Коротко

Новости

Подробно

Фото: Владимир Луповской / Коммерсантъ

Макбет и пустота

Спектакль Люка Персеваля в "Балтийском доме"

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 11

Премьера театр

Театр-фестиваль "Балтийский дом" показал премьеру спектакля "Макбет". Это первая постановка знаменитого фламандца Люка Персеваля на российской сцене. Смотрела ЕЛЕНА ГЕРУСОВА.


"Макбет" Люка Персеваля вырастает из густого тумана, стелящегося до первых рядов зрительного зала. Огромная сцена "Балтийского дома" открыта во всю глубину и расчерчена поперечными, скрещивающимися под острыми углами балками. Над спектаклем с Персевалем работали художник по свету Марк ван Денессе и художник-постановщик Аннетт Курц.

Герои медленно появляются на сцене в контровом свете и, как по нотному стану, располагаются по этим странным линиям. Странными, ирреальными существами рассаживаются на этих балках ведьмы. Их больше, чем у Шекспира, целых восемь бессловесных, спрятавших голые тела и лица за длинными гривами волос. В тумане и темноте все время действия спектакля они плетут свой печальный ирреальный танец. Пластическое выражение какого-то мытарства, бесконечного страдания, утратившего человеческое выражение. Страдания, превратившегося в животное томление, утратившего свой сакральный смысл, не имеющего ни очищения, ни избавления.

Постепенно и леди Макбет (Мария Шульга) в своем телесного цвета платье, c растрепавшимися волосами становится все более похожа на них, лишенных индивидуальности. Эти существа вроде бы сохраняют человеческий облик, но уже переступили черту человечности. В одной из финальных сцен, вырвавшись из месива ведьм, леди Макбет в бессильном последнем объятии приникает к мужу (Леонид Алимов), но спасения уже нет.

Свой спектакль Люк Персеваль ставит без историзма и, уж конечно, без исторических и политических аллюзий. И Дункан, и Макбет носят здесь современные костюмы и бумажные короны (художник по костюмам — Ирина Рябова). История борьбы за власть в спектакле дается пунктиром, борьба за корону здесь лишь побочная линия общего морального саморазрушения героя, ступившего на территорию зла.

Многофигурный сюжет "Макбета" в спектакле "Балтийского дома" укладывается в два часа сценического времени. Идет в переводе Ирины Корневой. "Макбет" здесь становится почти монодрамой заглавного героя. Леонид Алимов играет спектакль, почти не покидая авансцены. Босиком, в расхристанной рубахе, он начинает спектакль с долгой паузы. Резко окунает голову в ведро с водой и начинает монолог, пока еще полный сомнений. Мотив омовения в спектакле множится и перерождается, смыть грех уже невозможно, но можно попытаться залить, заглушить муки совести, и в руках Макбета все чаще оказываются бутылки. Но спектакль, ясное дело, не об алкоголизме. Он об обступающей Макбета пустоте, о том, как легко человек может лишиться наполненности жизни.

У Леонида Алимова в этом спектакле вышла очень серьезная роль, даже рассказ — о человеке, столь быстро прошедшем путь сомнения и решившемся на ряд преступлений и предательств и предавшем в первую очередь мир и спокойствие собственной семьи. В этом спектакле Макбет оказывается побежден не войском, а немотствующей и мытарствующей вокруг него пустотой. Звучит, может, излишне поэтично. Но ведь так оно и есть.

Спектакль Люка Персеваля строгий и вместе с тем очень сложный по форме, вокруг соло Макбета в нем выстроена симфония пустоты, выраженная в танце, сценографии и музыке. Музыкой в спектакле занимались Лотар Мюллер и Павел Михеев, оба экспериментаторы. И спектакль идет в живом звуковом сопровождении. Так что если одним словом, то "Макбет" Люка Персеваля это не трагедия, а баллада о потерянной душе. И баллада почти готическая.

Комментарии
Профиль пользователя