Вряд ли кто-то будет спорить, что сервис в американских ресторанах fast food отличается лучезарной улыбкой, быстрым и качественным обслуживанием. Не правда ли, интересно взглянуть на эту отлаженную работу "изнутри"? Каково оно, работать по-американски?
Мы предлагаем вам рассказ официанта недавно открывшегося в Москве ресторана "Планета Голливуд".
— Эдик, хочешь работать в Голливуде? — спросила телефонная трубка голосом однокурсника Димки.
— Не-а, — лениво протянул я. — На Марс бы полетел, а кинозвезда из меня вряд ли выйдет.
— Ну ты и лопух! — ехидно рассмеялась трубка. — "Планета Голливуд" — это новый ресторан, а не киностудия. Им официанты требуются. Чем мы с тобой не официанты? Между прочим, большинство студентов во всем мире именно этим и подрабатывают. Так что? Идем?
И я согласился. Сами знаете, как приятно недорослю клянчить деньги у папы с мамой и выслушивать по поводу и без повода: "Вон какой вымахал, а все на родительской шее сидишь". Хотелось той свободы, которую даруют собственные деньги. А в "Голливуде" обещали стабильный заработок — 250 долларов, да еще и чаевые. К тому же, любопытно было поработать в знаменитом ресторане.
В тот же вечер мы с Димкой заполнили анкеты и отвезли их в "Голливуд". Через день мне позвонили:
— Але? Это кто? "Голливуд" беспокоит... Приходите на тренинг. Ваша анкета прошла конкурсный отбор.
Я тут же набрал номер приятеля. "Анкеты мы заполнили совершенно одинаково, — рассуждал я. — Значит, если меня пригласили, то и Димке непременно позвонят". Но моя железная логика разбилась о загадочное американское мышление — Димку не пригласили. Возможно, это объясняется тем, что я живу на Садовом, а однокашник — в Бутово. Жаль, конечно, что американцы не любят ребят из Бутово, но не бросать же все из-за этого на полпути?
"Голливуд" встретил меня полной неразберихой. Прихожу. За порогом — стройка века. Упаковочная стружка, пенопласт, штабеля подносов. Человек с малярной кистью озеленяет холмы за спиной картонного Шварценеггера. В зале топчутся те, кто успешно прошел конкурс — человек сто, не меньше.
— Хэлло!!! — Слышу я раскатистое эхо.
Тренеры пришли. Два мальчика, две девочки. Все в синих пиджачках. Глаза горят, улыбка — Hollywood special: 45 зубов.
— Хэлло!!! — кричат они.
— Меня зовут Мелисса! А это Стивен! Рут! И Роберт! Первая половина списка до буквы М — ко мне. Вторая — к Роберту. На занятия только комильфо — белая футболка и брюки от костюма. Черные кроссовки. У кого нет — купить.
К счастью, и футболка, и брюки у меня нашлись, а то непредвиденных трат не миновать. И началось. По десять часов в сутки. Восемь дней. "Если они так готовят официантов, — думал я, — то что же тогда с космонавтами делают?" Мне казалось, что даже в спортивном лагере я уставал меньше...
Нас учили бегать по залу с подносами. На время. После первых же двух часов бега с тяжеленным подносом я готов был навсегда отказаться от этой затеи. Второе дыхание открылось только после того, как я представил день первой зарплаты: новенькие хрустящие купюры, а кроме того — чаевые, а их я могу получать с первого же дня работы.
Второй пункт программы — теория. Нужно было выучить ни много ни мало — две сотни ингредиентов и десяток приправ.
— С чем подается пицца Текс-Мекс?
— С сыром "монтеррей" и "чеддер".
— Нет. С сыром "монтеррей ДЖЕК" и "чеддер"! Повтори.
— Пицца Текс-Мекс...
— Повтори.
— Пицца...
— Повтори.
— Пицца...
— Хорошо. Перерыв.
После часового перерыва мы снова учились бегать, под рубленные команды тренеров:
— Смотри под ноги! Смотри под ноги! Улыбайся! Шире! Быстрее! Это трудно, но зато!..
Зато если ты станешь Лучшим официантом дня — получишь значок. А может, даже кепку или майку. Но самое главное — через три месяца кончится испытательный срок. И если тебя не уволят, ты станешь членом Семьи "Планета Голливуд". И тогда ты сможешь получить работу в любом филиале ресторана — будь то Берлин или Нью-Йорк. Если там окажется свободное место.
Торжественное посвящение в официанты началось с поздравительной речи тренера:
— Сегодня мы собрались все вместе. Бассеры, хосты, дорхосты (я сообразил, что это должности, но не понял, чьи). Мы все очень разные, но мы одна команда...
В общем, речь в лучших традициях пламенных выступлений президентов. Оставалось только добавить на прощание: "Господи, благослови Америку!"
Нам еще раз напомнили, что тот, кто вздумает раскрывать посетителям секреты приготовления лобстера — из команды выбывает. Кто будет позировать перед камерами фотокорреспондентов — тоже. Кто не сообщит руководству о попытках журналистов пробраться за кулисы "Голливуда" — тоже.
Но пока мы все команда, нам торжественно выдают форму. Один передник, два полотенца и черная рубашка-гавайка с портретами, планетами и пальмами. Напоследок нам зачитали список счастливчиков, которым выпала честь обслуживать первых гостей. В списке было и мое имя.
