СТРАНА ГАСТАРБАЙТЕРОВ

экономика россии держится на нефти, молдавская — на экспорте людей

СТРАНА ГАСТАРБАЙТЕРОВ

В дачно-строительный сезон слово «молдаванин» становится одним из самых популярных в России. Молдаван нанимают, молдаван ругают, иногда даже хвалят... Молдавские строители-гастарбайтеры стали для россиян почти родными за последние годы. А может ли россиянин поехать в Молдавию и устроиться там на работу? Корреспондент «Огонька» решил поставить на себе этот жестокий эксперимент.

Молдавские деньги

Прибыв в Кишинев около полуночи, я поселился в ближайшей гостинице, названной в честь города. Как человек, привыкший к сервису, я попросил номер с горячей водой (молдавский сервис дает выбор: или номер с горячей водой, или только с холодной). Мне дали. Вот только воды там не оказалось никакой вообще — ни холодной, ни горячей. Я — жаловаться к администратору. А она так спокойно:

— Да что вы так переживаете? Потерпите немного. Придет инженер и подаст вам воду.

Горячая вода в Молдавии дорогая, потому и включается она только в оплаченные номера. Для чего такие строгости, объяснять мне отказались. Словом, воды не было всю ночь, и дали ее только утром, так я понял, что инженер появился на работе. От него-то я и узнал подоплеку этого дела. Делается это для того, чтобы персонал отеля не мылся и не стирал на работе, совмещая сразу два удовольствия, экономя, таким образом, свои личные деньги и разоряя отель.

Все очень просто: в Кишиневе, как и во всей Молдавии, во всех квартирах стоят счетчики воды и за горячую воду взимается месячная плата равная 15 долларам США. Вообще в Молдавии счетчики стоят везде и за все надо платить. Только воздух потребляют они пока что бесплатно. Киловатт электроэнергии в переводе на рубли стоит 1,60 — 1,80. И в среднем за квартиру нужно платить около 50 долларов в месяц — 600 лей. И это при том, что работу найти практически невозможно. А если и есть вакансии, то оклад будет не больше 500 лей. А уж если будут платить 1000 лей, то это просто счастье.

Только мелкая торговля помогает выжить, и торгуют все кто может и чем может. В ход идут и вершки, и корешки

Если учесть, что большинство трудоспособного населения Молдавии работает в Европе и России, а на родине остались только пенсионеры и инвалиды, чье пособие равняется 200 — 250 леям (около 15 долларов), то картина становится совсем уж мрачной. Хотя многие пенсионеры поступают мудро — в теплое время года просто не платят за горячую воду и отопление, а электроэнергию расходуют очень и очень экономно — не больше 20 киловатт накручивает счетчик. Даже сериалы бабульки себе не могут позволить. Всеми этими сведениями пенсионеры делятся откровенно и с горечью. Многие из них жаловались, что давно уже стали вегетарианцами поневоле — килограмм самой дешевой колбасы стоит 60 лей (около 5 долларов) (Курс: 1 доллар = 12 лей). Молодежь же, работающая за 80 долларов в месяц, тоже многого себе позволить не может.

Мечта молдаванина

В Кишиневе множество пустых фонтанов. Чуть ли не на каждом перекрестке есть фонтан, но вот только все они давно недействующие. Мрамор, когда-то их облицовывавший, похоже, разобрали для личных нужд.

Бармен открыл мне, куда большинство молдаван вкладывает заработанные за границей деньги. Имеется у них национальная традиция — построить дом.

И обязательно двухэтажный. Можно, конечно, и больше этажей, но никак не меньше. И дом этот молдаване будут строить полжизни. И даже не важно где.

Молдавская работа

В гостинице имелись коммерческие структуры, помогающие найти свое место в жизни гражданам Молдавии. Несколько агентств занимается устройством молдаван на работу в Европе (в Чехии, Италии, Португалии и на территории бывшей Югославии), и одно агентство подыскивает работу в родном Кишиневе.

Сперва меня потянуло в Европу. Милая девушка сразу поинтересовалась, готов ли я оплачивать их услуги? Я был готов, но только морально. Одна только консультация стоит у них 20 лей. За эти немаленькие по молдавским меркам деньги мне рассказали, что я должен сделать загранпаспорт, заплатить агентству 1000 лей (почти 100 долларов) за труды, а когда все бумаги (виза и разрешение на работу) будут готовы, то должен доплатить еще 3800 евро! Эта сумма меня убила наповал. Откуда молдаване берут такие деньжищи? Но совладал с духом и поинтересовался, за что же такая такса?

