Коротко

Новости

Подробно

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 12
 Прямая речь
       Итак, Госдума дружно проголосовала за возвращение старого гимна. В ходе обсуждения известный своим неординарным мышлением депутат Шандыбин заявил: я родился под этот гимн и хочу под него умереть. В духе этой своеобразной аргументации мы и спросили сегодня читателей:
а вы под какой гимн предпочли бы умереть?
       
Георгий Данелия, режиссер:
       — А я вот, например, под "Интернационал" родился, так что же мне и умирать под него? Если так ставить вопрос, то под Бетховена приятнее будет. А гимн государства у меня ассоциируется с александровской музыкой. Она мне кажется весомей, масштабней. А Глинку я вот так, с ходу, и не напою. А спортсмены наши и хотят напеть, да слов не знают. Что ни говорите, а тот гимн мне роднее. А еще мы под него в подъездах танцевать учились...
       
Юрий Кобаладзе, первый заместитель руководителя агентства ИТАР-ТАСС:
       — Я бы хотел умереть вообще без гимна и фанфар. И высокопарные рассуждения о гимне великой державы пустые. Нет у нас такого государства, так зачем же об этом говорить?
       
Вячеслав Овчинников, композитор, дирижер:
       — Это какой-то несерьезный вопрос. Ну если хочет депутат Шандыбин умереть под гимн СССР, то пусть купит запись этого гимна. Я же считаю, что у России пока все еще нет гимна. Есть прекрасные, на мой взгляд, слова, написанные Сергеем Михалковым, но музыки нет. "Патриотическая песня" Глинки не годится для российского гимна. В свое время Николай II ее тоже отклонил, когда сопоставлял с "Боже, царя храни". У меня, к примеру, есть оратория гимна, я даже сам слова написал. И пусть бы господин Говорухин собрал композиторов, и мы бы написали ему будущий гимн. Но сначала хорошо бы определиться с политической целью и идеологией, которая обязательно должна быть отражена в гимне.
       
Сергей Капица, академик РАН:
       — Я не собираюсь умирать, это все демагогия. Во всяком деле важно постоянство, нельзя же каждые пять лет принимать новые гимны. Перед страной стоит масса проблем, а депутаты опять гимн меняют... Им заняться больше нечем? А под тот гимн я ни жить, ни умирать не собираюсь.
       
Владимир Винокур, артист:
       — Если умирать, так лучше под веселую музыку. Недавно один человек, который занимается ритуальными услугами, сказал мне: "А не попробовать ли продавать вместе с гробами любимую музыку покойного и такую батарейку, чтобы 10 лет работала, и 10 лет для усопшего играла музыка". Мысль? А вот депутату Шандыбину надо позволить умереть под то, что он хочет. По-моему, сегодня вернуть прежний гимн просто невозможно, даже если поменять слова. Все помнят, что старый гимн о едином государстве, которого давно нет, оно предано и растоптано. Так что надо оставить музыку Глинки, тем более что объявлен конкурс на слова. Я видел стихи молодой поэтессы Елены Небыловой, мне они очень понравились. Евтушенко тоже принял участие в конкурсе. Остается только выбрать лучшие.
       
Анатолий Ромашин, актер:
       — Скорее под что-нибудь классическое, чтобы не было стыдно слушать тем, кто жив. Вообще-то гимны, высокие государственные награды и прочее бряцание патриотизмом выглядят довольно смешно. Мне кажется, что человечество до сих пор не наигралось в эти игрушки. Не подумайте, что советский гимн был таким уж плохим. Но время не стоит на месте и СССР давно нет. А Россия, кстати, была единственной из советских республик, у которой не было своего гимна. И в этом плане музыка Глинки меня вполне устраивает.
       
Сергей Филатов, президент Конгресса российской интеллигенции:
       — Я вообще не хотел бы умирать под гимн, умирать надо спокойно. А голосовал за тот гимн, который есть. Считаю, что он нисколько не принижает и не уменьшает значения России. Каждой эпохе свое. Конечно, музыка у Александрова хорошая. Это блестящий композитор, человек, организатор. Но дело же не в этом, а в политической игре, попытке вернуть старые позиции, хотя бы атрибуты.
       
Владимир Перетурин, спортивный комментатор:
       — Да не хочу я умирать. Но если Россия приняла на себя все обязательства и долги СССР, то и гимн надо оставить. Мне старый гимн нравится, только слова к нему надо переписать. Обычно я во многом не соглашаюсь с коммунистами, но в этом вопросе я разделяю их позицию. Люди под него и умирали, и побеждали, с ним связано много хорошего: и слезы Родниной, и олимпийские победы. А сейчас нет уважения ни к флагу, ни к Родине. Но патриотизм — не пустое слово.
       
Ольга Свиблова, директор Московского дома фотографии:
       — Смерть под музыку? Не надо. Смерть должна сопровождаться умиротворением и тишиной. А традиции бесконечно менять нельзя. И если сейчас многие считают музыку Глинки российским гимном, то и надо ее оставить.
       
Герман Титов, космонавт, депутат Госдумы:
       — Под гимн Советского Союза с воинскими почестями и троекратным залпом орудий. И в этом я согласен с депутатом Шандыбиным. Вся моя жизнь связана с гимном Советского Союза, и все мои звезды тоже под него появлялись. Я очень ценю Глинку, но как гимн России его музыка не задевает. А мелодия старого гимна известна во всем мире. Сегодня надо или слова изменить, или Союз воссоздать. Мне больше нравится последнее.
       
Игорь Захаров, председатель правления Содбизнесбанка:
       — Александровский гимн я помню — неплохой. Но зачем его вытягивать назад? Того государства-то нет. Если бы СССР возродили, было бы логично и гимн вернуть. Жаль, что сейчас у нас гимн без слов. А Шандыбин пусть купит себе пластинку. Впрочем, депутаты часто говорят такое, что потом у всех возникает вопрос: "А что он, собственно, хотел сказать?"
       
Лев Дуров, художественный руководитель Театра на Малой Бронной:
       — У России сейчас есть гимн, вот под него можно и умирать. А что? Он мелодичный, хороший. Ну, родился этот депутат под гимн Александрова, так это его проблемы. Тоже мне аргумент. А тем, кто родился до революции, умирать под "Боже, царя храни"? Но старый гимн все-таки мне нравится, несмотря на то, что если повнимательнее прислушаться, то перед его началом можно услышать очень неблагозвучные звуки.
       
Комментарии
Профиль пользователя