Из сообщений русской прессы 8 июля (25 июня) — 28 (15) июля 1900 года
Частная жизнь
Заболел помощник управляющего Томским имением. По выздоровлению взял счет из аптеки и представил начальству, так как чиновники Кабинета пользуются бесплатным отпуском медикаментов. Управляющий имением препроводил прошение в главное управление, управление — врачебному инспектору, инспектор — в барнаульскую казенную аптеку для проверки. Аптека, найдя все правильным, — опять инспектору, инспектор — главному управлению, а последнее в контроль. Контролеры нашли, что «горчичники, некая соль и глазная кисточка» в сумме 65 коп. бесплатной выдаче не подлежат, и потому «бумажку» препроводили в главное управление. Главное управление — инспектору, инспектор — в аптеку, где разыскали параграф, что горчичник и соль отпускаются бесплатно, но глазная кисточка, стоящая по таксе 3 коп., должна быть приобретаема пациентом на свое иждивение. И начинается сначала... На этот раз в контроле препятствий для дальнейшего движения бумаги не оказалось, и она препровождена в главное управление, которое снеслось с управляющим имением. Управляющий передал бумагу своему помощнику.
«Московские ведомости», 25 июня
В декабре 1898 г. вблизи чеченского селения Урус-Мартана был сосредоточен отряд из двух батальонов пехоты, двух сотен казаков, двух орудий и 113 всадников милиции в целях обезоруживания. Приходится удивляться неумелости местной администрации в этом деле. Виной волнения урус-мартановцев было неумение растолковать причин отбирания оружия. Прощание жителей с отрядом имело дружелюбный характер. Общество устроило угощение и проводило радушно. Обезоружение могло быть произведено и без содействия такого отряда. Корень зла не в том, что население имеет и носит оружие. Оно его всегда носило, однако разбоев было меньше. Не в оружии дело, а в чем-то другом, ухудшавшем в течение последних десяти лет положение на Кавказе, требующем исследования и принятия соответствующих мер.
«С.-Петербургские ведомости», 26 июня
Небезызвестный журналист г. Дорошевич, возвращаясь из Парижа в Петербург через Одессу, безопасности ради зашил имевшиеся деньги в сумме неск. тыс. франков в подушку, которую, заняв место в вагоне 1-го класса, хранил подле себя. Несмотря на принятую предосторожность, железнодорожный вор узнал местонахождение денег и похитил подушечку. Кража состоялась между станциями Ворожба и Мценск.
«Новости и биржевая газета», 30 июня
Кострома. На днях по Еленинской улице стали раздаваться выстрелы. Испуганные обыватели выбежали на улицу. Перед одним из домов, в котором помещается дом терпимости, содержательница последнего в сопровождении своих пансионерок в одних рубашках неистово танцевали, причем содержательница стреляла в проходящих из револьвера. Один из соседей-домовладельцев при помощи прохожего отнял оружие из рук воительницы. Амазонки бросились на смельчаков и избили до крови. Вмешательство полиции положило конец этой сцене. Вечером того же дня воинственным девицам удалось добыть другой револьвер и снова дикие танцы и выстрелы.
«Новое время», 1 июля
В записках барона М.А. Корфа рассказывается об открытии пассажирского движения по Николаевской железной дороге. Множества желающих прокатиться не ожидалось. С одной стороны, пугало наше любимое «авось», представлявшееся неизбежным и при постройке железной дороги, с другой стороны — в изданном положении являлись разные стеснения. От каждого пассажира требовались и формальный паспорт, и свидетельство полиции на беспрепятственный выезд. Всем надлежало быть на станции за час до отправления, а пожитки свои привозить туда за два часа; запрещалось курить не только в вагонах, но и на остановочных пунктах. Напечатанное положение назначало для переезда до Москвы 18 часов, но этот срок с первого же дня увеличен был до 22 ч. Таким образом, почти через 50 лет мы дождались первоначально установленной для пассажирского движения скорости. Успех не слишком завидный.
«Новое время», 2 июля
Одесский театр славится великолепным устройством, дешевизной мест и т. д. Но ни в одном городе барышники не пользуются таким благоприятным положением, как у нас. Обыкновенно торгуют наиболее сбываемыми билетами, именно на галерею. Касса галереи открывается только в день представления, билетов свыше 300, за вычетом посылаемых в университет и управу — свыше 200, а между тем уже 30-му стоящему в очереди объявляется, что билетов нет! Полиция ничего не предпринимает в защиту обывателя. Между тем известны города, напр., Варшава, где, хотя театр, особенно в приезд русской труппы, постоянно полон, усилиями полиции нет ни одного барышника.
«С.-Петербургские ведомости», 5 июля
В Москве пробуют бороться с сквернословием. Лицо, не желающее оглашать имени, купило 14 000 экз. брошюры «О брани скверными словами» и представило в канцелярию московского обер-полицмейстера с просьбой разослать городовым и дворникам, чтобы они, ознакомившись, насколько гнусен порок, сдерживали уличных сквернословов, а также следили, чтобы не было сквернословия, написанного на стенах и заборах.
«Новое время», 13 июля