Сегодня исполняется год с момента передачи Китаю бывшей португальской колонии Макао. Китайское правительство гарантировало ей сохранение в течение 50 лет политической и экономической системы. Однако сейчас свобода Макао оказалась под угрозой, которая исходит отнюдь не от коммунистического Пекина, а от главы "особого административного района", примерного банкира и предпринимателя.
20 декабря 1999 года Макао, переименованное на китайский лад в Аомэнь (Портовые ворота), вошло в состав КНР со статусом "особого административного района", где действует принцип "одна страна — две системы". Новое правительство Макао возглавил местный мультимиллионер Эдмунд Хо (Edmund Ho), прагматик, не знающий поражений и добивающийся победы любой ценой.
Для начала новый глава администрации поддержал решение о размещении на территории Аомэня гарнизона китайской армии. Португальцам эта идея не понравилась: "В совместной декларации 1987 года нет упоминания о гарнизоне — говорится лишь об ответственности Пекина за оборону Макао". Но Эдмунд Хо в обмен на согласие на ввод войск получил от Пекина поддержку своих начинаний, которые в Аомэне не вызывают восторга.
Больше всего "аборигенам" анклава не нравится проводимая Эдмундом Хо политика импорта рабочей силы. В основном это строители из материкового Китая и филиппинцы, которые работают в ресторанах или магазинах. В результате, только по официальным данным, безработица в Аомэне составила 7%. Но Эдмунд Хо не собирается отказываться от импорта дешевой рабочей силы: "Если мы сделаем это, вся промышленность Макао перебазируется на континент, и ситуация только ухудшится".
Сейчас Эдмунд Хо замахнулся на игорный бизнес, принадлежащий его однофамильцу, финансовому магнату Стэнли Хо (Stanley Ho). Монополию на казино он получил еще в 1962 году от португальцев. В 1997 году контракт с ним был продлен до 31 декабря 2001 года.
Глава администрации Макао считает, что госконтроль над игорным бизнесом и его демонополизация позволят добиться еще более ощутимых успехов в борьбе с преступностью, а полученные средства можно будет направить на развитие промышленности.
Эдмунд Хо хочет стать единоличным правителем Макао. И Пекин его поддерживает: правительственные источники отмечают, что договор со Стэнли Хо продлен не будет. А Эдмунд Хо уже прозрачно намекнул китайским властям и своим подданным в Макао, что ради укрепления своих позиций готов отказаться и от формулы "одна страна — две системы". "Она вовсе не подразумевает две политические системы,— сказал Эдмунд Хо.— Мы не можем применять только то, что удовлетворяет Макао".
НАТАЛЬЯ Ъ-ВИРТУОЗОВА