Коротко

Новости

Подробно

Фото: Ъ

Несовершенное будущее

"Dance платформа плюс" в Екатеринбурге

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 15

Премьера балет

В Екатеринбургском театре оперы и балета при поддержке фонда "Евразия-балет" состоялась "Dance платформа плюс", на которой обучающиеся на "Dance платформе" молодые хореографы показывали результаты своих трудов. ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА оценивает перспективы уникального проекта.


Помимо всего прочего в России дефицит хореографов. Давний-предавний, еще со времен раннего советского застоя. Причин тому множество, одна из очевидных — система подготовки. По бумагам дипломированных балетмейстеров, обученных в полном соответствии с государственной методикой, выпускают пачками — и РАТИ, и Петербургская консерватория, и Академия Вагановой и разнокалиберные Институты культуры. На практике же готовых хореографов — шаром покати. На Западе их тоже немного, но все же молодые авторы заявляют о себе довольно регулярно, хотя "консерваториев не кончали". Рождает их система workshop — это когда в солидной балетной компании особо беспокойные танцовщики ставят опыты на своих коллегах, а потом предъявляют их публике. Как показал опыт, такая интенсивная производственная практика гораздо эффективнее, чем четырехлетняя сдача сессий сочувствующим экзаменаторам.

В России западную систему попробовал было внедрить лет десять назад тогдашний худрук Большого Алексей Ратманский, отдав артистов театра на растерзание начинающим хореографам. "Мастерские" Большого были закрытыми для публики, через пару лет накрылись вовсе, и в те времена никому бы в голову не пришло, что начинающие авторы Алексей Мирошниченко и Вячеслав Самодуров дорастут до худруков Перми и Екатеринбурга, а Юрий Бурлака станет впоследствии худруком балета Большого и заработает мировую репутацию серьезного реставратора старины.

Нужное дело, заглохшее в Москве, в 2012 году возродил в Екатеринбурге его былой участник Вячеслав Самодуров, только что назначенный худруком местной балетной труппы. Проработав на Западе большую часть своей артистической карьеры, он знал, как организовать процесс: желающие поучаствовать присылают по интернету свои работы, независимые эксперты выбирают восемь лучших (два места закреплено за екатеринбуржцами, два — за иностранцами). К началу сезона избранники съезжаются в театр, выбирают себе артистов (от одного до четырех) и за две недели, пока сезон только набирает ход, ставят номера (длительностью от одной до восьми минут), после чего результаты показывают зрителям. По весне лучшие работы расцветают еще раз: на концерте "Dance платформа плюс" к ним прибавляют работы уже состоявшихся современных авторов. Такой, практически международный, формат — единственный в России; "Мастерские", работающие на фестивале "Мариинский", выискивают молодых хореографов преимущественно в подшефном хозяйстве — среди студентов Академии Вагановой.

Если доверять пословице "Краткость — сестра таланта", нынешняя "Dance платформа плюс" талантами изобиловала: в первом отделении оказалось целых 11 номеров, уложившихся в щадящие 45 минут. Какой-то радостной глупостью выделялась "Офелия" уже не начинающего хореографа Рюнтю. Автор поставил номер в стертой псевдоклассической стилистике, а весь доступный ему авангардизм вложил в нетривиальную трактовку: Офелия, приревновав чрезмерно любвеобильного Гамлета, в финале сняла с него скальп. Юношеским перфекционизмом запомнился "Прелюд Франка": Антон Дорофеев связал себя намерением поставить трио, в котором его участники не разрывали бы сцепленные руки. В сочинении довольно эффектных неразрывных поз и поддержек хореограф даже преуспел, однако искусственность исходной задачи превратила его миниатюру в упражнение на ограничение возможностей. Артист екатеринбургской труппы Александр Хеглинд явил навыки опытного ремесленника, складно и гладко провернув три мини-дуэта в номере "Сны Морфея".

Хитом программы стал одноактный балет "Вакансия", поставленный на музыку Шуберта и Гайдна 29-летним Константином Кейхелем. Прототипом этой комедии непослушания явно послужили прелестные килиановские "Шесть танцев"; оттуда взяты выбеленные клоунские лица артистов, стоящие дыбом волосы, шаловливая классицистская музыка, даже костюмы — белые портки мужчин и лифы с панталончиками у женщин. К чести молодого Кейхеля, он не пытался копировать гениального Килиана, а почти обошелся своими силами. Их хватило на экспозицию с краткими портретами-представлениями действующих лиц и массовую коду, но не достало на сколь-нибудь развернутое адажио и более или менее внятные ансамбли. Обиднее всего — нехватка режиссерских навыков, фатальная для сюжетного балета. Выпустив на сцену орду буйных школяров и противопоставив этой толпе юных либералов завхоза-начальника в бериевских очках и фартуке мясника, хореограф не сочинил ни конфликта, ни его разрешения. Антагонисты существуют параллельно, не вступая в контакт: детишки резвятся, начальник неодобрительно наблюдает.

Однако и несовершенная "Вакансия" имела бешеный успех у артистов, отрывавшихся в ней с ребяческим наслаждением, и у похохатывающих зрителей, переполнивших зрительный зал к немалому удивлению корреспондента "Ъ". Похоже, ни те, ни другие просто не предполагали, что балет умеет шутить. Но шутки шутками, а ведь через десяток лет из такого вот массовика-затейника запросто может вырасти хореограф-начальник. Если, конечно, какой-нибудь завхоз в очках не захочет положить конец этому празднику балетмейстерского самовоспроизводства.

Комментарии
Профиль пользователя