С начала нулевых спокойных лет, с тех пор, как нефть и газ подорожали, общественных проблем в России нет. Осталось только справиться с бомжами. И то сказать: утих недавний шторм. Сверкает все: от палубы до трюма. На данный час от времени реформ остались лишь бомжи — да, может, Дума. Сегодня знает каждый идиот: реформы — зло. Я первый их отрину. Но Дума нам витрину создает — бомжи ж, напротив, портят нам витрину. Как мы пред внешним выглядим врагом? Как имидж исправлять? Не биться лбом же! Тут нанотехнологии кругом, а на любом вокзале — бомж на бомже. Они сидят в метро уже с шести, торчат в подъездах, чтоб им было пусто. Их надо бы под корень извести посредством дихлофоса или дуста. Но как-то не решается вопрос. Наш социум ослаблен и обаблен. Нет санкции пока на дихлофос, а без него какая же борьба, блин?
Отпали почки — поздно пить боржом. Пусть ты герой, до подвигов охочий, но очень трудно справиться с бомжом, особенно без должных полномочий. Есть важная особенность в бомже: никак не извести его без крови. С ним все, что можно, сделали уже и очень трудно сделать что-то кроме. Ему ничто на свете не грозит — он все успел пройти, покуда вырос. Он более живуч, чем паразит, и плюс приспособляется, как вирус. Он вечно жив: сколь снегу ни валить, сколь солнцу ни палить, покуда лето, сто олигархов легче удалить, чем одного бродягу сжить со света. Клиент-магнат податлив, уязвим, боится за деньгу, поместье, имидж, — приятно и легко работать с ним, а у бродяги хрен чего отнимешь. Живет бомжей зловонный легион — их разве что еще не убивают: гоняют, бьют, выкидывают вон, но как-то все они не убывают. Испробованы, в общем, меры все — отчаянье берет на самом деле. Псам скармливать — обидится ОБСЕ, сажать — так ведь они уже сидели. Что делать, как давить? Бессилен стих, статистика сбивается со счета: и главное, что именно от них все зло в России. От кого ж еще-то? Где язвы, где проблемы — покажи? Кто омрачает счастье миллионов? Картину мира портят лишь бомжи, да изредка Каспаров и Лимонов. (Касьянов, может быть, еще хужей в протестном мельтешенье муравейном, но он уже почти в числе бомжей, поскольку дачу отняли Хинштейном.)
Конечно, в каждом городе большом возможно без облав и без героев. За пару лет расправиться с бомжом, ночлежек и лечебниц понастроив. Раздать одежду каждому — владей! Лечить от паразитов и запоя. И вообще — увидеть в них людей и исходить из этого. Но что я! Идеализм — прямой пособник лжи. Пора внимать общественным запросам: ведь это же не люди, а бомжи!
Тогда уж лучше сразу дихлофосом.
Иллюстрация ГЕОРГИЯ МУРЫШКИНА