Лидер Госсовета Чечни МАЛИК САЙДУЛЛАЕВ ведет переговоры о сдаче Грозного. Как он заявил корреспонденту Ъ МУСЕ Ъ-МУРАДОВУ, до 80% боевиков готовы покинуть город. Чтобы уговорить их уйти, Сайдуллаев со своими сторонниками собирается отправиться в осажденную столицу Чечни.
— Мы побывали во многих населенных пунктах, встречались с разными людьми, в том числе и с теми, кого называют полевыми командирами и боевиками. Результат наших встреч — это бескровное освобождение многих чеченских сел от боевиков. Я разговаривал с 80% чеченских полевых командиров, все они прекрасно понимают бессмысленность сопротивления российской армии и готовы выйти из войны.
— Кто из наиболее видных полевых командиров изъявил такое желание?
— Я не могу сейчас называть их имена. Но подчеркиваю: они согласны сложить оружие и жить по законам Российской Федерации при определенных условиях. Это люди, принимавшие активное участие в первой чеченской войне и сегодня составляющие костяк вооруженных чеченских формирований.
— А могли бы вы назвать имена тех, с кем в принципе не будут вестись переговоры?
— Это Басаев, Удугов, Бараев, Яндарбиев и некоторые другие персоны, чьи руки запачканы кровью невинных людей. С этими деятелями принципиально не может быть никаких переговоров. К их числу, естественно, относятся и лидеры ваххабитов.
— На днях под контроль федеральных войск перешли два крупнейших населенных пункта республики — Урус-Мартан и Шали. Удивляет легкость, с которой это произошло. В чем тут, на ваш взгляд, дело?
— В том, что абсолютное большинство боеспособных чеченцев не настроены воевать. Ни один из более или менее серьезных чеченских вооруженных отрядов в бой с войсками еще не вступал. Я надеюсь, этого и не произойдет. Басаев, Бараев и иже с ними потеряли самое главное — социальную базу. От них отвернулись не только простые люди, но и те, кто воевал с ними в первую войну. Чеченцы поняли, кто их истинный враг. Поэтому во многих селах ваххабитам предложили убраться. Уверен, что не бомбы и ракеты, а настрой местных жителей сыграл решающую роль в бескровном освобождении большей части территории республики.
— Какова участь Масхадова?
— Я думаю, что в течение нескольких дней Масхадов сам об этом скажет. На мой взгляд, он должен сложить с себя полномочия президента. Другого выхода у него нет. Если даже он сейчас вдруг изъявит желание в качестве президента бороться с террористами, то ему уже никто не поверит. Если он сложит с себя полномочия, то получит соответствующие гарантии на будущее, полагающиеся экс-президенту республики.
— Вы пытались выйти на контакт с Масхадовым?
— Нет, и не считаю это нужным делать. У Масхадова было достаточно времени и возможностей, чтобы обуздать бесчинствующие бандитские группировки. Но он для этого не ударил пальцем о палец. Он все время искал оправдание, а не возможность что-то изменить. Более того, сейчас он заседает в одном штабе с теми, кто прямо виноват в бедах чеченского народа — с Бараевым и Хаттабом. Именно за ними, а не за Масхадовым, к сожалению, решающее слово.
— Что ждет чеченскую столицу?
— Со своей командой я на днях отправляюсь в Грозный. Мы рассчитываем встретиться с лидерами боевиков и уговорить их уйти из города. Я очень надеюсь, что нам удастся это сделать. В противном случае от Грозного ничего не останется и прольется много крови как с одной, так и с другой стороны. А самое страшное — погибнут тысячи ни в чем не повинных мирных горожан.
— Как складываются ваши отношения с Бисланом Гантамировым?
— Никак. Я не совсем понимаю, на каком основании, с точки зрения российского закона, вооружили его сторонников. Мне, например, не позволили даже пистолет для самообороны иметь. Гантамиров, насколько мне известно, ни в каком звании в российской армии или внутренних войсках не состоит. Вооруженных гантамировцев называют ополченцами. Я такую единицу, как ополченцы, в силовых структурах России тоже не знаю.
— Насколько военное командование согласовывает свои действия с Госсоветом Чечни?
— Вообще не согласовывает. Я неоднократно обращался к Квашнину с просьбой запретить массированные бомбардировки населенных пунктов. Однажды прямо при мне начальник Генштаба Вооруженных сил России отдал указание командующим объединенной группировкой в Чечне Виктору Казанцеву прекратить удары по селам. Некоторое время действительно перестали это делать. Но после очередной провокации боевиков удары продолжились. Мое родное село Алхан-Юрт разрушено больше чем наполовину.
— Как, на ваш взгляд, будут развиваться события в Чечне дальше?
— Я оптимист и надеюсь, что Новый год чеченские беженцы встретят дома, вокруг елки.