12 апреля исполнилось пять лет, как бизнесмен Кирсан Илюмжинов был избран президентом республики Калмыкия. Три года назад на безальтернативных выборах он продлил свои полномочия еще на семь лет, до 2002 года. В интервью корреспонденту "Ъ" МАРИНЕ Ъ-РАССАФОНОВОЙ КИРСАН ИЛЮМЖИНОВ заявил, что намерен остаться президентом и после 2002 года.
— Будучи кандидатом в президенты, вы ездили по Калмыкии на девятиметровом "Линкольне", подчеркивая тем самым свое богатство. Тогда вы обещали, что калмыки будут жить в десять раз лучше, чем живут в других российских регионах. Почему же калмыки до сих пор не разбогатели?
— Когда я ездил на "Линкольне", я подчеркивал, что даже в Калмыкии, самом отсталом регионе России, можно зарабатывать. Все государство не может сразу стать богатым: уравниловка прошла, и чем больше будет богатых граждан в Калмыкии, тем больше будет отчислений в наш бюджет и тем богаче будет наша республика. Я показывал, что один из граждан республики уже стал богатым и даже ездит на иномарке. Эта пропаганда была больше направлена на молодежь: мол, отлично учитесь, хорошо работайте и будете ездить на таких же машинах. С другой стороны, это было адресовано и старшему поколению. Я как будто им говорил: "Я построил капитализм для себя и своих родственников, теперь хочу построить капитализм для вас". Это было наиболее удачное воздействие на граждан.
А когда я обещал, что жители Калмыкии будут жить богаче, чем другие регионы, я имел в виду близлежащие Чечню и Ингушетию. В 1993 году республика была полностью дотационной. На 95% бюджет Калмыкии состоял из московских дотаций, но за четыре года мы уменьшили дотации до 30%. 65% мы уже формируем за счет внутренних источников дохода. В том же 1993 году в Калмыкии не было ни одного завода и экономика была полностью сельскохозяйственной. Сейчас построено уже 10 заводов.
— Говорят, что при роспуске в 1993 году парламента республики вы предоставили льготные кредиты своего банка "Степь" всем депутатам, которые "захотели заняться реальным делом", а после объявленного вами годичного моратория на деятельность политических партий вы преобразовали партии в малые предприятия. Получается, вы оказались хитрее Ельцина, который пошел на вооруженное противостояние с проблемным парламентом?
— Не думаю. Да и денег я никаких не раздавал — это была больше пропагандистская шумиха. В моей предвыборной программе было записано, что советская система уже себя изжила и республике нужна президентская форма правления. Поэтому, став президентом, я собрал 130 наших депутатов, а это очень много для маленькой Калмыкии, и объяснил, за что высказалось население. Я предложил им не идти на конфронтацию с народом и самораспуститься, подписав закон о ликвидации советов всех уровней. Тогда я переговорил практически с каждым депутатом, а после этого всех трудоустроил в коммерческие и государственные структуры. Многие сейчас работают в правительстве и действующем парламенте.
— Чем реально помогли вам личный советник Артем Тарасов и участвовавший в создании программы экономического развития Калмыкии Егор Гайдар?
— Я предлагал Гайдару стать у меня премьером, но официального указа о его назначении не было. Потом он присылал своих консультантов, они создали программу экономического развития Калмыкии, часть которой мы использовали. У Артема, который сейчас в Лондоне, большие связи в международном бизнесе. Он пропагандировал Калмыкию и прислал нам очень много бизнесменов. Тогда Калмыкию не знали не только в Лондоне, но и в Москве. Сейчас одна из лондонских групп будет инвестировать в наше сельское хозяйство. А совет директоров казино из Лас-Вегаса вместе с Чаком Норрисом будут строить гостиницу и ресторан в Элисте, и еще они хотят выступить спонсорами чемпионата мира по шахматам 1998 года.
— В начале своего президентства вы подарили по 4 га земли Саддаму Хусейну и папе римскому и обещали, что Хусейн построит на этой земле культурный центр, а папа — костел. Надежды оправдались?
— Да, папа построил костел в Элисте в прошлом году. Если раньше у нас был всего один католик, то теперь уже побольше. Представители папы наносят нам регулярные визиты. Совсем недавно приезжал отец Роман, ректор духовно-католической семинарии Ватикана. Что касается Саддама Хусейна, то он пообещал построить культурный центр Ирака после отмены блокады. Это был политический шаг с моей стороны, я хотел показать ему, что Калмыкия его поддерживает. Он ответил, что не забудет друзей. Я уже десять раз был у него и являюсь другом семьи Саддама.
