Интервью с Оджаланом

Абдулла Оджалан: Примаков сказал мне "нет"

       Лидер Рабочей партии Курдистана (РПК) АБДУЛЛА ОДЖАЛАН, прилетевший 12 ноября в Рим из Москвы и задержанный итальянской полицией в аэропорту Фьюмичино, освобожден под подписку о невыезде. Первое интервью после освобождения он дал корреспонденту Ъ ЛЕОНИДУ Ъ-ГАНКИНУ.
       
— Как вы оказались в России?
       — В начале октября Турция была готова к нанесению удара по Сирии. Я не мог позволить, чтобы из-за меня разгорелась большая война. Мне надо было уезжать из Дамаска. 7 октября я обратился к российским властям с просьбой разрешить мне въезд на территорию России. Но уже через день ситуация обострилась настолько, что мне пришлось покинуть Сирию, не дожидаясь ответа Москвы. 9 октября я прилетел в Россию.
       — Вы прибыли в Москву по поддельным документам?
       — Я не мог ехать под своим именем. У меня был паспорт на имя Абдуллы Сарокурда (в переводе: "лидер курдов".— Ъ).
       — Уже через два дня турецким спецслужбам стало известно, что вы в России. Как им это удалось?
       — Я допустил оплошность: приехав в Москву, стал по спутниковому телефону связываться с отделениями нашей партии за рубежом. Мои разговоры засекли, но не турки, а "Моссад", который передал эту информацию Турции.
       — И вы действительно, как заявляла Анкара, находились в подмосковном Одинцово?
       — Да, это так. Правда, потом я начал переезжать с места на место, перемещаясь по России и СНГ. Но в Армении, как утверждали турки, я не был.
       — Поддерживали ли вы контакты с российскими властями?
       — Да, через нашего представителя в Москве Махира Валата. Мы обратились к президенту, премьеру и в российские спецслужбы с просьбой разрешить мне остаться в России. Совпадение интересов России и Курдистана в Каспийском регионе и на Ближнем Востоке давало нам основание надеяться на положительный ответ. Но Россия оказалась к этому не готова. США оказали на нее сильнейшее давление. Турция предложила России финансовую помощь и выгодные экономические контракты, пообещала положительно влиять на ситуацию в Чечне.
       — Вы знаете, как и кем было решено, что вам нельзя остаться в России?
       — Я знаю, что этот вопрос вызвал острые дискуссии на самом высоком уровне. Поскольку ваш президент в это время был болен, окончательное слово было за Евгением Примаковым. И он сказал твердое "нет". Я считаю это решение ошибочным. Особенно в свете того, что 4 ноября Госдума почти единогласно решила обратиться к президенту с ходатайством о предоставлении мне политического убежища. Из 300 депутатов, участвовавших в голосовании, воздержался только один, а против не было подано ни одного голоса. Госдума признала, что Турция проводит политику геноцида по отношению к курдам, и призвала Анкару решить курдский вопрос мирным путем. Депутаты понимают, что мое пребывание в Москве могло бы стать мощным оружием в борьбе за интересы России. К сожалению, Примаков не прислушался к их мнению.
       — Теперь ваше отношение к России изменилось?
       — У меня нет обиды на Россию. Ваша страна сама сейчас в нелегком положении. Думаю, что у нас остаются хорошие возможности для налаживания тесных отношений.
       — Почему вас арестовали в римском аэропорту? Говорят, что кто-то сообщил итальянским спецслужбам о вашем приезде.
       — Нет, сразу по прибытии в Италию я сам раскрыл свое настоящее имя и попросил политического убежища. Последующая процедура предусматривала мое пребывание в карантине. В пятницу меня освободили под подписку о невыезде. В среду мое дело будет рассматриваться в апелляционном суде Рима. Надеюсь, вопрос о предоставлении мне политического убежища будет решен положительно уже к концу месяца.
       — Где вы сейчас живете? Есть ли у вас охрана?
       — Я живу в надежном месте, где мне созданы все условия для работы. Наружную охрану осуществляет итальянская полиция, внутреннюю — курдские телохранители.
       — Вы знаете о том, что курды, добиваясь вашего освобождения, совершают акты самосожжения?
       — Я трижды призывал своих соотечественников не делать этого.
       — А каковы дальнейшие перспективы курдского движения? Не угрожает ли РПК раскол без вашего жесткого руководства?
       — Теперь курдский вопрос стал проблемой, которую будет решать все мировое сообщество. Тем самым мы вступили в новый политический этап нашей борьбы. И в Риме я буду находиться на переднем крае этой борьбы. Мы готовы к мирному решению курдского вопроса. А если турки снова откажутся сесть с нами за стол переговоров, они скомпрометируют себя перед всем миром. Что же касается Армии освобождения Курдистана, то командование ею осуществляет генштаб, который в ходе тяжелых боевых действий последних двух месяцев показал, что справляется со своей задачей.
       

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...