Вчера в Москве состоялся саммит Россия--ЕС. Обе стороны высказались за установление стратегического партнерства. О том, как Евросоюз будет строить свои отношения с Россией Путина, в интервью корреспонденту Ъ ГЕННАДИЮ Ъ-СЫСОЕВУ рассказал глава дипломатии Евросоюза ХАВЬЕР СОЛАНА.
— Евросоюз предлагает России стратегическое партнерство. А что это понятие означает?
— Мы хотим построить такие отношения с Россией, которые бы включали в себя все аспекты: политику, экономику, безопасность. Для этого есть все возможности. В России у власти новый президент, и ей предстоит период стабильности. Динамичные изменения происходят и в ЕС. Все это следует конструктивно использовать для построения отношений партнерства между ЕС и Россией. Причем не на короткий срок, а на длительную перспективу. Поэтому мы и называем партнерство стратегическим. Разумеется, сделать это будет непросто. Но шанс есть, и немалый. И его нельзя упустить.
— Вы уже не раз встречались с новым российским президентом. Кто он, мистер Путин?
— Путин нацелен на развитие России, и в этом смысле он, безусловно, патриот своей страны. Путин полон энергии, решителен. С ним вполне можно решать самые сложные проблемы. За короткое время моего общения с ним личные отношения у нас пока, разумеется, сложиться не успели, но все еще впереди.
— А как он относится к Западу?
— Господин Путин настроен на установление хороших отношений с западными лидерами. Но главное — он хочет продолжить реформы в России, чтобы она соответствовала той роли и месту, которые ей принадлежат в мире.
— Какова роль ЕС в отношениях России и Запада?
— Если посмотреть на карту мира и найти там государства--члены ЕС и те страны, что к нему тяготеют, станет ясно: Россия и Евросоюз обязаны найти общий язык. Этого мы и хотим добиться.
— А как вы относитесь к распространенному в России тезису: нужно дружить с "хорошим ЕС" и держаться подальше от "плохого НАТО"?
— Для России выгоднее иметь хорошие отношения и с одной, и с другой организацией. Ведь большинство европейских стран входят и в НАТО, и в ЕС.
— Между Россией и ЕС сохраняются разногласия, прежде всего по Чечне. Может ли ЕС помочь решить эту проблему?
— Чечня — внутренняя проблема России. Но сотрудничество с ЕС в ее разрешении вполне реально. Нас тоже волнует борьба с терроризмом. И у нас есть богатый опыт, который, конечно, не универсален, но полезен. Кроме того, ЕС может помочь России в гуманитарном и даже политическом аспектах.
— Сложилось ли у вас впечатление, что Москва готова принять эту помощь?
— Думаю, что да. Россия готова принять гуманитарную помощь и откровенно обсуждать пути урегулирования в Чечне.
— О посредничестве ЕС речь не идет?
— Нет, вопрос об этом не ставится.
— Одна из тем ваших переговоров в Москве — Балканы. Могут ли здесь взаимодействовать Россия и ЕС?
— Обязаны. Мы уже сотрудничаем в Боснии, Косово. И очень ценим уровень этого сотрудничества. Кроме того, нам предстоит взаимодействие в рамках Пакта стабильности для Балкан. В экономической и политической стабильности этого региона Россия должна быть заинтересована.
— А в поддержке сербской демократической оппозиции, на чем настаивает ЕС, Москва тоже заинтересована?
— Наше пребывание в Москве совпало с приездом сюда лидеров сербских демократов. Мы даже остановились с ними в одной гостинице — так получилось. Россия должна сыграть важную роль в демократизации Балкан. Ибо она не может быть заинтересована в поддержке Милошевича.
— Как скажутся на отношениях ЕС с Россией его расширение, создание собственных вооруженных сил?
— В ЕС происходит углубленная интеграция. Сейчас она распространяется и на вопросы безопасности. ЕС должен эффективно действовать в условиях кризисов: предотвращать их политическими средствами, оказывать гуманитарную помощь и экономическое содействие, а при необходимости — участвовать в операциях по установлению и поддержанию мира. И здесь мы хотели бы сотрудничать с Россией, у которой богатый опыт разрешения чрезвычайных ситуаций.
— В Москве опасаются, что вступление в ЕС новых членов приведет к возведению барьеров в торговле с Россией...
— Для такой большой страны, как Россия, лучше иметь дело с единым емким рынком ЕС, тем более что он расположен рядом. Расширение Евросоюза не направлено против России, и мы готовы обсуждать с ней все последствия этого процесса. Поэтому мы и называем наши отношения с Москвой партнерскими.