еде еще не приглашали. Подходили новые гости — телеведущая Екатерина Андреева, памятный советским людям специфическим голосом спецкорр Гостелерадио во Франции Георгий Зубков, режиссер Федор Бондарчук, директора ресторанов, владельцы виноторговых компаний.
Вышел Вячеслав Зайцев, представленный классиком моды и сравненный с Жан-Полем Камю. Господин Зайцев вывел на сцену актеров своего театра в одежде из новой коллекции "Версаль". О мужской части коллекции модельер сказал следующее:
— Хватит мужикам ходить, как обрезанные совки. Я предлагаю носить сюртуки и длинные вечерние пиджаки.
А о женщинах Вячеслав Зайцев сказал просто, что каждая — бриллиант, для которого нужна соответствующая оправа.
После показа одежды господин Камю сказал, как положено, что сегодня внутри него разрушился миф о несравненной красоте французских женщин, а российские женщины поразили его в самое сердце.
Гости продолжали подходить со стаканами за коньяком. Со сцены уже наливали Camus 1911 года (вынесли еще шесть бутылок, но больше на продажу выставлять не стали). Один господин, улучив момент, когда рядом с бутылками никого не было (в этот момент гостей пригласили к фуршетным столам), озираясь, схватил непочатую бутылку, засунул ее под пиджак и с высокомерным выражением лица отправился в сторону стола — но был-таки перехвачен бдительным ведущим.
Столы были сервированы богато: поросята и большие рыбы в красной смородине, несколько видов печеной, жареной, припущенной красной и белой рыбы в кляре, сыре, соусах и подливах, суши, крабы, омары, каракатицы, несколько видов телятины, большая сырная тарелка, экзотические фрукты, салаты, пирожные и шербеты.
Пока другие ели, на сцену вышел Георгий Жженов и рассказал стих про умирающего на помойке бомжа, вокруг которого стоят "Мерседесы", а в них — черствые и бездушные богатые люди. Гости на несколько минут оцепенели, помрачнели, а некоторые стыдливо опустили вниз глаза. Изумленный вид был и у господина Камю, которому перевели стих.
Впрочем, пауза длилась не более трех минут, после чего все продолжили угощаться. Несколько прилично одетых людей складывали еду в большие целлофановые пакеты. За ними с добрыми улыбками наблюдали охранники и официанты. "Ничего, пусть берут,— говорили они.— Все равно останется".
АЛЕНА Ъ-АНТОНОВА