№ 20 / май 2004
Уважаемый Борис Васильев! Заранее прошу прощения за острые слова.
Я намного моложе вас, читал ваши книги, пережил не столько, сколько вы, но я не согласен с вашими откровениями по поводу парадной армии. Вы, будучи потомственным офицером, говоря о том, какая должна быть армия, не упомянули одного самого главного ее качества — армия должна быть прежде всего БОЕСПОСОБНОЙ. Но как она может стать боеспособной, если даже вы хотите сделать ее парадной? Нам не изменить мир, и войны будут всегда и в разных местах. Хотим мы воевать или нет, но Россия должна участвовать в военных конфликтах и набираться опыта военных действий на практике, а не в штабах. Тогда она будет сильной и проигрывать будет меньше. Вы наверняка знаете, что большинство личного состава в Афганистане мы потеряли в первые два года войны. Мы ее не выиграли, но приобрели опыт. То, что мы вышли оттуда с позором, было обусловлено ее позорным началом. Она в самом начале была проиграна, поскольку опыт военных действий нас, к сожалению, ничему не учит. О цене этого опыта отдельный разговор. Но все же этот афганский опыт вынуждает с нами считаться тех же американцев. Они не занимаются демагогией. Они присутствуют везде и постоянно совершенствуются, хотя, конечно, прикрываются демократией. Это всем понятно. Нам бы у них позаимствовать Кондолизу Райс, или Олбрайт, или хотя бы поучиться у них — бескомпромиссности и одновременно гибкости в достижении целей и отстаивании своих интересов. А я вот прочитал ваши высказывания, и руки опускаются. Или я чего-то не понял?
С уважением
Вячеслав МАЛЬЦЕВ
№ 16 / апрель 2004
По поводу темы номера о гражданском браке. Мы с женой знакомы семь лет, живем вместе четыре года, а расписались полтора месяца назад. Разницы между жизнью до и после штампа в паспорте ни я, ни моя половина не почувствовали. Добавились только кольцо на правой руке, да еще проблемы по замене документов у жены. А вот чувства и отношения не изменились, остались такими же. Разве это плохо, когда люди свободно, без запретов и без государства могут создать семью сами? Я уверен, что те, кто прожил продолжительное время в гражданском браке, гораздо легче переходят на «официальные рельсы», и их семьи надежнее и крепче, чем у тех, кто через три месяца после знакомства играет свадьбу, рожает детей, а потом разводится. Согласитесь, такое случается гораздо чаще.
С уважением Игорь
30 лет
Москва
Мне очень хотелось в канун 205-летия со дня рождения А.С. Пушкина рассказать об одном замечательном американце, 40-летнем Джулиане Лоуэнфелде, он очень много делает, чтобы имя великого русского поэта звучало в Америке. Когда мы познакомились, меня поразил его русский язык — чистая речь, без акцента. Свободно говорит на нескольких языках. Переводит литературу с испанского, русского, немецкого, португальского. Пишет стихи и музыку. А зарабатывает на жизнь адвокатским трудом — ведет дела, связанные с авторским правом и прочим федеральным законодательством.
Я держу в руках объемистую, более 700 страниц, книгу, изданную недавно в Нью-Йорке. На белой глянцевой обложке автопортрет поэта, тот самый, очень известный, в профиль. Книга называется «Мой талисман» и включает стихи Пушкина на двух языках — русском и английском. Как вы уже догадались, перевод Лоуэнфелда. В книге рисунки Пушкина и биография, ее написал он же. Оригинал и перевод расположены бок о бок: переводчик не побоялся критики двуязычных читателей, а их в Америке несколько миллионов.
Храни меня, мой талисман.
Храни меня во дни гоненья,
Во дни раскаянья, волненья:
Ты в день печали был мне дан.
Deliver me, my talisman.
Deliver me from fear and fleeing.
Days of remorse and worry healing:
On a sad day you clasped my hand.
Думаю, вы оценили, что перевод строго следует ритму пушкинского стиха. Так же, как в оригинале, чередуются рифмы. Сохранены смысловые оттенки и стилистика раннего XIX века. В предисловии есть такое пожелание: «Давно пора услышать голос Пушкина в полную силу на английском языке. Пусть эта книга поможет тем, кто не имеет счастья знать русский, услышать его голос, возможно, впервые. И пусть те из читателей, кто уже осчастливлен русским языком, кто, может быть, взращен на голосе Пушкина с самого детства, простят мне неспособность в полной мере передать в моих переводах несравненное изящество пушкинского стиха. Я первый охотно признаю, что перевод не способен дать полное представление о божественном оригинале».
Сам Лоуэнфелд не был «осчастливлен русским языком» с детства — он выучил его в Гарвардском университете и на стажировке в ЛГУ, где его наставницей стала известный литературовед, страстная пушкинистка Надежда Брагинская. Но первые импульсы «пушкиномании» он получил в семье. Его прадед был корреспондентом немецкой газеты Berliner Tagesblatt в России, первым переводчиком произведений Льва Толстого на немецкий и основателем прославленного Шиллеровского театра в Берлине. Так что Лоуэнфелд еще с детства был знаком с русской литературой и читал Пушкина. Его перевод, понятно, не первый в Америке, и, конечно, есть американцы, которые знают Пушкина, но все это капля в море. Помните про памятник, к которому «не зарастет народная тропа»? Так вот на презентации книги «Мой талисман» в Нью-Йоркской центральной публичной библиотеке собралась почти вся литературная Америка, и не только литературная.
Галина СИМОНОВА
Нью-Джерси, США
№ 16 / апрель 2004
Спасибо за память
Дорогие «огоньковцы»! Примите благодарность за публикацию фронтовых писем. Я родился в 1936 году. В то страшное военное время был еще мальчишкой, но очень хорошо помню дни ожиданий писем с фронта. Они тянулись бесконечно. Мой отец пропал без вести в конце 1943 года на Северо-Западном фронте. Поэтому Великая Отечественная прошла через всю мою жизнь. Не без активной помощи, скажем так, некоторых товарищей я оказался в Государстве Израиль, но и здесь я испытываю гордость и огромную любовь к фронтовикам, победившим в той войне. Теперь в Израиле 9 Мая — государственный праздник и фронтовики надевают ордена! И мы их чествуем! Спасибо за память.
Н.М. ВОЛЬФСОН
Израиль