"Санктъ-Петербургъ опера" показала премьеру "Адриенны Лекуврер" Франческо Чилеа. Опера о театре вдвойне вдохновила Юрия Александрова: он не только поставил спектакль, но и оформил сцену.
Франческо Чилеа, доживший до середины ХХ века, профессорствовавший в лучших итальянских консерваториях и трудолюбиво писавший одну за другой оперы, в истории музыки остался автором одного шедевра — "Адриенны Лекуврер" (1902). Героиня либретто по пьесе Скриба и Легуве — знаменитая прима "Комеди Франсез", любимица парижской публики и великого Вольтера. Актриса любит молодого графа, граф любит ее, но любим ревнивой принцессой, которая посылает сопернице отравленные фиалки. Жгучая мелодрама свершается под обворожительную музыку. В этой опере Чилеа открылись столь яркие и страстные мелодии, что Верди и Пуччини впору было бы завидовать. Секрет обаяния партитуры также и в том, что в лучших традициях итальянского театра лирические сцены здесь чередуются с буффонными интермедиями из закулисной жизни.
Именно театр в театре — то, что главным образом вдохновило Юрия Александрова. У него в опере действуют то ли люди, то ли маски. И страсти, и злодейства — не разберешь, настоящие или балаганные. Актеры, разряженные в невероятные разноцветные тряпки, кривляются и паясничают. Но и "настоящий" сюжет разыгрывают чудовищно одетые люди с преувеличенной жестикуляцией. Ощущению условности только способствует отсутствие сценографии: оформление Юрия Александрова заключается в том, что на авансцене расставлены кресла и ширмы, а за пологом в глубине спрятана кровать.
"Адриенна Лекуврер" во многом напоминает другой александровский спектакль, "Viva la Mamma" Доницетти, комическую оперу про оперу. Казалось бы, в случае с Чилеа все должно быть серьезнее. Но и в такой версии есть своя правда. Театр Юрия Александрова лишен снобизма, и это не просто его свойство, это программа.
По сравнению с Мариинским театром, где опера подается как дело традиционно элитарное, по возможности современное и очень дорогое, здесь производят демократичный ширпотреб. Но подобно тому, как искусство временами обнаруживается в фильмах категории Б, в александровских спектаклях есть такие возможности и такие достоинства, которым нет места на академической сцене. Режиссер играет в поддавки со зрителем. Подыгрывает массовому вкусу. Подсовывает ему вульгарную поделку, а в ней — двойное дно. Шаржированная "Адриенна Лекуврер" в конечном счете кажется размышлением о природе и судьбе оперного искусства, в котором один шаг разделяет не столько великое и смешное, сколько высокое и пошлое. Однако привлекательность этому спектаклю придает как раз то, что сделано без всяких кавычек.
"Санктъ-Петербургъ опера", может, и не самая сильная труппа, но зато бурно прогрессирующая. За последние сезоны оркестр под управлением Михаила Виноградова стал подвижен и аккуратен, а солисты распелись. Если у Елены Севериной в заглавной партии были очевидные трудности с воплощением великой актрисы, то дуэт ветреного графа и ревнивой принцессы удался. Лариса Иванова выказала совершенное владение интонациями роковой женщины и богатство тембра. Новый премьер театра Сергей Алещенко, обладающий столь штучным товаром, как хороший лирический тенор, явно метит в местные Паваротти. Между тем 24 июня в Мариинском театре Юрий Александров представляет премьеру "Отелло". Интересно, удастся ли ему сделать веселый спектакль из последней трагедии Верди.
КИРА Ъ-ВЕРНИКОВА, Санкт-Петербург