Коротко

Новости

Подробно

Журнал "Коммерсантъ Деньги" от , стр. 12
 Конец одной революции

       В воскресенье, 16 января, к центральной проходной Выборгского целлюлозно-бумажного комбината подошла группа рабочих и предложила охранникам разойтись. Одновременно бетонный забор преодолели еще полторы сотни человек и, собравшись у проходной, перекрыли охранникам путь к отступлению. Переговоры длились несколько минут. После того как к воротам подъехала пожарная машина с расчехленным брандспойтом, охрана сдалась. "Все! — сказал один рабочий.— Едет новый хозяин. Народное предприятие закрывается".

Из искры возгорелось пламя
       Выборгский ЦБК считается одним из самых современных предприятий отрасли. Его технологическое оборудование позволяет выпускать упаковочный картон и бумагу для высококачественной полиграфии. Плановая мощность завода составляет 30 тыс. тонн целлюлозы и 56 тыс. тонн бумаги в год.
       Черные дни для комбината наступили после приватизации, в 1994 году. Контрольный пакет акций ЦБК перешел тогда к американской компании Alliance Cellulose Ltd. — дочерней структуре инвестиционной компании New Century. Однако американцы с управлением не справились. Вскоре после продажи завода объемы его производства стали быстро сокращаться. Большинство рабочих уверено, что американцы обескровили завод, распродавая продукцию по дешевке. Доподлинно известно лишь то, что свою инвестиционную программу американцы провалили. Денег для диверсификации производства (на комбинате планировалось наладить выпуск многих видов бумажной продукции) им найти не удалось.
       В результате недолгого правления Alliance Cellulose комбинат в 1996 году был признан банкротом и права на его имущественный комплекс за $32 млн приобрела зарегистрированная на Кипре компания Nimonor Investments, учрежденная частными лицами (среди них, в частности, была Нина Ванг, владелица крупнейшей в Гонконге строительной фирмы Chinachem).
       Представители Nimonor сразу же заявили о готовности инвестировать в развитие производства $25 млн, сократив число рабочих на 40% (с 2500 до 1500 человек). Официальное сообщение о планах компании было распространено в конце января 1998 года. А 1 февраля рабочие ЦБК объявили стачку, выбрали собственную администрацию и объявили о создании "народного предприятия".
       
Целлюлозно-бумажная республика
       Что, собственно, должно представлять собой "народное предприятие" и чем должна закончиться стачка, большинство рабочих плохо себе представляло. Впрочем, глубокого понимания сути классовой борьбы от революционных масс и не требовалось. Из пролетариата были сформированы дружины для охраны предприятия — в свободное от работы время.
       Возглавил дружину, а заодно и профсоюзный комитет Осип Кикибуш, бывший начальник охраны ЦБК. Помимо идеологической работы профком занялся и коммерческой деятельностью. Он учредил ЗАО "Выборгский ЦБК" — юридическое лицо, представляющее народное предприятие и заключающее сделки от лица комбината. Директором АО при поддержке Кикибуша был выбран депутат Выборгского муниципального собрания Александр Ванторин — отставной офицер, занимавшийся мелким предпринимательством (рабочие говорят: "торговал селедкой").
       Ванторин и Кикибуш сумели организовать военную и политическую подготовку кадров: рабочие бригады посменно и круглосуточно охраняли комбинат. Причем дежурить они стали не только в свободное, но и в рабочее время: производство на комбинате вскоре после создания "народного предприятия" остановилось. Повышенная боевая готовность оказалась не лишней — стачкомовцы сумели изловить и выдворить с комбината делегацию Nimonor Inv., когда та десантировалась с вертолета.
       Однако через несколько месяцев союз Ванторина и Кикибуша распался. Бывшего охранника на посту лидера профкома сменил Виталий Киряков. Как говорят сейчас на комбинате, причиной тому стала амбициозность нового директора, который принял решение о единоличном управлении деньгами и имуществом ЦБК. Один из соратников Ванторина рассказал корреспонденту "Денег" об этой истории так: "Новый директор стал отстраняться от профкома. Через несколько месяцев директорства у Ванторина появилась новая иномарка, сотовый телефон и какие-то странные помощники, их знали только по именам,— Саша и Ашот. К тому моменту единственным источником средств для комбината была продажа остатков продукции со складов. Причем делать это было непросто: многие партнеры сомневались в легитимности сделок Ванторина, ведь комбинат принадлежал кипрской компании".
       Так или иначе, к лету 1999 года профком и рабочие разочаровались в Ванторине. По некоторым данным, уже тогда планировалось сместить его с поста. Сделать это помешала пришедшая из Петербурга новость: Nimonor перепродал права на комбинат какой-то английской компании. Перед лицом нового врага рабочие не решились менять лидера, и Ванторин остался на посту директора "народного предприятия" еще на полгода.
       Когда летом 1999 года петербургские бизнесмены Александр Сабадаш и Алексей Шмаргуненко, владельцы британской компании Alcem UK Ltd., решили выкупить у Nimonor Investments Ltd. права на имущество Выборгского комбината, предприятие уже было должно $4 млн кредиторам, бюджету и собственным рабочим.
       
