Коротко

Новости

Подробно

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 5

 Россвооружение


       Геннадий Сидоренко: под Ананьевым шатается кресло, и он валит все на предшественников
       На обвинения, выдвинутые Евгением Ананьевым в адрес бывшего гендиректора "Росвооружения" Александра Котелкина и экс-помощника президента Бориса Кузыка, сами они отвечать отказались. По просьбе Ъ ситуацию согласился прокомментировать бывший заместитель Котелкина в "Росвооружении" ГЕННАДИЙ СИДОРЕНКО.
       
       — Евгений Ананьев выдвинул в адрес своих предшественников довольно серьезные обвинения в злоупотреблениях и махинациях, а по сути — в воровстве...
       — Нас уже кто в чем только ни обвинял. Давайте говорить конкретно.
       — Он утверждает, что до него компания была полностью закрытой организацией, куда не допускались проверяющие...
       — Стоп. Я понял. Значит, докладываю: с середины 1994 года, а Котелкин был назначен гендиректором в ноябре 1994-го, не было ни одного дня, чтобы в "Росвооружении" не работали проверяющие. Мы даже были вынуждены создать специальный отдел, который занимался сбором и предоставлением всей необходимой им документации. Достаточно перечислить ведомства, которые нас за это время проверяли: Контрольное управление президента, Минфин, Пенсионный фонд, Комитет по валютно-экспортному контролю, комиссия Генпрокуратуры работала больше полутора лет, разбиралась с делами Самойлова (предшественника Котелкина), дважды — ФСБ, Гостехкомиссия при президенте и московская налоговая инспекция, наконец, Счетная палата. И это еще не весь список. Доходило до того, что одновременно у нас работали до трех-четырех комиссий. Кстати, Счетная палата в своем акте по итогам проверки "Росвооружения" дала самое положительное заключение. Минфин и МВЭС констатировали, что в 1996 году основные показатели финансово-экономической деятельности компании значительно улучшились по сравнению с 1995 годом. Это легко проверить.
       — Как раз по финансово-экономической деятельности у Ананьева к Котелкину большие претензии. Например, по поводу инвестирования десятков миллионов долларов в обанкротившийся недавно Моснацбанк.
       — С Моснацбанком "Росвооружение" начало работать с начала 1944 года, то есть до прихода Котелкина. Моснацбанк обслуживал счета по поставкам вооружения в счет нашего госдолга. И выбирал его Минфин, именно в его компетенции находилось номинирование банков на обслуживание долговых счетов. Но Ананьев, наверное, ничего не сказал о том, что уже при нем в декабре прошлого года "Росвооружение" разместило в Моснацбанке более $20 млн, перечисленных Минфином за поставки в Объединенные Арабские Эмираты. А ведь в декабре уже пошли сигналы, что банк вот-вот рухнет. Так что эти деньги, заметьте, бюджетные, на совести самого Ананьева.
       — Помимо Моснацбанка называются также банки "Европа", "Восточный", Автобанк, ОНЭКСИМбанк, Инкомбанк, РБРР, Санкт-Петербургский биржевой банк; компании "РЕССО-Наука-Гарантия", "Логос", АОЗТ "Малинский лесопункт", авиакомпания ДГА, ЗАО "Зарубежстройинвест", АОЗТ "Эй-Би-Си". Вас обвиняют в неэффективном инвестировании $90 млн.
       — То, что вы назвали, совершенно справедливо. Только относится это к началу и середине 1994 года, когда компанией руководил Самойлов. За эти дела своих постов уже при Котелкине лишились заместители гендиректора Осликовский и Третьяк, финансовый директор компании Александр Луньков. Мы как раз пытались вернуть деньги, но было слишком поздно.
       — А зачем нужен был "Карготранс"? Ведь государственное предприятие, упразднив транспортное управление, действительно фактически отказалось от своих (то есть государственных) денег в пользу коммерческой структуры.
       — Во-первых, учредителем "Карго" было не только "Росвооружение" — ему там принадлежит чуть более 10% акций. Там еще авиапроизводственное объединение из Комсомольска-на-Амуре, производящее самолеты "Сухого", концерн "Сплав" (реактивные системы залпового огня), концерн "Антей" (системы ПВО С-300В), ряд других структур. Пошли мы на это потому, что заводы-производители все время жаловались, что "Росвооружение", мол, берет большие комиссионные. Вот мы вместе с ними и создали транспортную компанию, чтобы предприятия тоже получали прибыль от ее работы. Причем производителей никто не заставлял обязательно пользоваться "Карготрансом" — у него не было монополии. Иногда мы пользовались "Аэрофлотом", иногда сами заводы брали на себя транспортировку продукции. Ради Бога. Но обратите внимание, что никто из оборонщиков на "Карго" не жаловался. Потому что стоимость транспортировки сразу снизилась.
       Есть и еще один момент. Иногда приходится скрывать, что поставка осуществляется "Росвооружением". Как, например, в случае с продажей С-300ПМУ Кипру. Вы знаете, что турки в Босфоре даже суда обыскивают, чтобы не допустить поставки. Так зачем в накладных писать, что заказчиком является "Росвооружение"?
       Кстати, если Ананьев рассказывает, что в "Карготрансе" деньги якобы пропадали, то выглядит довольно странно, что воссоздав транспортное управление в "Росвооружении", он назначил его начальником генерального директора "Карготранса" — Лахова Геннадия Калистратовича.
       — Вы упомянули о комиссионных. Ананьев утверждает, что вы грабили предприятия, завышая свой процент.
       — Средний комиссионный процент у нас составлял 5%. По небольшим сделкам он был больше, по крупным — меньше. Но в среднем было около 5%. Ни одно предприятие ни разу не поставляло свою продукцию в убыток. Более того, перед тем как ехать на переговоры, мы с производителями подписывали неофициальный предварительный ценовой договор, в котором директор завода писал минимальную сумму, ниже которой он свою продукцию продавать не будет. Исходя из нее, мы и вели переговоры. Иногда продавали дороже, но никогда не дешевле. Между прочим, даже в советские времена комиссионный процент госпосредников был установлен на уровне 3,5%, а тогда совсем другие времена были, и расходы по содержанию помещений, по зарплате сотрудников были на несколько порядков меньше.
       — Еще одно серьезное обвинение в ваш адрес — незаконная поставка С-300В в США, нанесшая ущерб безопасности страны.
       — Сначала о, как вы говорите, незаконности. Контракт на поставку С-300 был подписан в 1995 году, только после того как было подписано соответствующее постановление правительства, как это и было определено указом президента. Вообще эта работа началась аж в 1992 году, ей тогда занимался еще "Оборонэкспорт". Потом кто нас только не проверял — ФСБ, СВР, с февраля по декабрь 1996 года работала целая межведомственная комиссия, специально созданная для проверки этого факта. И в декабре 1996 года Минэкономики доложило Черномырдину, что "ущерба российским интересам не обнаружено". Эти документы, естественно, есть, и их можно посмотреть.
       Кстати, основной узел, ради которого американцы и покупали систему,— антенна с фазированной решеткой — до сих пор не поставлена. Они сейчас пытаются ее достать в Белоруссии и Казахстане, но вряд ли у них это получится.
       Так у вас все? Слабовато. То, что вы мне пересказали, рассчитано на людей, совершенно не владеющих информацией. Хотя Ананьева понять можно: его положение сейчас более чем шаткое, вот он и валит все на предшественников.
       

Комментарии
Профиль пользователя