— Раньше вы утверждали, что отпраздновать 100-дневный юбилей вашего президентства в Москве вам помешали по личным причинам экс-руководитель администрации президента Сергей Филатов и экс-комендант Кремля Михаил Барсуков. Каковы ваши отношения с нынешними обитателями Кремля?
— Они всегда были ровными. Когда меня избрали президентом, я не ориентировался на какие-то особенные отношения с Кремлем. Руководители президентских администраций и министры приходят и уходят, а отношение народа к Илюмжинову остается. Многие в Кремле не поддерживали мои начинания, многие завидовали. Это не влияло на мое отношение к ним, ведь они чиновники и выполняют чьи-то указания. С Барсуковым у меня прекрасные отношения, с Филатовым часто перезваниваемся, недавно открыли в Элисте представительство его движения "Российский дом".
— За все время вашего президентства вы несколько раз успели поссориться и помириться с Борисом Ельциным. Какие у вас отношения с ним сейчас?
— Это ложные сведения. Я часто встречаюсь с Ельциным. За время моего пятилетнего правления он поддержал два моих указа по социальной поддержке Калмыкии, а 28 февраля подписал указ о передаче нам контрольного пакета "Калнефти", который находился у "Роснефти". Борис Николаевич сделал исключение и еще раз подчеркнул свое хорошее отношение ко мне. Слухи о наших ссорах появились после известных октябрьских событий. По этому поводу у нас был долгий разговор в начале 1994 года и он сказал, что не изменит своего отношения ко мне. Именно при его поддержке я стал президентом Всемирной шахматной федерации: когда мне это предложили, я позвонил ему и он мне разрешил.
— Если руководствоваться вашей декларацией о доходах за прошлый год, вы зарабатываете в три раза больше Чубайса, в 24 раза больше Ельцина и в 125 раз больше Черномырдина. Как вам это удается?
— Я не думаю, что их официальные декларации совпадают с реальными. Так же как и декларации видных бизнесменов, о миллиардных состояниях которых любят писать на Западе. Я честно рассказал о деньгах, полученных мной от международной деятельности и книг, о своих счетах, в том числе и в швейцарских банках. Когда все перечисленные вами люди обнародовали свои декларации, я понял, что забежал немного вперед. Мне даже стало неудобно.
— В прошлом году вы побывали в 45 зарубежных командировках. На кого вы оставляете республику?
— За границей я провожу селекторные совещания, со мной всегда компьютер. А так у меня есть вице-президент Валерий Богданов и хорошая команда. Я им доверяю на 100%. Если в центре не доверяют губернаторам и пытаются ограничить их полномочия, то я, наоборот, полностью отдал управление в районы.
— Что вас не устраивает в отношениях с федерацией?
— Национальная политика. Положения Федеративного договора противоречат Конституции РФ. Глава региона без согласования с центром не может назначить даже директора бензоколонки, уволить одного министра и назначить другого. Это приведет к той же ситуации, которая была в Советском Союзе в 1991 году. Я в лицо не знаю судей своего конституционного и верховного судов, не говоря уже о районных судьях. Так вот, районных судей назначает президент РФ. Который тоже не может их знать в лицо. Мы отсылаем документы президенту и месяцами ждем. Назначения городских судей мы ждали около года, но они же должны работать и проводить судебные процессы. Я не понимаю, почему президент РФ должен назначать судей. И еще много таких деталей, которые требуют согласований. Это отнимает время, а потерянное время — это потерянные деньги.
— Как изменятся отношения Калмыкии с федерацией в случае создания конфедерации регионов Северного Кавказа и Чечни?
— Никакой конфедерации не будет. На встрече в Ханкале мы больше говорили об экономическом взаимодействии. Может быть, у кого-то есть такое желание, но до конфедерации еще далеко.
— Какие гарантии вы можете предоставить московским бизнесменам, которые воспользовались услугами офшорной зоны в Калмыкии, после окончания вашего президентского срока в 2002 году?
— Они могут не беспокоиться: я буду еще баллотироваться. Сейчас я создаю в республике систему, которая бы не зависела от того, у власти Илюмжинов или нет. Я не хочу, чтобы у нас было, как во время президентских выборов в России, когда все ждали, кого выберут и как это повлияет на бизнес.