В день открытия "кино" закрутилось с удвоенной скоростью. Персонал улыбался и ходил. Непрерывно ходил по ресторану. Очень быстро, все быстрее и быстрее. Мы натыкались друг на друга. И тут же выросший из-под земли менеджер кричал в ухо про счастье и ответственность. Тем временем дюжие мужики бегали с какими-то проводами, поверяли звук и вообще доводили ресторан до ума, а нас до полного отупения. К полудню все устали ходить и выстроились вдоль стен. С остекленевшими глазами и улыбками, напоминающими музей восковых фигур. Менеджеры пришли в ужас и приняли меры.
— Сейчас мы все очень громко, три раза, будем кричать: "Сегодня-у-нас-все-получится!!!" Кто чувствует себя неуверенно — может встать на стул.
Но все чувствовали себя уверенно и орали с пола...
В полдень к служебному входу подъехала машина. Из ресторана медленно и невозмутимо вышли друг за другом 23 негра. Они чинно прошествовали между столиками и один за другим исчезли в недрах фургона. Через несколько минут они так же торжественно зашагали обратно, но уже с подносами и лотками. Сохраняя полное безразличие ко всему происходящему, негры вернулись на "Планету Голливуд".
— Нечего так пялиться, — прогоняя меня от черного хода — я случайно оказался рядом, — прикрикнул менеджер. — Подумаешь, блюда из ресторана "Ангара" привезли.
Оказалось, что американских гостей решили побаловать рыбными блюдами, а в "Ангаре" выбор раз в пять больше, чем в "Голливуде"...
Пока студенты Института дружбы народов носили лотки, мы отдыхали. Впрочем, отдыхать нам можно только активно. За все 8 часов смены официант не имеет права присесть ни на минуту. Даже к стенам прислоняться нельзя. Если свободен — ходи протирай столики. Надоело просто ходить — ходи танцующей походкой. И улыбайся. Всегда и всем. А на открытии ресторана тем более.
Если вы не попали на церемонию перерезания красной ленточки — не расстраивайтесь. Может, снаружи было и интересно, но изнутри открытие выглядело так: послышалось мерное гудение, потом до неприличия громкие крики. Сразу после них как будто что-то взорвалось с оглушительным "Ура-а-а-а-а!" и в зал ввалилась толпа деятелей, журналистов и артистов. Они торжественно толкали звезд Голливуда перед собой. Лица у журналистов были довольные. У звезд — почти несчастные. Толпа, сминая все на пути, пронеслась мимо меня на второй этаж. Со скоростью звука пролетела съемочная бригада "Времечка". Последним протопал корреспондент с надписью "Маяк" и огромным катушечным магнитофоном.
Американцы уплетали дары "Ангары". Лужков с Черномырдиным — тоже. Запивали чаем. Нашим артистам, по замыслу устроителей, полагалось делать то же самое. Им даже голливудское меню на столики подавать не велели. Но Якубович откуда-то узнал про фирменные ребрышки и лапшу "помодоро". А один из братьев Верников заказал бутылку шампанского Louis Roederer Cristal Brut за 250 долларов. Я бегу на кухню за бутылкой, а навстречу менеджер:
— Ты куда? Ты что, с ума сошел! Неси им коктейль "Терминатор" ($ 9). Шварценеггер его сам рекламировал у входа и всем рекомендовал.
"Рекламировать-то рекламировал, а что ж сам не пьет?" — хотел спросить я, но вовремя сдержался.
— Сделаешь вид, что не расслышал, — закончил менеджер.
Моему товарищу пришлось обслуживать самого мэра. Чай подавал — руки тряслись. Не каждый день мэра угощать приходится. Но ничего, обошлось... А через час Лужков уехал показывать Шварценеггеру Москву.
Минут через тридцать "пленку" прокрутили в обратную сторону. Со второго этажа хлынула к выходу толпа почти несчастных журналистов. Их подталкивали улыбающиеся звезды. Журналистам обедать на Голливудских холмах не разрешили. Корреспонденты, правда, отомстили. После изгнания прессы исчезла половина пепельниц и три десятка сувенирных стаканов. Даже бумажных салфеток на столах не осталось. Салфетки у нас были с портретами артистов-владельцев (Депардье в возрасте трех лет, взрослый Шварц и т.д.).
В два часа ночи, когда разошлись последние гости, мы как безумные сорвали передники и заорали громкое "ура". "Планета Голливуд" открылась навсегда и закрылась на сегодня. Праздник кончился. "Пара месяцев и — поминай как звали, уйду я от вас", — решил тогда я.
Всего за одну неделю разленились посудомойщики. Теперь каждый стакан приходится внимательно осматривать, прежде чем ставить на стол. Вчера был скандал из-за отпечатков губной помады. Позавчера клиент попросил принести пачку "Давыдофф", но у нас был только "Голливуд"...
Тем не менее, проходит день, другой. Перестают болеть ноги, а по ночам уже не снятся подносы, которые падают на клиентов. Тело переходит в автоматический режим и продолжает полет по орбите планеты в полной автономии от головы. Раньше я не претендовал на место официанта в какой-нибудь европейской столице, но американцы мастерски умеют заставить мечтать. "А почему бы и нет? — теперь частенько думаю я. — Тяжело только первые 10 лет". За это время я сбросил несколько килограммов, что было очень кстати.
Я ловлю себя на мысли, что уже не могу не ходить танцующей походкой. По утрам я говорю своему зеркальному отражению: "Все-у-тебя-получится!" А вечером улыбаюсь смурным прохожим самой идиотской из всех возможных улыбок. Я стал аборигеном "Планеты Голливуд".
Эдуард Норкин