История "Петрушки" коротка. Стравинский взялся сочинять пьесу для рояля с оркестром, в котором мелодия рояля, будто сорвавшись, дразнила бы оркестр ужимками и прыжками. И, сочинив, радостно опознал в партии рояля балаганного Петрушку. Подключил к делу Дягилева, Дягилев — Александра Бенуа. Бенуа, отлакировав сценарий, соблазнился идеей воскресить в декорациях и костюмах петербургские масленичные гулянья своего детства. После чего к проекту был допущен хореограф Михаил Фокин. Его привлек формальный эксперимент: три разнохарактерных персонажа на основе кукольной пластики. Главными героями Фокин и ограничился: на прочих катастрофически не хватало времени. В итоге массам балетных гуляк было указано лишь общее направление, внутри которого каждый актер действовал на свой страх и риск. Именно это обстоятельство стало для "Петрушки" роковым. После разрыва Фокина с Дягилевым отслеживать импровизации массовки никто не стал, балет поблек и развалился. Но перед этим, в 1911-м, был триумф в Париже. Стравинский, Бенуа и Фокин, сами того не ожидая, дружно вырулили на столбовую дорогу русской литературы. Историю бунта Петрушки, отвергнутого ветреной Балериной, разрубленного пополам туповатым Арапом, но вырвавшегося из-под власти жуткого Фокусника (и все это перед взорами веселой масленичной толпы), французы нашли tres a la Dostoevsky. И отбили ладони, аплодируя гениальному Вацлаву Нижинскому в заглавной партии. У скептичных русских критиков свело скулы от вкуса "клюквенной крови". Что, однако, впоследствии не помешало историкам назвать "Петрушку" художественным пиком "Русских сезонов" Дягилева.
История "Петрушки" коротка. Стравинский взялся сочинять пьесу для рояля с оркестром, в котором мелодия рояля, будто сорвавшись, дразнила бы оркестр ужимками и прыжками. И, сочинив, радостно опознал в партии рояля балаганного Петрушку. Подключил к делу Дягилева, Дягилев — Александра Бенуа. Бенуа, отлакировав сценарий, соблазнился идеей воскресить в декорациях и костюмах петербургские масленичные гулянья своего детства. После чего к проекту был допущен хореограф Михаил Фокин. Его привлек формальный эксперимент: три разнохарактерных персонажа на основе кукольной пластики. Главными героями Фокин и ограничился: на прочих катастрофически не хватало времени. В итоге массам балетных гуляк было указано лишь общее направление, внутри которого каждый актер действовал на свой страх и риск. Именно это обстоятельство стало для "Петрушки" роковым. После разрыва Фокина с Дягилевым отслеживать импровизации массовки никто не стал, балет поблек и развалился. Но перед этим, в 1911-м, был триумф в Париже. Стравинский, Бенуа и Фокин, сами того не ожидая, дружно вырулили на столбовую дорогу русской литературы. Историю бунта Петрушки, отвергнутого ветреной Балериной, разрубленного пополам туповатым Арапом, но вырвавшегося из-под власти жуткого Фокусника (и все это перед взорами веселой масленичной толпы), французы нашли tres a la Dostoevsky. И отбили ладони, аплодируя гениальному Вацлаву Нижинскому в заглавной партии. У скептичных русских критиков свело скулы от вкуса "клюквенной крови". Что, однако, впоследствии не помешало историкам назвать "Петрушку" художественным пиком "Русских сезонов" Дягилева.