Октябрьский переворот
       Сабадаш и Шмаргуненко поначалу совершенно неправильно оценили обстановку. Ни тот, ни другой никогда не были связаны с целлюлозной отраслью: Сабадаш руководит группой АФБ, занимающейся производством водки, Шмаргуненко — председатель совета директоров Волховского алюминиевого завода и член совета директоров Пикалевского глиноземного комбината.
       Nimonor был рад избавиться от комбината, рыночная цена которого превышает $400 млн. И бизнесмены решили рискнуть, не особенно представляя себе обстановку на комбинате. "Мы решили, что нескольких милиционеров хватит, чтобы разогнать бунтовщиков на комбинате,— говорит теперь Шмаргуненко.— Это была, конечно, серьезная ошибка".
       В ночь на 14 октября Александр Сабадаш вместе с судебными приставами и подразделением тюремного спецназа "Тайфун" попытались попасть на комбинат, разгоняя рабочих дубинками и "черемухой". Результаты этой акции известны всей стране — спецназ не смог справиться с рабочими. Во время штурма Александр Сабадаш получил серьезные телесные повреждения и был вынужден уехать на лечение в Германию.
       Рабочие ликовали несколько дней. Единственное, что их смущало,— в самый решительный момент куда-то пропал Ванторин. Его искали три дня. Он приехал на комбинат только 17 октября и заявил, что был в Москве по важному делу: договорился с федеральными властями о финансировании и запуске производства, а с ФСБ — о помощи в охране комбината. Все это звучало как-то неубедительно, и ему никто не поверил. Вспомнились и старые разочарования — все обиды, накопленные за два года управления Ванторина. Разлад в революционных массах стал первым шагом к развалу "народного предприятия".
       
Измена
       Потерпев сокрушительное поражение, Сабадаш и Шмаргуненко решили сменить тактику. Учрежденное ими ОАО "Выборгская целлюлоза" в декабре открыло офис в поселке Советский, в котором живут почти все работники ЦБК. Каждый их них мог написать заявление о приеме на работу в новое АО и получить 1000 руб. в качестве аванса. На самом комбинате зарплату не платили уже несколько месяцев. Интересно, что инициатором переманивания рабочих стал председатель профкома Виталий Киряков. Как только руководству завода стало известно о его сотрудничестве с "капиталистами", Киряков был уволен. Именно он посоветовал Сабадашу и Шмаргуненко публично объявить, что в случае их прихода на комбинат будет сохранен профиль предприятия и все рабочие места. Это заявление сыграло решающую роль. К январю на работу в "Выборгскую целлюлозу" перешло около двух тысяч человек — большинство работников.
       Теперь уже владельцы могли обойтись без поддержки милиционеров. Полторы сотни рабочих легко вошли на комбинат. Силу применять не пришлось. Они просто отобрали у охранников ключи от административного здания и вручили их Алексею Шмаргуненко. Революция на Выборгском ЦБК закончилась.
       
       АЛЕКСЕЙ СМИРНОВ
       
Комментарии
Профиль пользователя