В президентском Совете по правам человека надеются на амнистирование фигурантов "Болотного дела". Такую возможность не исключил Владимир Путин на встрече с членами дискуссионного клуба "Валдай". Вопрос об амнистии задал сопредседатель РПР–ПАРНАС Владимир Рыжков. Политолог Алексей Мухин считает, что оппозиции нужно чаще вступать в разговор с властью.
Заседания "Валдая" на этот раз вышли из клубных рамок из-за необычно широкого состава участников, что позволило сильно сделать тематику мероприятия разнообразной. В основном, речь шла о складывании образа России будущего, поэтому широкое представительство разных, в том числе и политических сил, оказалось уместным. Поэтому и присутствовали практически все наиболее видные представители разных идеологических групп.
Важным было то, что президент на Валдае фактически представил свою команду, тех, на кого он рассчитывает, –– С. Иванов, В. Володин, С. Шойгу, С. Лавров и С. Собянин. Кстати, и протестующие добились своего –– внимание верховной власти к ним как субъектам политического процесса теперь очевидно. В кулуарах даже шутили: если хочешь быть услышанным президентом, надо стать несистемщиком.
Надо сказать, что посещение Валдая для "внесистемных" оппозиционеров было весьма эффективным и свою часть политических обязанностей перед соратниками они выполнили, прямо попросив президента об амнистии для подсудимых по т.н. болотному делу. А вот реакция протестной среды в интернете на выступление президента была, в общем, предсказуемо негативной: все, что ни делает власть, все плохо.
Сегодня ситуация в обществе поменялась. То, к чему сейчас призывает президент, — это игра по правилам, системный подход; то, что он делает, — это шаги навстречу оппозиции, фактическое исполнение некоторых их требований. Возможно, это должно подвигнуть лидеров протестных групп в ответ участвовать в дискуссии для того, чтобы в более корректной форме, аргументировано доводить до власти требования протестующего сегмента общества. Неучастие же в этом дискурсе неизбежно маргинализует любого политика, низводя его статус до "диванного".
В общем, кто хотел –– оторвался от дивана и выполнил свои обязательства перед соратниками, а кто не захотел или испугался –– остался на нем сидеть.