В эту сумму входят проезд, обеспечение работой с зарплатой не ниже 1000 евро в месяц и обеспечение жильем, принадлежащим работодателю.

Жить у работодателя как-то не улыбалось. И я решил искать работу в Кишиневе. Благо контора, помогающая устроиться на работу в Молдавии, как раз напротив офиса загранпоставок рабочей силы.

Два главных экономических достояния страны — молдавское вино и люди

Здесь консультация оказалась дармовой. Выбор работы — закачаешься. И все зарплаты начинаются от 2000 лей. Я тут же попросил направить меня куда-нибудь, где работать надо поменьше, а платить будут побольше, и чтобы квалификация не требовалась. Девушка-клерк тут же потребовала с меня 35 лей (3 доллара). Я заплатил, и на обратной стороне квитанции о принятых с меня деньгах написала три телефона потенциальных работодателей. И я поскакал в номер обзванивать их и договариваться о кастинге. Первые два номера ответили быстро, но вакансии уже отсутствовали. И только последний телефон долго не отвечал, а когда ответил, сразу объяснил, как до них добраться.

Явившись на объект, где была вакантна должность разнорабочего, нужно было спросить Степана. Сам объект оказался стройкой маленького торгового центра. Степан нашелся быстро. Одет я был не по местной моде: пиджак (подойдет самый дешевый), спортивные брюки и остроносые туфли. Степан тем не менее очертил круг моих обязанностей. В них входило: исполнять все приказания прораба, а также выносить мусор, подавать кирпичи и прочая грязная работа.

— Согласен, — ответил я. — А сколько буду получать?

— На испытательный срок — 500 лей, — ответил Степан.

— А в агентстве мне обещали от 2000, — поставил я в известность Степана.

На это Степан только рассмеялся:

— Да я здесь за полторы работаю. А тебе две обещали? А ты и уши развесил?

Не обидевшись на смех босса, я согласился на предложенные условия.

И тут же он потребовал у меня паспорт для оформления. Я ему и протянул свой, российский.

Тут Степан начал недоумевать и как-то настороженно изучать меня.

— Так ты чего? Россиянин?

Степан не знал, что ему и делать. Все молдаване рвутся в Россию работать, а тут нате вам: россиянин хочет выполнять грязную работу в Молдове.

— Ты че? Больной? — спросил Степан.

— Нет. Просто проездом попал в ваш прекрасный город и решил остаться тут, у вас. А чего? Здесь тепло, город красивый, люди замечательные...

Услышав фразу о красивом городе, Степан внимательно осмотрелся вокруг.

Тогда он задал вопрос, лишивший меня надежд на поступление на работу.

— Молдавский или румынский язык знаешь?

И Степан вернул мне паспорт:

— Выучишь — приходи. Возьмем на работу.

Поняв, что в Молдавии с работой не выйдет, я решил отправиться в Приднестровье.

Независимость от Молдавии

Молдавский супермаркет

От Кишинева до мятежной провинции можно добраться хоть на такси, хоть на маршрутке, каждый час отходящей от автовокзала. И билет не так дорог — всего 10 лей. Преодолев 40 километров и один пограничный пост проверки документов, при въезде на территорию МПР (Молдавской Приднестровской Республики) попадаешь, кажется, из страны недоразвитого капитализма в страну развитого социализма. В Приднестровье своя валюта — рубли или, как именуют их сами приднестровцы, «суворики» из-за изображенного на них Суворова.

Ближайший к Кишиневу город никем не признанной, но гордой державы — Дубоссары. Городок маленький, и проживает в нем тысяч 30. Большая часть населения — русские, и язык государственный соответственно русский. Из чего складывается экономика республики — загадка. Если Молдавии хоть Европа помогает, то Приднестровью никто кредитов не дает. Самые высокооплачиваемые госслужащие здесь — врачи и учителя (от $50 до 100 в месяц).

Но, положа руку на сердце, могу сказать, что люди здесь много приветливей. И жизнь тяжела так же, как в Молдавии, и зарплаты мизерные, и бросили-то их все, а люди нет-нет да и улыбаются. Но есть одна общая черта, которая равняет и молдаван, и приднестровцев — гастарбайтерство. Это единственная твердая статья доходов граждан этих республик. Правда, многие приднестровцы стараются устраиваться на работу поблизости — в Одессе. Там зарплаты хоть и не такие большие, как в России, зато выходные можно проводить дома с детьми и близкими.

Мечтатели

За три дня пребывания в Дубоссарах мне довелось познакомиться со многими людьми. И все, с кем меня свел случай, либо уже побывали в шкуре гастарбайтера, либо до сих пор в ней пребывают.

