Чечня вовсю готовится к войне. В республике объявлен режим ЧП. Под ружье ставят резервистов. Закрыты независимые СМИ. Чеченские пограничники приведены в состояние боеготовности. Все ждут приказа о вторжении в Дагестан, где под контролем моджахедов до сих пор находится часть Ботлихского района. Тем временем в республику перебрасываются значительные силы федеральных войск. Последняя возможность избежать крупномасштабной войны на Кавказе — быстро покончить с бандитами, вторгшимися в Дагестан.
Аслан Масхадов ввел чрезвычайное положение в Чечне с ноля часов 16 августа. Установленные им правила мало чем отличаются от законов военного времени. Людям запрещается с 22 часов до 6 утра находиться на улицах без специальных пропусков. А в районах "возможных боевых действий" такие пропуска должны иметь все автомобилисты и круглосуточно предъявлять их по первому требованию полиции. Приостановлено действие местного закона "О печати и средствах массовой информации", и министерству юстиции предписано отозвать лицензии на право вещания у всех частных телекомпаний. Запрещены несанкционированные собрания, митинги, уличные шествия и демонстрации, а также другие массовые мероприятия.
Аслан Масхадов прямо говорит, что бомбежки чеченской территории "создали реальную угрозу новой войны на Кавказе", и приказал строить на границе с Дагестаном дзоты и рыть окопы. С одной стороны, они носят оборонительный характер, а с другой — могут стать плацдармом для вторжения в Дагестан. К дагестано-чеченской границе начали стягивать регулярные части, резервистов и отряды полевых командиров. Чеченские военные находятся в состоянии боеготовности. Они ждут приказа к атаке.
В свою очередь, командование федеральных сил продолжает бомбить базы боевиков в чеченских селах и минировать дороги, по которым в Ботлихский район моджахедам перебрасывается подкрепление, оружие и продовольствие. "Если прекратить авиаудары, то вытеснить боевиков из Дагестана станет крайне сложно",— признаются военные.
Таким образом, Россия и Чечня снова оказались на пороге войны. Очевидно, что моджахеды Шамиля Басаева, от которых Аслан Масхадов до последнего времени всячески открещивался, в условиях начала крупномасштабных боевых действий станут для него естественными союзниками. Несмотря на все усилия федеральных сил, они продолжают удерживать дагестанские села. А вчера Басаев заявил о "готовности номер один" к началу второго этапа операции по освобождению Дагестана от российских войск, который называется "Имам Гамзат-бек". "Он будет самым сложным и продолжительным,— говорит лидер моджахедов,— и начнется в ближайшие 60 часов".
Басаев пообещал расширить зону боевых действий и установить контроль над всем Дагестаном, на территории которого он собирается создать независимое исламское государство. "Я ни на минуту не сомневаюсь в том, что нам удастся реализовать поставленную цель, а как это будет сделано, силой или политическими методами, зависит только от России",— говорит он.
Российские военные заявляют, что Басаев блефует. Часть его бойцов полностью деморализована и пытается оставить позиции. Их останавливают только выстрелы в спину. К тому же между Басаевым и его ближайшим соратником Хаттабом начались серьезные трения. Хаттаб, который женат на жительнице дагестанского села Карамахи, перед вторжением уверял Басаева, что местные жители не только поддержат исламистов, но и, вступив в их ряды, составят мощную "освободительную армию", способную в считанные дни дойти до Махачкалы. На деле вышло по-другому. Моджахедов никто не поддержал, и едва ли не все боеспособное население Ботлихского района вступило в отряды самообороны. Для Басаева все это стало полной неожиданностью, и теперь он обвиняет Хаттаба в недальновидности.
Но сами полевые командиры говорят, что паники в их рядах никакой нет и война будет продолжаться до победного конца. А если военную поддержку засевшим в горах ваххабитам окажет и официальный Грозный, то России придется вести войну на два фронта.
Масхадов, который в течение последних месяцев безуспешно добивался встречи с Борисом Ельциным, сейчас оказался между двух огней. Как глава государства, пусть никем и не признанного, он обязан отреагировать на бомбежки приграничных сел. Обращения в ООН и в МИД России остались без отклика. И теперь Масхадову приходится принимать ответные меры. Пока это только бряцание оружием, но долго так продолжаться не может. Многие полевые командиры требуют немедленно оказать отпор агрессору. Сколько будет сопротивляться Масхадов давлению с их стороны, предсказать невозможно. Ведь он рискует потерять не только сторонников, но и свое кресло.
Вместе с тем растет авторитет Басаева и других воюющих в Дагестане полевых командиров. "У моджахедов хватит сил и на то, чтобы дать отпор, если российские войска предпримут агрессию против Чечни",— уже заявил Басаев. И если им удастся захватить власть в Чечне, то крупномасштабной войны на Северном Кавказе не избежать.
К такому развитию событий готовятся и федеральные войска. В аэропорту Махачкалы непрерывно приземляются военно-транспортные самолеты с десантниками, спецназовцами, солдатами, милиционерами и военной техникой. Такие силы, чтобы вытеснить из Дагестана уже окруженных и обескровленных боевиков (по данным пресс-службы МВД, за время боев они потеряли около 400 человек), явно не нужны. Параллельно из числа дагестанцев, лояльных к российским властям, продолжают формировать отряды добровольцев. По сведениям, поступающим из Дагестана, в них записалось уже около 10 тысяч человек.
Предотвратить расширение зоны боевых действий можно одним способом — быстро уничтожить основные силы моджахедов в Ботлихском районе. Басаев и его люди это прекрасно понимают и будут сражаться до последний капли крови.
ОТДЕЛ ПРЕСТУПНОСТИ