«Все мы — результат нашего прошлого»

Фатих Акин о геноциде армян и о своем новом фильме «Шрам»

В прокат выходит «Шрам» — фильм немецкого режиссера турецкого происхождения Фатиха Акина, получавшего за другие свои работы призы на Берлинском и Каннском кинофестивалях. Новый фильм посвящен событиям столетней давности — геноциду армян солдатами Оттоманской Империи. До последнего времени эта тема в Турции считалась не только запретной, но и опасной. Анна Наринская поговорила с Фатихом Акином.

Страшная жестокость турецких солдат показана в вашем фильме весьма детально. Некоторое время назад за одно только упоминание писателем Орханом Памуком самого факта геноцида против него было возбуждено уголовное дело, его травили в турецкой прессе. Вы не ожидали чего-то подобного?

С тех пор как Орхан Памук осмелился упомянуть в интервью геноцид армян, и особенно после убийства в 2007 году в Стамбуле главного редактора армянско-турецкой газеты Гранта Динка, многое изменилось. Так что я не ожидал прямо-таки преследований на уровне государства. Я мог бы сейчас порисоваться перед вами, сказать, что снял кино несмотря на возможные угрозы,— но не стану. Другое дело, что, конечно, до сих пор в Турции геноцид армян 1915 года — в некотором роде табу. И политическое и человеческое, если можно так выразиться. О нем, безусловно, не говорят СМИ, но о нем практически и не упоминают люди. И для меня было важно не только рассказать историю, сделать фильм, но и высвободить, скажем так, тему геноцида. Сделать так, чтобы он стал предметом если не обсуждения, то хотя бы говорения.

То есть угроз не было?

Убийство Динка и последовавшие за ним демонстрации и расследования стали в какой-то мере катарсисом. После всего этого, как я уже сказал, ситуация изменилась. Мой фильм был показан в Турции. И мне не было предъявлено никаких официальных претензий. Все правительственные источники хранили полное молчание. Даже странное молчание. В интернете, конечно, было полно нападок. Но на кого сейчас нет нападок в интернете?

Это точно. Особенно если иметь в виду, что подобные нападки на ваш фильм могут быть с любой стороны. Начинается он, конечно, как обвинение против конкретного преступления, но по мере развития сюжет предлагает картину человеческой безжалостности вообще. Скажем, в Америке, куда в конце концов попадает ваш герой, его, конечно, не убивают из-за его национальной принадлежности, но обходятся с ним совершенно ужасно.

Да, я считаю, что жестокость не регламентируется географией, что совершенно любой человек может быть и палачом и жертвой. Человеческая двойственность — это же архаика, это вечное. Я верю в то, что человек, способный на жестокое убийство, в то же самое время способен на самоотверженный, благородный поступок. Люди не делятся на рожденных хорошими и рожденных плохими. Это точно. Вот нацистская Германия — это же было целое поколение людей, восторженно голосовавших за Гитлера, им вообще Гитлер нравился как идея, они были искренними его последователями. И конечно же, большинство из них знало об Освенциме и Дахау и вообще о том, что происходило с евреями. И вот несколько десятилетий спустя немцы совсем другие — демократичные и толерантные. Значит ли это, что то поколение было плохим, злым поколением? А новые поколения — они что, добрые? Как в такое можно верить? Все люди одинаковы — все зависит от того, какую сторону они выбирают.

И что же в конце концов делает людей различными? В смысле — что заставляет одних принимать сторону зла, а других — не принимать ее?

Многое. Внешние обстоятельства. Бедность (или, в обратном случае, благополучие). Отсутствие или, наоборот, наличие образования. Да, образование, по-моему, один из важнейших моментов. И оно нуждается в постоянной защите. Зло рождается в темноте. Все мы — результат нашего прошлого, чтобы не оступиться, нужно для начала знать об этом прошлом правду. Вот вы и я: мы, такие, как мы есть,— результат истории. Холодной войны и всего, что с ней было связано. На меня, например, безусловно наложило отпечаток то, что я родился в оккупированной стране.

Да? Вы же родились в ФРГ.

Я и говорю — я родился в оккупированной стране, в которой заправляли американцы. Они говорили нам, к примеру, что русские — это враги. Я вырос с этим знанием. Но именно образование, которое мне удалось получить, заставило меня взглянуть на картину по-другому. Именно образование! В Оттоманской Империи образованные люди — это же были меньшинства: евреи, христиане. А основная масса народонаселения — крестьяне и солдаты без всякого образования. В этом, во многом, и коренятся причины трагедии 1915 года. И у большей части зла, которое происходит в мире сегодня, подобная причина — всеобщая дремучесть. Я уверен.

В прокате с 19 февраля

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...