И все случайные знакомые утверждали, что нет ни одного нормального человека в Дубоссарах, кто бы хоть когда-то не работал за пределами Приднестровья.

Но все же мне удалось найти одну «ненормальную» молодую семью, которая не выезжала никогда на заработки за границу. Это семья Стародубовых. Володя — глава семьи, художник и директор художественной галереи. Жена его Оля — учитель начальных классов и по совместительству заместитель мужа все в той же галерее. Так как храм искусств они смогли организовать лишь благодаря поддержке муниципалитета, то галерея и не их вовсе, а муниципальная. И зарплату им платит администрация городка. Володе как директору — 50 долларов, и Ольге как заместителю — 25. Но Ольга еще и в школе получает 400 приднестровских рублей, равняющихся 50 долларам. Да Владимир подрабатывает уроками рисования. И бюджет их семьи, состоящей из троих человек, — 150 долларов. Третий — это их Сашка, мальчишка шести лет, мечтающий быть художником, как отец.

— Разве можно прожить на 150 долларов втроем? — спрашивал я у них.

Стародубовы не гонятся за звонкой монетой и живут скромно, но счастливо

— Что же поделаешь, если положение в республике такое, — рассуждал Володя. — Но ведь и гастарбайтерством много не заработаешь. Вот все наши знакомые ездят на заработки в Москву. Многие работают на стройках или на рынках продавцами. Но все равно, если потом подсчитать, большая часть из того, что они заработали, уходит на лечение. Ведь в каких условиях они живут и работают? По 12 часов в дождь и снег. Буквально все, кто приезжает с заработков, возвращаются с больными почками или с гепатитом.

— А куда вообще ваши знакомые заработанные деньги тратят?

— Большинство пытается квартиру купить. Вообще сейчас цены на жилье у нас выросли, в последний год в полтора раза. Мы вот свою квартиру два года назад покупали за 1500 долларов, а сейчас она уже 4 стоит.

— Выходит, если раньше за год работы можно было накопить на жилье, то теперь два года придется вкалывать, — вступает в разговор Ольга. — А за два-то года работы здоровье вообще угробишь. Да и как можно детей на год бабкам оставлять?

— Я вот смотрю, все у вас есть — и телевизор нормальный, и холодильник, и мебель... Наверное, родители помогали?

— Нет, никто не помогал. Сами потихоньку откладывали и покупали, — отвечает Ольга. — Главное ведь, чтобы запросы были реальные.

Вот Стародубовым повезло — и дело их им нравится, и место, где живут. И хотя не отказались бы больше зарабатывать, но покидать родину никогда не согласятся. Как сказал мне водитель, отвозивший меня в Кишинев на поезд, остаются тут только ненормальные, инвалиды, пенсионеры, менты и бандиты.

А нормальные люди уже давно за границей работают. На мой вопрос: к какой из категорий он относит себя, ведь тоже в Приднестровье остался, он отнес себя к категории инвалидов. А когда я спросил его о Стародубовых, он и вовсе рукой махнул:

— Знаю я их. Занимаются ерундой какой-то! Кому нужны все эти картины и выставки, когда жрать нечего? Я вот целый день пашу...

И дальше он рассказывал нудную историю о том, как он целыми днями крутит баранку, а дома жена — дура, сын — оглоед, в жизни нет счастья, мир устроен несправедливо.

 

Даже ничего похожего на средний класс в Молдове нет: или ты очень богат, или беден



Гудбай, Молдавия

Водитель подвез меня к кишиневскому вокзалу. Опять принимая меня за иностранца, ко мне подходили какие-то несчастные люди и просили денег или сигарет. На душе стало пусто, как в многочисленных заброшенных фонтанах Кишинева.

И только уже перед самым отъездом я увидел счастливого и широко улыбающегося парня — охранника в здании вокзала. Молодой парень улыбался просто так — пассажирам. Разговорившись с ним, я узнал, отчего он так счастлив.

— А чего грустить-то? Весна же! — смеясь, отвечал он.

Оказалось, что и он после армии искал счастья и больших денег в России. Да так и не нашел.

— Да и наплевать, что денег не заработал, — с той же улыбкой говорил он. — Зато мир повидал!

Вот так и большинство его соотечественников вынуждено мотаться по всему миру — денег не удастся заработать, так хоть увидеть своими глазами, что где-то фонтаны работают и люди улыбаются просто так, потому что весна.

Владимир НИКУЛИН

В материале использованы фотографии: Владимира НИКУЛИНА, Александра СОРИНА

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...