Таджикские заложники

       Виталий Игнатенко: я был единственным официальным каналом общения с российской стороной...
...но не надо делать из меня героя
       Основной фигурой в процессе освобождения заложников стал вице-премьер правительства России ВИТАЛИЙ ИГНАТЕНКО: он постоянно поддерживал связь с Бахромом Содировым и убедил террориста отпустить заложников. С ним беседует ДМИТРИЙ Ъ-ПАВЛОВ.
       
— Почему именно вы стали заниматься проблемой заложников в Таджикистане?
       — Я журналист. Когда кто-то из моих коллег попадает в беду — это касается меня лично. Я обязан помочь. Когда Бахром первый раз позвонил в ТАСС, я сразу начал с ним переговоры, пытаясь убедить отпустить заложников. С тех пор я общался с ним раз двадцать.
       — Переговоры шли тяжело?
       — Да. Бахром не политик: это агрессивный человек с сильно размытыми политическими амбициями. Каждый раз его условия менялись: он то соглашался, то начинал угрожать. Я нервничал: за моими словами стояли жизни. И если будет что-то не так, то последствия могли бы быть самыми трагичными. Как мог, я пытался поддержать, успокоить журналистов и остальных заложников.
       Но не надо делать из меня героя. Освобождение заложников стало возможным благодаря согласованным действиям нашего правительства и таджикских властей. Я был один из многих. Поэтому мне даже неудобно, что вы хотите сделать из меня героя.
       — Почему же Содиров поверил вам и даже сказал, что общаться он будет только с вами?
       — У него не было выбора, поскольку я был единственным официальным каналом общения с российской стороной.
       — Что вы можете сказать о силовом варианте освобождения заложников?
       — Силовой вариант не исключался. Я предупредил Содирова, что если с заложниками что-то случится, то он будет вне закона. И с ним будут обращаться согласно этому. Хотя этот вариант был крайней мерой, поскольку не гарантировал бескровного решения вопроса. Главное для нас было — свести риск к минимуму, чтобы все остались живы. Я это понимал и до конца исключал силовую операцию. И очень рад, что все закончилось хорошо.
       — Это ваш первый подобный опыт?
       — Нет. В прошлом году я в числе многих принимал участие в переговорах по освобождению захваченных в Афганистане татарских летчиков.
       — Как вы оцениваете деятельность российского посольства в Таджикистане?
       — Блестяще. Посол в Таджикистане Евгений Белов и советник-посланник Геннадий Сизов сделали большое дело. Они проявили себя как настоящие профессионалы.
       — Что вы почувствовали, узнав об освобождении заложников?
       — Сейчас у меня лишь одно чувство — усталость. Может быть, потом что-то изменится. Ну а завтра мы на нашей летучке осыплем Галину Гридневу цветами. Она была молодцом.